Итак, еще раз напомним: основа мощи еврейства — связи. Причем связи глобальные. Не имеет значения где сидит еврей — в американском сенате, дойче-банке или российском правительстве, во французской академии наук или английском парламенте. Они все могут отказаться одинаково полезными для еврейства в нужный момент времени. И сработать на пользу еврейства. Можно сказать по-другому: евреи сильны потому, что используют горизонтальные связи по максимуму. Например, они могут перемещать деньги между различными сегментами, а сами при этом оставаться на месте. Это дает возможность организовать приток или отток капиталов, а сейчас всё управление идет через деньги. Ломброзо по этому поводу замечает что евреи: «…обнаруживали большую склонность к созданию новых систем, к изменению социального строя общества; в политических науках они являлись революционерами, в теологии — основателями новых вероучений, так что евреям, в сущности, обязаны если не своим происхождением, то по крайней мере своим развитием, с одной стороны, нигилизм и социализм, а с другой — христианство и мозаизм, точно так же как в торговле они первые ввели векселя, в философии — позитивизм, а в литературе — неогуморизм». Здесь же объяснение тому, почему евреям много раз удавалось так легко опрокинуть, казалось бы мощнейшие гойские государства. Они наносили удар по связям, ибо понимая лучше всех что значат связи и имея лучшие связи в мире, они лучше всех видели слабые связи. А слабость связей позволяет, во-первых, их легко разрушить, а во вторых — подменить своими связями, сесть на т. н. «информационный канал». Вот мы и видим огромное количество евреев в журналистике, на телевидении и в шоу-бизнесе, ведь это всё — информационные каналы. Вообще, количество евреев в той или иной сфере, пропорционально информационному весу этой сферы. Информация, таким образом, может быть какой угодно, но вы её получите от евреев. Ну и совершенно излишне говорить, что евреи не будут распространять против себя нежелательную информацию. Но это всё так, мягкие варианты. Мы же вернемся к революциям, тем более что евреи считаются чуть ли не прирожденными революционерами и бунтарями.
Итак, как уже много раз говорилось, революция — это резкий скачок энтропии, это разрыв связей, это состояние, когда общество имеет несколько вариантов развития, а долгосрочные прогнозы бессмысленны. Это состояние, когда кто угодно может стать кем угодно, но большую вероятность стать «кем угодно» имеет тот, кто выдерживает максимальную степень организации, тот, в ком в самой сильной степени развит «командный дух», т. е. чувство своей системы, уровень системности. Революция — это охота за властью и таким народом-охотником в начале ХХ века были евреи. Но в любом случае требовалась энергия, иными словами большое количество народа готового пойти в эту самую революцию, народа, который имел бы одну цель. И таким народом опять-таки стали евреи. Почему? Да потому что в XIX веке численность немцев увеличилась на 240 %, англичан на 220 %, французов на 215 %, а евреев аж на 800 % (!). В восемь раз. Евреев «вдруг» стало очень много, и в Европе где все уже было давно поделено, для них как бы не было ниши, ну во всяком случае той, на которую они претендовали. Резкое увеличение количества евреев не могли не заметить, можно сказать, что только этим объясняется длинный список интеллектуалов- антисемитов XIX века. Вот вам и реализация библейского лозунга «плодитесь и размножайтесь»! Теперь быстро вспоминаем историю с бурным ростом числа евреев в Египте и последовавшей катастрофе — разрушению и ограблению страны и исходу евреев. Можно считать это недоказанными библейскими сказками, но произошедшее в XIX–XX веках представляется вполне доказанным и поразительно напоминает библейские истории. Вспомним и другой случай — возникновение и распространение христианства. О динамике роста численности евреев на тот период данных нет, но вот известный римский историк Страбон, современник Христа, сообщает нам, что «трудно найти место на земле, где бы не преобладали евреи». Очевидно, что тогда евреев тоже вдруг стало слишком много и это заметили. И не следует удивляться, что Рим закончился религией перенятой не у кого-нибудь, а именно у евреев. Получалось, что евреи, которые и так имели самую мощную организованную национальную структуру, за сто лет усиливали её во много-много раз. Здесь даже пропорциональный подсчет не работает, например, увеличения поголовья еврейства в 8 раз в XIX веке, означало существенно большую системную прибавку, тем более что евреи предпочитали селиться в городах. В Вене в начале XIX века было 3 тысячи евреев, а в конце стало больше 100 тысяч. Менее чем за сто лет — увеличение в 30–35 раз! И совсем не удивительно, что Вейнингер вырос именно в Вене, а Гитлер там стал антисемитом. Тогда же идеолог Второго Рейха Герман фон Трейчке произносит ставшую знаменитой фразу: «Евреи — это наше несчастье!»[411]
Но это — внешняя часть, видимая для гоев. А внутренняя? Ведь еврейская система замкнутая, ну не абсолютно, что для живых систем запрещено, но гораздо больше чем любая арийская система. И вот эта «замкнутая система» увеличивается в 8 раз в ограниченном объеме за короткий период. Вообразите себе, во сколько раз там выросла энтропия! Она неизбежно повлекла бы непредсказуемые для евреев последствия, если бы они не начали выбрасывать её во внешний мир. Р. Давид в статье «Вещий Олег и евреи» пишет: «Волна антисемитизма конца прошлого и начала этого века была в некотором смысле реакцией на демографический еврейский взрыв, на «еврейское нашествие». Дело в том, что «в XIX веке еврейское население Восточной Европы выросло восьмикратно, и возник аффект «парового котла», и подобно своим кочевым предкам, евреи «кинулись сразу во все стороны — в Германию за званием, в Америку за богатством, я Россию за властью — и в «Палестину». Понятно, что коренное население этих стран вынуждено было противодействовать такому «нашествию»… И «антисемитизму» «наступает конец, когда устанавливается новый баланс, нарушенный ранее «еврейский нашествием». «Никакого «извечного антисемитизма» не существует, так же, как не существует «еврейского народа с трехтысячелетней историей».[412]
Т.е. евреи рванули туда, где цели достигались самым простым способом: ведь в Германии были самые лучшие университеты, Америка являлась страной наиболее благоприятной для экономической деятельности, а в России была самая слабая власть и евреи это чувствовали. Целью еврейства, с системно-биологических позиций, был прорыв к энергетическому и информационному каналу, только в Америке этого можно было достичь через деньги, а в России — просто прямым захватом власти. Второе — проще, быстрее, но опаснее. Второе — через «катастрофу». Посмотрите, откуда вышел весь революционный еврейский хардкор. Из небольших местечек в Польше и Галиции, вы их сейчас только на подробных картах найдете. Но эти люди, как поется в коммунистическом гимне, «были ничем, но стали всем», предварительно «разрушив мир до основанья». Всё правильно — только так может быстро стать «всем» не просто один человек, а значительная прослойка, целый народ. Эти цели были реализованы, на что была израсходована громадная энергия, вот почему сейчас революционные настроения совсем не типичны для евреев, ибо энергетически они обеспечены лучше всех в мире, ну и плюс контролируют «информационный канал». Я даже рискну предположить, что евреи сейчас в массе своей такие же контрреволюционеры как и большинство арийцев. Мы все помним перестройку, когда сочетание «еврей-либерал-демократ» смотрелось так же естественно, как связка «еврей-большевик-чекист» во время революции и первых лет советской власти. Мы помним и 90 -е годы, когда слово «олигарх» неизменно прилагалось к той или иной еврейской фамилии. Почему это вдруг евреи в 1917-ом пачками пошли в большевики и чекисты, а их внуки, в 1987-ом, в якобы совсем противоположные им демократы и либералы? А потом и в олигархи. Парадокс? Нет. На самом деле мотивация и в революцию и в перестройку была одинаковой, просто в революцию для разрушения тогдашнего режима (т. е. нееврейской вертикали) нужно было стать сначала большевиком (чтобы захватить власть), а затем и чекистом (чтоб её удержать). А в перестройку, для развала «совка», нужно было сначала оказаться в либералах и демократах, а затем, для удержания и эксплуатации — в олигархах, ибо сейчас всё контролируется через деньги. Цели еще до перестройки были в «поэтической» форме озвучены популярными среди некоторой части гоев еврейскими исполнителями — А. Макаревичем («не стоит прогибаться под изменчивый мир, однажды он прогнется под нас») и Б. Гребенщиковым («эта земля была нашей, пока мы не увязли в борьбе, пора вернуть эту землю себе»). И я вас уверяю, что если завтра для «энергетического обеспечения» нужно будет стать «имперскими патриотами», «консерваторами- державниками», «православными монархистами», евреи моментально займут первые места во всех этих «тусовках», лихо оттеснив гоев от какого-либо контроля.[413] Элементарно. Потому что гои видят «личность», а евреи — «биологию». Личность — понятие неопределенное, а вот биология — закон. Вон, Путин уже объявил Россию «энергетической сверхдержавой». Да уж, нет звания почетней! Мне почему-то сразу вспомнился коммунистический термин «сырьевой придаток». Не очень красиво звучит? Интересно, кто подсказал «вовочке» принять на вооружение этот
