Вирджиния нажала кнопку включения компьютера, чтобы отключить его. Жесткий диск, несмотря ни на что, продолжал тихо шуметь, экран продолжал гореть, а из шипящих динамиков послышался мужской голос, который, заглушив шорох листвы, произнес нараспев:
Вирджиния подскочила, и клавиатура с грохотом упала со стола, повиснув на шнуре. Вирджиния встала на колени, залезла под стол, оттолкнув клавиатуру в сторону, и начала копаться среди проводов, несколько раз ударившись головой о стол. А голос становился все громче и заполнял собой комнату:
Вирджиния наконец нашла вилку и обеими руками выдернула ее. Голос замолчал, свет погас. Все еще сидя на коленях под столом и сжимая в руках шнур, Вирджиния слышала слабое затихающее жужжание жесткого диска.
А вот звук ветра, пробегающего по листьям деревьев, остался. Пространство под столом было слишком узко, чтобы в нем свободно поворачиваться из стороны в сторону, но Вирджиния все-таки оглянулась вокруг. И ничего не увидела, совсем ничего, не было даже ни малейшего отблеска света с центральной площади кампуса.
Наверное, она слишком долго не отрываясь смотрела на экран компьютера. Глазам нужно привыкнуть к темноте. Вирджиния отшвырнула провод и стала выбираться из-под стола. Плиты пола у нее под руками казались холодными и шершавыми. Она ухватилась пальцами за край стола и встала. Шелест листьев теперь доносился со всех сторон, и поднялся ледяной ветер, дувший откуда-то сзади и прижимавший юбку к икрам. Она повернулась от стола к окну, но так ничего и не увидела. Тьма была сплошная.
Отключилось электричество, я, наверное, весь университет обесточила, подумала Вирджиния и стала на ощупь пробираться к окну, вытянув руки перед собой. Она шла с предельной осторожностью, боясь споткнуться о стул, однако, сделав несколько шагов, к своему величайшему удивлению, так ни за что и не зацепилась.
Холодный ветер теперь дул слева, обжигая кожу на щеке. Его шум перекрывало ее собственное учащенное дыхание и глухой напряженный стук сердца.
– Эй? – крикнула Вирджиния. – Кто здесь?
И с ужасом поняла, что ее голос полностью поглощается темнотой, не встречая нигде никакой преграды. Создавалось впечатление, что она находится посреди бесконечного открытого и совершенно пустого пространства.
Вирджиния повернулась и вслепую направилась к своему столу, подняв голову и продолжая попытки нащупать хоть что-нибудь перед собой. Она уже явно миновала то место, где находился ее стол, и решила считать шаги, чтобы хотя бы таким способом не позволить паническому ужасу полностью овладеть ею. От этого стало только хуже, и, досчитав до тридцати, она поняла бессмысленность своей затеи и зашагала быстрее, почти побежала, продолжая держать руки перед собой. Теперь ее шаги звучали как-то глуше – она явно бежала уже не по плитам пола кабинета. Земля под ней была неровной и не мощеной, ступни то и дело попадали в какие-то ямки и цеплялись за бугры. Вирджиния испугалась, что может вывихнуть ногу, и потому решила идти на цыпочках, чтобы не зацепиться за что-нибудь каблуками.
И тут возник тихий, едва различимый хнычущий звук, совпадавший с ритмом ее неистово бьющегося сердца.
Это я, подумала она, этот звук исходит от меня.
Носок туфли зацепился за что-то мягкое, но достаточно громоздкое, и Вирджиния упала лицом вниз. От неожиданности у нее перехватило дыхание. Поверхность, на которой она лежала, была холодная и ухабистая. Мгновение Вирджиния не двигалась, затем попыталась приподняться, упершись руками в землю. Под ладонями она почувствовала траву и грязь.
Вирджиния подтянула ноги и привстала на четвереньки, стряхнула грязь с рук. Хрипло дыша, оглянулась вокруг в тщетном стремлении разглядеть хоть что-то, хоть силуэт какого-нибудь дерева на фоне ночного неба. Но вокруг не было ничего. Был только ветер, дувший ей прямо в лицо, и шум незримых ветвей.
И тут где-то неподалеку от нее в темноте, наполненной лишь воем ветра, раздался громкий стук, будто на землю упало яблоко. Вирджиния затаила дыхание и прислушалась. Еще один глухой удар. Нет, решила она, такого тяжелого звука от яблока не бывает, наверное, камень. Затем еще один тяжелый удар, и на сей раз он прозвучал уже совсем не как падение чего-то, а как шаг, словно что-то тяжелое, но узкое ударяло по поверхности земли. Словно копыто…
Вирджиния затаила дыхание и зажала рот ладонью. Последовали еще два удара, потом еще один. Они явно приближались оттуда же, откуда дул ветер, и напоминали лошадиную иноходь, однако все-таки было в них какое-то отличие – ритм не тот. Звуки напоминали прыжки двуногого, а не четвероногого существа.
Вирджиния прикусила губу, чтобы не закричать. Опершись на костяшки пальцев одной руки, сняла сначала одну туфлю, потом другую и соединила их вместе. Звук шагов стал равномернее, хотя в нем чувствовалась некая осторожность. Вирджиния едва осмеливалась дышать, хотя какой-то ехидный голосок в глубинах ее сознания спрашивал, а что будет значить в подобной ситуации «отключиться». Она захихикала, чувствуя, что находится на грани истерики, однако сумела овладеть собой и вновь затаила дыхание, а стук приближающихся копыт сделался еще громче.
Вирджиния подскочила и изо всех сил швырнула одну туфлю куда-то налево, навстречу ветру, и услышала, что она упала на землю совсем недалеко от нее. Стучавший копытами, казалось, на мгновение растерялся, а затем поскакал туда, где упала туфля, – тук-тук-тук. Вирджиния, все еще держа вторую туфлю и стараясь дышать ртом как можно тише, начала медленно пятиться в противоположном направлении.
И застыла, услышав новый звук, раздавшийся оттуда, откуда раньше доходил стук копыт. Стук прекратился, на смену ему пришло долгое глубокое шипение, к которому добавилось нечто гортанное, напоминавшее похрюкивание. Вирджиния затаила дыхание. Затем стук копыт возобновился и вновь в направлении к Вирджинии. Она швырнула вторую туфлю и, зажав подол длинной юбки в кулак, бросилась бежать в противоположном направлении.
Ветер дул ей в спину, она чувствовала его ледяное дыхание у себя на затылке. Вирджиния бежала большими шагами, активно работая локтями, босые пятки больно ударялись о землю. Кровь стучала в висках, дыхание с хрипом вырывалось из груди и почти перекрывало оглушительный вой ветра в ветвях невидимых деревьев. На какое-то мгновение Вирджинию охватило ликование, ей вдруг почудилось, что она может выиграть эту гонку, и она чуть не закричала от радости. И тут услышала у себя за спиной глухие мерные удары двух копыт, преследовавших ее вместе с ветром, – они явно приближались. Шаги невидимого существа были короче ее шагов, но бежало оно значительно быстрее – тук, тук, тук, тук – и уже почти настигало Вирджинию.
