исключением и Институт филологии Прикарпатского национального университета имени Стефаника. Продумана и система контроля в старых “добрых” традициях доносительства. Его будет осуществлять специальный “комитет общественного языкового контроля” с привлечением общественных организаций. Более того, горсовет Ивано-Франковска обнародовал номера телефонов, по которым все национально сознательные жители города должны информировать о “языковых нарушениях”.
Русскоязычные учебные заведения Украины тают на глазах. Процесс приобрел лавинообразный характер. Каждый год статус русскоязычных теряет около 130 учебных заведений. При этом технология закрытия во всех случаях примерно одна и та же: если школа отказывается перейти на украинский язык, то после предупреждения ее просто закрывают. Таким образом в Киеве из 150 русских школ, которые действовали еще в начале 1990-х, на сегодняшний день осталось только 8. На этом фоне учебные заведения, где русскому языку удалось сохраниться хотя бы в качестве дополнительного предмета, воспринимаются как чудо.
Драматичная языковая ситуация сложилась в Крыму. Ее обострил лично премьер Автономной Республики Крым Анатолий Матвиенко, соратник и ставленник Юлии Тимошенко. Премьер пригрозил уволить 114 работников крымского правительства, если они в ближайшее время не выучат украинскую мову. Им было сделано заявление, что за пять лет мышление крымчан будет переведено на украинское на подсознательном уровне.
Соратники Матвиенко говорят, что “через пять лет среди крымской молодежи будет модно говорить по- украински. Давайте говорить откровенно: общение на украинском языке будет органичным для нового поколения молодых ребят. А тех людей, которым за 50, наверное, уже не переделать”.
Для воспитания этого самого “нового поколения” и закрывают в Крыму русские школы. Как сообщил министр образования автономии Александр Глузман, в ближайшее время будет реорганизовано около 25 школ “с украинским и русским языком обучения”. Постепенно эти школы будут полностью переведены на украинский. Сейчас в Крыму действует 600 школ с обучением на русском языке, 14 — на крымско-татарском и 6 — на украинском. Во всех “русских” школах изучаются украинский язык и литература. При этом русские составляют 58% населения Крыма, русский язык считают родным 77% крымчан, тогда как украинский — только 10%.
В 2005 году жители поселка Комсомольский узнали, что в недавно построенной в поселке школе все предметы будут преподаваться на украинском. Русский и крымско-татарский языки станут факультативными. Первыми возмутились родители второклашек, затем к ним присоединились остальные. Под письмом протеста, направленным в министерство образования Республики Крым, было поставлено 800 подписей, 150 родителей высказались за то, чтобы их дети учились на украинском языке. Школа рассчитана на 1000 мест. Первой реакцией министерства было компромиссное решение — создать в школе и украинские, и русские классы. Но от него пришлось тут же отказаться, поскольку премьер автономии А. Матвиенко продолжает стоять на своем. Он заявил, что лично выбил внебюджетные средства на окончание долгостроя — школы в Комсомольском — и рассчитывает сделать ее образцово-показательной национальной сельской школой.
Несколько лет назад министерство образования Украины в одночасье закрыло десятки частных вузов Крыма, выбросив за ворота почти десять тысяч студентов. Сложную процедуру министерской аккредитации смогли пройти только 44 высших учебных заведения автономии.
Киевские чиновники ссылаются на подписанную украинским правительством Лиссабонскую хартию, обязывающую государство повышать уровень подготовки в высших учебных заведениях. В принципе требование правильное. Прежнее число вузов в Крыму почти сравнялось с количеством школ. Однако получилось так, что теперь на крымской земле аккредитованы только вузы с украинским языком обучения. Даже Черноморский филиал МГУ им. М. Ломоносова в Севастополе до сих пор не имеет аккредитации министерства образования Украины. Неужели уровень подготовки Московского университета тоже не соответствует украинским требованиям? Скорее всего московским профессорам придется заговорить на украинской мове, если они хотят продолжить работу в “городе русской славы”.
Одних закрывают, а другие процветают, несмотря на совершенную ненужность. Львовский национальный университет открывает филиал своего журналистского факультета в Крыму. Хотя по всему полуострову издается только одна украинская газета, спроса на нее нет, тираж мизерный, и выживает издание только благодаря постоянному бюджетному “кормлению”. Однако с благословения правительства Крыма львовские преподаватели уже отправлены в Симферополь, чтобы готовить украиноязычных журналистов.
На Украине с упорством проводится линия по формированию резко отрицательного образа истории России.
Украинские историки, в отличие от российских, все 15 постперестроечных лет ведущих ожесточенную перебранку, хорошо усвоили европейский и американский опыт использования национальной истории в политических и идеологических целях. С 5-го класса украинский школьник должен назубок усвоить, что “Иван Мазепа стремился сделать Украину великим и сильным европейским государством, освободить из-под гнета Московского царства”, а Петр I относился к Украине исключительно “враждебно”, видя в ней “извечную рабу, которая не имеет права ни на собственный язык, ни на культуру, не говоря уже о свободе”.
История не знает сослагательного наклонения, но можно смело утверждать, что созданный в современной Украине негативный во всех отношениях исторический образ России пришелся бы по душе Альфреду Розенбергу и другим нацистам, стремившимся как можно сильнее рассорить русских и украинцев. Воспринимая Россию как главного, извечного врага Украины с самых ранних лет, украинцы становятся жертвами бессовестного искажения истории не только России, но и самой Украины.
Какова же позиция России в создавшейся ситуации? В 2005 году Киев посетил министр образования и науки РФ А. Фурсенко. После встречи с властями он сделал заявление, что “языковая проблема очень серьезно рассматривается на Украине, причем на всех уровнях. Очень важно, чтобы люди сами смогли выбрать язык обучения”.
Украинский министр образования и науки С. Николаенко вторит ему: “В Крыму нет никаких языковых ограничений для русскоязычных граждан”. И это сказано, когда в преддверии визита нашего министра жители крымского поселка Комсомольский провели акции протеста против перевода одной из местных школ на украинский язык обучения!
Все мировые державы озабочены распространением своего языка за пределами своих границ. Особенно это видно на примере Британского содружества, в которое входят Великобритания, Австралия, Новая Зеландия и несколько десятков других государств. Созданный в начале 30-х годов прошлого столетия Британский совет предоставляет услуги по изучению английского языка и культуры в 110 государствах мира. Россия не составляет исключения: на Северном Кавказе, и в первую очередь в Чечне, англичане довольно бойко распространяют методические региональные программы по изучению английского языка.
Языковые курсы вызывают интерес к образу жизни народа — носителя языка, уважение к нему, пропагандируют его идеалы. Война мировых языков — это война за мозги, которые уплывают в страну, говорящую на понятном языке. Борьбу за интеллектуальные ресурсы ведет не только Британский совет, но и Немецкий институт Гете и Международная организация франкофонии. Во французском правительстве есть даже специальная должность — министр-делегат по вопросам сотрудничества, развития и франкофонии. В данный момент создается Иберийский союз — союз испаноязычных стран.
Для России создание аналогичного общества распространения языка и культуры — насущная необходимость. В Прибалтике, Грузии, Туркмении, в странах Восточной Европы, где раньше все дети в школах изучали русский язык, теперь его могут забыть в течение одного поколения!
Русский язык входит в пятерку мировых языков. По числу говорящих на нем он следует за китайским, английским, хинди и испанским. На китайском говорят почти полтора миллиарда человек, на английском — более миллиарда, на испанском — 400 миллионов. На русском разговаривают примерно 300 миллионов жителей планеты. До 1989 года русский язык был обязательным для изучения в школах Восточной Европы. Сегодня его забывают не только в странах бывшего соцлагеря, но и в некоторых республиках СНГ.
Про положение с обучением русскому языку на Украине сейчас было сказано очень много. Как же обстоят дела в этом вопросе в других странах СНГ?
По данным издательства “Просвещение”, в Азербайджане осталось 29 русских школ, в Грузии — 59, в
