— Это еще почему? — изумился маг, весело прохаживаясь на кончиках пальцев по столику между тарелок с недоеденным угощением. — Я только начал!
— У меня заложник! — выкрикнул принц, помахивая ужом. — Если ты не прекратишь, я сверну Шушулу голову!
— Дуся! — ахнул маг, закрывая лицо обеими руками и роняя вниз очередной сверток.
Пергаментный рулон бухнулся о камень с тяжелым стуком и разлился неопрятной лужицей, в которую немедленно вляпался очередной спасающийся бегством гном.
— Черт! — досадливо пожаловался Жекон, перегибаясь через ограждение. — Клей из-за тебя пропал. А какой хороший был клей! Считай, пятерку Гильдия потеряла! И бумагу, и дерево, и металл, и камень…
— И гномьи подметки! — язвительно продолжил Геллан, с интересом разглядывая мелкого хнычущего пленника, безуспешно силящегося оторвать ноги от липкой лужи. — Жекон, не дури! Хватит буянить! Неужели родной уж для тебя пустое место?
— Дуся, ты не посмеешь! — просительным тоном сказал маг. — Неужели тебе не жаль невинную живую тварь?
— Жаль, — согласился Геллан. — А тебе?
— В каком смысле? — полюбопытствовал маг.
— Думаю, Ози не слишком обрадуется тем переменам, что произошли здесь в его отсутствие, — предположил Геллан, по-прежнему крепко сжимая ужа.
— Я не хочу больше иметь с людьми никакого дела и требую немедленно покинуть трактир! — раздался холодный голос.
На пороге стоял хозяин трактира. Легендарный Ози больше не напоминал болотную кочку. Его космы от возмущения стояли дыбом, как иглы дикобраза, а искривленная фигурка сумела каким-то образом принять вертикальное положение.
— Ози! — вскинулся Терслей. — Это просто недоразумение! Гильдия все оплатит! Клянусь тебе! Хочешь, в двойном размере? Даже в тройном!
— Не надо, — скрипнул узкий рот, выгибаясь презрительной скобкой. — Вывести их!
Такого позора Геллану не приходилось испытывать никогда.
Низкорослые прислужники молча взяли их за рукава, брезгливо оттопырив пальцы, и проводили за ворота, не издав ни звука. Кукольные лица сочились презрением, и предельная вежливость, с какой гномы попрощались с троицей, только подчеркнула их чувства.
— Да… — протянул расстроенный Терслей, оглядываясь на громко захлопнувшуюся дверь. — Гном, который отказался от денег… Хуже просто не бывает. Черти тебя подери, Жекон! Я же просил!
— Ты думаешь, я пьян? — тут же возмутился маг. — Ни капельки! Да, я применил маленькую хитрость с Шушулом! Но сколько может принести во рту маленький ужик?
— По твоему поведению этого не скажешь!
— Да я от обиды! — с извиняющейся улыбкой тайного воришки поспешил оправдаться маг, покаянно стуча в собственную грудь. — Ты же мне, как мальчишке, пощечину…
— Простите, что прерываю спор, — вмешался Геллан. — Но, кажется, у нас имеется еще одна проблема. Хакни пропали.
— А поклажа?! — взвыл Жекон. — Личные вещи? Одежда? Свертки? У меня толком оборонительных заклинаний не осталось!
— Нечего было их зря в трактире переводить, — буркнул командир. — Вот твоя поклажа. Целехонька, у забора сложена. Правда, испачкана слегка в навозе от угнанных хакни… но зато не тронута.
— Проклятые гномы! — взревел маг. — Мелкие, а какие мстительные! Бить их и бить!
— Хватит, ты уже… — процедил Терслей. — Ну что, придется идти пешком до ночлежки Попадалоса. Три версты как минимум.
— А оно и хорошо — пройдемся перед сном! — неискренне бодро заметил маг, сокрушенно рассматривая благоухающее имущество. — Подсоби, дуся!
Геллан не успел выразить протест, когда через его плечо перебросили первый испачканный мешок, а потом протестовать было поздно — пятном навоза больше, пятном меньше…
— А вот эти два понесу я, — решил Жекон, отряхивая чудом оставшиеся незагаженными узлы.
Ночлежка неподалеку от Верхних Кожемяк. Комната на втором этаже
Слой грязи на полу был такой толщины и плотности, что мел лишь беспомощно скользил, оставляя за собой узкую борозду. Кое-как обозначив круг, некромант чертыхнулся и уныло позвал:
— Атрихигор!.. Атрихигор!.. Атрихигор!..
— Что опять стряслось? — Явившийся на зов шакс был зол и кривил помятое, опухшее лицо. — Ты вытащил меня из постели, человек! Поистине твоя наглость превосходит твою же беспомощность! Постой- постой… это что — нужник?! Ты посмел вызвать меня в отхожее место?!
— Вовсе нет! — поспешил оправдаться Киорус, досадуя на то, что сразу взял неверный тон. — Конечно, заведение не из разряда элитарных, здесь тесновато и нет приличной обстановки, но я ни за что не решился бы оскорбить тебя приглашением в отхожее место. Это комната, которую я снял.
— А воняет как в нужнике, — проворчал шакс, широко зевая во весь рот и демонстрируя четыре ряда мелких черных зубов. — Зачем я тебе понадобился?
— Насчет нашей договоренности по поводу аукциона. На магических торгах случайно не выставляли ничего из имущества покойного Аша?
— Человек! — изумился шакс. — Я всегда качественно выполняю свои обещания: аукцион не состоялся, палата сгорела. Колдуй на здоровье! Тебе не о чем беспокоиться!
— Только что со мной случилось страшное несчастье — я потерял первого биосолдата, аш-кара. На лагерь напали трое неизвестных, убили охранника и неумелым колдовством спровоцировали преждевременное начало магической реакции. «Сосуд» был поврежден и погиб. Ты уверен, что никто кроме меня не посвящен в ритуалы создания солдат Аша?
Атрихигор пожал плечами.
— Опечатанные знания витали в пространстве вечной памяти Вселенной, как ненужный мусор. Я выловил их и принес тебе, ошибки быть не может — ни один другой смертный не владеет тайной.
— Ты не заблуждаешься? — настойчиво уточнил Киорус.
Шакс сжал кулаки и подбоченился.
— Я никогда не заблуждаюсь, в противном случае Мамада не стал бы держать меня при себе! А вот ты явно страдаешь манией преследования. Тебе следовало проверить психику, прежде чем начать выкрикивать мое истинное имя!
— Из разговора падальщиков я запомнил четыре имени, но почему-то сработало лишь твое! — с досадой огрызнулся некромант.
— Значит, остальные были вовсе не именами, — холодно бросил шакс и язвительно добавил: — Выходит, мне несказанно повезло! Скорее говори, чего тебе от меня понадобилось, я уже продрог до костей.
— Трое напавших на лагерь… Наверняка для демона не составит труда найти их и убить.
Шакс вытаращил глаза:
— Шутишь? Мамада разотрет меня в порошок, если я прибегу на его зов позже, чем через несколько секунд! Делать мне нечего, как гоняться за твоими мифическими врагами! Тоже мне, нашел киллера!
— Но… — умоляюще начал Киорус.
— Даже не надейся! — гаркнул Атрихигор и испарился, обдав некроманта горячим дыханием.
Стиснув зубы, осмеянный некромант задул свечи, открыл окно, чтобы выпустить на улицу остатки душноватого пара, витающего под потолком, и поплелся в соседнюю комнатушку, где его ожидала сестра и верные слуги.
Фитиль масляного светильника затрещал от сквозняка и выстрелил горячими брызгами. Лерия
