Лепешечкой подам, как бабы любят есть. Ну, что же, жрать он кончил? Погляжу тишком, Дверь приоткрывши, чтоб не увидал меня. (Заглядывает в дверь.)
Ну, лопай, трескай, брюхо набивай едой, Пока не разорвешься ненароком сам! Да, ну и жрет, проклятый! Как силач-борец, Налег на корм и челюстями лязгает, И головою вертит, и ногами мнет. Так скручивает корабельщик снасть свою, Когда для барок толстые канаты вьет. Тварь гнусная, прожорливая, смрадная! Кто из божеств всевышних произвел его, Не знаю. Но не Афродита, думаю, И не Харипт также. Первый раб
Кто же? Второй раб
Зевс родил, Из кучи, не из тучи, громыхнув грозой. Первый раб
Теперь, пожалуй, спросит кто из зрителей, Заносчивый молодчик: в чем же драмы суть? И жук при чем? А этому молодчику Заезжий иониец объясненье даст: «Я понял, на Клеона намекают здесь: Навоз в Аиде, дескать, поедает он…» Бежать мне нужно и жуку напиться дать. Второй раб
Я объясню, в чем дело, детям: маленьким, Подросточкам и взросленьким мужчиночкам, Мужчинам расскажу великовозрастным. Мужчинищам великовозрастнейшим всем. Хозяин наш взбесился, но особенно, Не так, как вы, иначе и по-новому. День целый в небо он глядит, разинув рот, И Зевса кроет руганью отборною. «Эй, Зевс, — кричит он, — чем же это кончится? Оставь метлу! Не то Элладу выметешь». Слышится голос Тригоя. Вот, вот! Молчите! Голос слышится хозяина. Тригей
(за сценой)
О Зевс! Ты что с народом нашим делаешь? Ты, как стручки, все города повылущил. Второй раб
Вот-вот она, напасть! Об этом речь моя! Образчик перед вами помешательства. Как только началось его безумие, Себе вопрос он задал, вы послушайте: «Как прямиком залезть мне к Зевсу на небо?» Тут лестницу он смастерил ледащую, Чтобы по ней вскарабкаться, и шлепнулся, И дырку на затылке проломил себе. Вчера ж, невесть откуда, приволок домой С коня величиной жука этнейского И конюхом к жуку меня приставил. Сам Его он гладит, словно жеребеночка: «Пегасик мой! Краса моя пернатая! Взлети, примчи меня к престолу Зевсову!» Но погляжу, что там внутри он делает. (Вбегает в дом и тотчас же выбегает в ужасе.) Беда, беда! Соседи, поспешите, эй! Хозяин мой меж небом и землей повис: Сев на жука верхом, парит он в воздухе. Тригей
(появляясь над крышей дома верхом на навозном жуке)
