Гарри сомневался. Он знал, что зависит от этого решения. Времени осталось мало, и нужно было решить: Хоркруксы или Дары?
- Грипхук, - сказал Гарри. - Сначала я побеседую с ним.
Его сердце стучало так, будто он только что бежал короткую дистанцию и преодолел серьезное препятствие.
- Сюда, наверх, - сказал Билл, указывая дорогу.
Гарри поднялся на несколько ступенек, перед тем как остановиться и посмотреть вниз.
- Вы оба тоже мне нужны! - позвал он Рона и Гермиону, которые выглядывали из-за дверей гостиной. Они вышли на свет, выглядя странно спокойными.
- Как ты? - Гарри спросил Гермиону. - Ты была восхитительна - выдумать такую историю, когда она причиняла тебе боль…
Гермиона слабо улыбнулась, когда Рон слегка пожал ее руку.
- Что мы собираемся делать, Гарри? - спросил он.
- Увидите. Пойдем.
Гарри, Рон и Гермиона последовали за Биллом наверх, на маленькую площадку с тремя дверьми.
- Сюда, - сказал Билл, открывая дверь в их с Флёр спальню, окна которой тоже выходили на море, переливающееся золотом в лучах рассвета. Гарри подошел к окну, повернулся спиной к прекрасному виду и ждал, сложив руки, чувствуя, как покалывает шрам. Гермиона взяла кресло рядом с туалетным столиком. Рон сел на его подлокотник.
Появился Билл с маленьким гоблином на руках, и усадил его на кровать. Грипхук пробормотал
- Простите, что вытащил вас из постели, - сказал Гарри. - Как ваши ноги?
- Болят, - ответил гоблин, - но уже лучше.
Он всё еще сжимал в руках Меч Гриффиндора и выглядел довольно странно - отчасти свирепо, отчасти хитро. Гарри обратил внимание на желтоватую кожу гоблина, его длинные пальцы, черные глаза. Флёр сняла с него ботинки: его длинные ступни были грязными. Он был крупнее домашнего эльфа, но не намного. Его куполообразная голова была гораздо больше человеческой.
- Вы, должно быть, не помните… - начал Гарри
- Что я был тем, кто показал вам ваше хранилище, когда вы впервые были в Гринготтсе? - сказал Грипхук. - Я помню, Гарри Поттер. Даже среди гоблинов ты очень известен.
Гарри и гоблин оценивающе посмотрели друг на друга. Шрам все еще покалывал. Гарри хотел как можно скорее закончить этот разговор, но в то же время он боялся допустить ошибку. Пока он пытался найти наилучший подход, гоблин заговорил.
- Ты похоронил эльфа, - сказал он неожиданно враждебно. - Я наблюдал за тобой из окна соседней спальни.
- Да, - ответил Гарри.
Грипхук посмотрел на него из уголков своих косых глаз.
- Ты необычный волшебник, Гарри Поттер.
- В каком смысле? - спросил Гарри, рассеянно потирая шрам.
- Ты вырыл могилу.
- И?…
Грипхук не ответил. Гарри подумал, что гоблин презирает его за то, что он повел себя как маггл, но ему было неважно, одобрит Грипхук могилу Добби или нет. Он подготовился к атаке.
- Грипхук, мне нужно спросить…
- Еще ты спас гоблина.
- Что?…
- Ты принес меня сюда. Спас меня.
- Ну, мне кажется, ты не против? - сказал Гарри слегка нетерпеливо.
- Нет, Гарри Поттер, - сказал Грипхук, и намотал тонкую черную бородку на палец. - Но ты очень странный волшебник.
- Отлично, - сказал Гарри, - но мне нужна помощь, и ты, Грипхук, можешь мне её оказать.
Гоблин не выказал ни тени готовности, и продолжил смотреть на Гарри так, будто никогда не видел никого подобного.
- Мне нужно пробраться в подземелье Гринготтса.
Гарри не хотел говорить об этом настолько прямо: слова сами выскочили из него, подталкиваемые болью. Его шрам вспыхнул, и он опять увидел очертания Хогвартса. Он наглухо закрыл свое сознание. Сначала нужно было разобраться с Грипхуком. Рон и Гермиона смотрели на Гарри так, будто тот сошел с ума.
- Гарри, - начала было Гермиона, но Грипхук прервал ее.
- Пробраться в подземелье Гринготтса? - повторил гоблин, морщась, приподнимаясь на кровати. - Это невозможно.
- Нет, возможно, - возразил Рон. - Ведь однажды это уже произошло.
- Да, - сказал Гарри, - в тот же день, когда я встретил вас, Грипхук. Мой день рождения, семь лет назад.
- То хранилище, о котором идет речь, было тогда пусто, - отрезал гоблин. Несмотря на то, что Грипхук покинул Гринготтс, его оскорбляла сама мысль о том, что можно пробить брешь в защите банка. - Его почти не защищали.
- А то, которое нужно нам - нет, и, я думаю, что защита будет достаточно сильной, - сказал Гарри. - Он принадлежит Лестранжам.
Он увидел, что Рон и Гермиона удивленно переглянулись, но будет еще достаточно времени, чтобы все им объяснить, после того, как Грипхук ответит.
- У тебя нет шансов, - спокойно заметил Грипхук. - Ни единого. Если ты ищешь в наших подземельях, сокровище, которое тебе не принадлежит…
- Вор, тебя предупредили, берегись, - да, я знаю, я помню - сказал Гарри.
- Но я не пытаюсь завладеть каким-то сокровищем, я не хочу заполучить что-то лично для себя. Ты можешь мне поверить?
Гоблин косо посмотрел на Гарри, и шрам в виде молнии на его лбу запульсировал, но он не обратил на это внимание, отказываясь принимать эту боль и этот зов.
- Если вообще есть волшебник, которому я мог бы поверить в том, что он не преследует личной цели, - наконец ответил Грипфук, - то это ты, Гарри Поттер. Гоблины и эльфы не привыкли к такому обращению и уважению, какие ты проявил сегодня. Не со стороны обладателей волшебных палочек.
- Обладателей волшебных палочек, - повторил Гарри. Ему показалась странной эта фраза, и его шрам болел, Волдеморт направил его мысли к северу, и Гарри не терпелось поговорить с Олливандером в соседней комнате.
- Право иметь волшебную палочку, - сказал тихо гоблин, - было предметом разногласий между волшебниками и гоблинами.
- Но гоблины могут колдовать без палочек, - сказал Рон.
- Это неважно! Волшебники отказываются делиться секретами искусства владения волшебной палочкой с другими магическими созданиями, они лишают нас возможности развивать нашу магическую силу.
- Ну, гоблины тоже ни с кем не делят секреты своей магии, - сказал Рон. - Вы не рассказываете нам, как делать мечи и оружие, которые вы умеете делать. Гоблины умеют делать с металлом такое, что ни одному волшебнику…
- Это неважно, - сказал Гарри, заметив прилив цвета к лицу Грипхука. - Речь идет не о противостоянии волшебников и гоблинов или каких-либо других магических существ…
Грипхук неприятно хмыкнул.
- Речь идет как раз об этом! Если Темный Лорд станет могущественнее, чем когда-либо, то ваша раса окончательно укрепится во власти над моей. Гринготтс подчинится закону волшебников, домашние эльфы будут убиты, и кто из обладателей палочек возразит?
- Мы! - сказала Гермиона. Она села прямо, ее глаза горели. - Мы возразим! - И меня будут преследовать
