благородных кровей и окружать себя людьми низкого происхождения.
Это было прямое оскорбление для Сеймуров, которые внимательно наблюдали за Сюрреем и ждали своего часа.
— Король, — говорил Эдвард Сеймур своему младшему брату, гуляя с ним по Большому парку, — долго не протянет, поэтому не мешало бы поставить этих Ховардов на место именно сейчас, пока он еще жив.
Томас согласился, что неплохо бы:
— Но вспомни, что Норфолк однажды предложил женить Сюррея на принцессе Марии.
— Но король и слышать об этом не пожелал.
— Но если король умрет, а на его место сядет маленький мальчик, кто знает, не начнет ли Норфолк снова хлопотать об этом браке? Принцесса Мария — католичка, и Сюррей тоже. Католическая партия непременно поддержит этот брак.
Братья — два прожженных интригана — осторожно посмотрели друг на друга, им показалось, что на этот раз их устремления совпали. Но это было не так. Хертфорд видел себя протектором королевства, а маленького Эдуарда — марионеткой в своих руках. Томас представлял себя мужем принцессы Елизаветы, что должно было сделать его королем.
На какое-то время они объединились, чтобы бороться с Ховардами, но только на время.
И пока они разговаривали, Хертфорд думал о той огромной власти, которую он получит благодаря своему маленькому племяннику; мечты же Томаса о троне перемежались с эротическими мечтами.
Сюррей наблюдал за ними из окна своих покоев и громко смеялся вслух.
— Посмотри, — сказал он одному из своих слуг, — вон ходят эти безродные Сеймуры. Не сомневаюсь, что они плетут интригу против меня и моего отца. Они ненавидят нашу благородную кровь, точно так же как мы ненавидим их низость.
Он отправился к своей сестре. В то время она была весьма недовольна своей судьбой. Король время от времени поглядывал в ее сторону, и, хотя иногда он довольно сильно желал ее, его останавливало то, что она была его родственницей, а его желание было не настолько сильным, чтобы он мог забыть об этом недостатке.
— Посмотри! — вскричал Сюррей, входя в покои сестры и не заботясь о том, что у нее были слуги. — Видишь этих двух великих мужей, которые прогуливаются по саду?
Герцогиня взглянула в окно и поняла, что не сможет отвести взгляд от младшего из братьев.
— Ты дурак, — прошептала она, — брат мой, ты самый безмозглый дурак при дворе.
Сюррей поклонился. Эпитет ему понравился.
— И если из-за своей глупости ты окажешься в Тауэре, что вполне вероятно, — продолжала она тихо, не сводя глаз с высокого мужчины, шедшего рядом со своим братом, — я не сделаю ничего, ничего, чтобы помочь тебе.
Брат громко рассмеялся и даже не потрудился понизить голос.
— Значит, ты думаешь, что это я убедил отца не выдавать тебя замуж за Сеймура? Ну что ж, тут ты права. Я не потерплю, чтобы наша благородная семья вступила в союз с этими худородными пройдохами.
— Да как ты смеешь говорить это мне? — возмутилась Мария.
— Смею, потому что я — твой брат. Я никогда не позволю тебе стать женой Сеймура... даже если бы он этого захотел. Но он не захочет. Он метит повыше. Хоть он и худороден, но метит очень высоко.
— Ты говоришь о зяте короля, — прошептала она.
— А также о человеке, по которому ты сохнешь, сестра.
— Убирайся прочь. И не приходи больше сюда оскорблять меня.
Сюррей насмешливо поклонился. Он видел, что она его ненавидит, ибо он оскорбил ее в присутствии слуг.
Придворные продолжали внимательно наблюдать за Сюрреем. На него смотрели так, как обычно смотрят на людей, чьи дни сочтены.
— Что это со мной? — спрашивал себя поэт. — Наверное, старею. Мне уже тридцать, и хочется чего- то необычного. — Он был столь беспечен, что ему было все равно, каким способом он развеет свою скуку.
Сюррей раздумывал, какую бы учинить новую проделку, и разговор с сестрой натолкнул его на одну мысль.
Сюррей не стал терять времени. Одевшись с большой тщательностью, сияя драгоценностями и приняв надменный вид, он отправился к леди Хертфорд.
Жена Хертфорда, в девичестве Анна Стенхоп, слыла одной из самых гордых и честолюбивых дам при дворе. Она, как и ее муж, мечтала о верховной власти, ибо по натуре была женщиной холодной и алчной. С нетерпением ждала она того дня, когда сделается первой леди в королевстве. Анна Хертфорд ни минуты не сомневалась, что станет ею, зная, что, когда ее муж станет протектором Англии, она возвысится над всеми остальными дамами при дворе, и, если кто-нибудь из них сделает хотя бы попытку показать, что считает себя выше нее, она убедит мужа убрать любую.
Услышав, что граф Сюррей просит принять его, она очень сильно удивилась.
Он склонился, чтобы поцеловать ей руку, и взглянул на нее с какой-то странной робостью. Леди Хертфорд была очень тщеславной женщиной, и ей доставило огромное удовольствие видеть, как наследник самого знатного семейства в стране грациозно склоняется перед ней.
— Леди Хертфорд, я должен сообщить вам одну очень важную вещь, — произнес неисправимый Сюррей, — которая предназначается только для ваших ушей.
Она отпустила слуг, и, наблюдая как они уходят, граф нагло улыбался.
— Леди Хертфорд, — сказал он, — вы прекрасная и грациозная женщина, и мне доставляет удовольствие видеть, что вы занимаете столь высокое положение в королевстве. — Благодарю вас, милорд граф, — ответила леди Хертфорд. — Но о каком же важном деле вы хотели со мной поговорить?
— Я давно наблюдаю за вами, леди Хертфорд.
— Вы наблюдаете за мной?
— С огромным восхищением, которое возрастает с каждым днем. И я решил, что не успокоюсь, пока не расскажу вам о нем.
Леди Хертфорд с подозрением взглянула на него.
Он быстро подошел к ней, схватил ее руку и прижал к своим губам.
— Вы так прекрасны! — воскликнул граф.
— Мне кажется, милорд, вы слишком много выпили. Думаю, вы поступите очень мудро, если отправитесь к себе домой.
— Мудро? — ответил поэт. — Но что такое мудрость? Это удел стариков — как компенсация ушедшей любви.
— Любовь! Вы говорите мне о любви?
— А почему бы и нет? Вы меня очаровали. Вы мне нравитесь. И я пришел, чтобы положить мою любовь к вашим ногам, чтобы просить вас не отвергать меня, ибо я умираю от любви к вам.
— Я буду вам очень благодарна, если вы покинете мои покои немедленно.
— Я не уйду, пока вы не выслушаете меня.
— Это мои покои...
— Я знаю, знаю. Худородная сестра вашего мужа вышла замуж за короля. Силы небесные! Я часто задавал себе вопрос — как ей удалось соблазнить его? Но она женила его на себе, и благодаря этому ее худородные братья приобрели высокое положение. Королю нравится окружать себя людьми низкого происхождения. А знаете почему? Потому что они не опасны ему. Благородных лордов — вот кого ему надо бояться. Посмотрите на них: Уолси, Кромвель, Гардинер и... Сеймуры. Все это люди низкого происхождения.
— Да как вы смеете? — вскричала разъяренная леди.
