бы и дальше, если бы я вежливо не кашлянула.
Они одновременно посмотрели на меня, Хранитель Илдран почти тут же отвернулся и пошел прочь, Цун, махнув нам рукой, следом.
Разбили палатки рядом с лесом, но так, чтобы вход смотрел на озеро. Я так попросила, потому что на лес я больше смотреть не хотела. Судя по тому, как быстро согласились со мной Демм и Цун — тоже.
И меня покормили! Причем, готовил Демм, за что я была ему благодарна. Да и Цун не особо рвалась вновь примерить на себя учесть повара… И, главное, позволили отдохнуть. Я задремала прямо на траве, под открытым небом, наслаждаясь свежим воздухом и ветром. И проснулась я сама, солнца только-только приближались к горизонту.
Все сидели возле костра и негромко переговаривались, потирая глаза и зевая, я направилась к ним.
— Я же сказал, что я могу спокойно долететь! Зачем тратить время и силы? — это Демм.
Стоило приблизиться, все уставились на меня, отчего я почувствовала себя не в своей тарелке.
— Ты проснулась! — воскликнула Цун так радостно, словно я спала ну как минимум суток двое. Памятуя о случае, когда, если бы меня не разбудили, это бы вполне произошло, я, на всякий случай, спросила, сколько спала. Как оказалось, не более пяти часов.
— Так, ладно, раз она проснулась, начинаем. Цун… — Хранитель Илдран хлопнул ладонями о колени.
— Ну уж нет! Еще раз повторю, что проще долететь!
Я непонимающе выгнула бровь и подергала Демма за рукав.
— А что здесь происходит?
Ответил мне Хранитель.
— У нас не так много времени, чтобы им разбрасываться впустую, поэтому сегодня мы начнем поиски подсказки, касающейся потерянных пророчеств Рейбан и Аеморис. Мы ведь ради этого и пришли на это озеро Ланарх. Предание среди нас, Хранителей, гласит, что именно его воды принесло нам пророчества, точнее, Последняя Выжившая госпожа, когда дотронулась до воды в самой его середине. И я предлагаю воспользоваться силами Миц
Мицуно?.. Кто… Цун! Ее полное имя… понятно, почему она не назвала его, ведь тогда я сразу все узнала и поняла. Ее назвали «Водяная» на языке Лабораторий, специальном языке, который никто, кроме ученых не использует.
— Но я предложил не использовать силы, которые могут еще пригодиться, и долететь на моих крыльях, — сказал Демм.
Так… Ладно, опять события начинают разворачиваться с пугающей быстротой. Хорошо, я привыкла. Надо добраться до середины огромного озера. Я прикинула расстояние на глазок. Слишком далеко и чересчур много воды! Это как нужно перенапрячься Цун, чтобы подчинить такое количество стихии??
Я кивнула Демму.
— Да, давай так.
— Но он выдержит только одного! — Весь вид Хранителя дышал возмущением. Цун тронула его за руку и едва заметно покачала головой.
Демм зашел сзади и уже привычным движением подхватил меня на руки.
— Ведь и нужен только один… — ухмыльнулся он и шепнул. — Держись крепче.
Я крепко обхватила его шею.
Демм, добежав до края берега, прыгнул. Я зажмурилась, хорошо хоть на визг не сорвалась! За спиной его зашелестело. Я все же приоткрыла один глаз, и с восторгом заметила белоснежные крылья. Они махали так сильно, что у меня сорвало капюшон и едва не вплющило нос, который я поспешила спрятать, на и вообще развернула голову и смотрела вперед. Внизу, в каких-то полтора метрах простиралась водная гладь, в лицо бил ветер… Я ни капельки не боялась, наоборот, была в полнейшем восторге.
Мы неслись с потрясающей скоростью и, вскоре, достигли середины. Демм замахал крыльями медленнее, плавно опуская меня к самой воде.
— И что я должна делать? Просто дотронуться? — спросила я его.
— Да.
Ну что ж, ничего сложного. Я с замиранием погрузила пальцы в воду. И ничего не произошло. Обычные ощущение от обычной воды. Ни ожидаемых мною каких-нибудь электрических разрядов, ни видений, ни чего-либо еще. Вытащила, погрузила еще раз. Тот же результат. Вопросительно посмотрела на Демма, тот пожал плечами, мол, сам не знаю, и тоже, держа меня одной рукой, коснулся воды.
В общем, к Хранителям мы вернули с ни чем. Хранитель Илдран так вдумчиво на меня посмотрел и спросил, а не издеваюсь ли я над ним. Я уверила, что и в мыслях не было. С человеком с такими глазами, шутить будет только самоубийца. Потом он пнул ни в чем не повинный камушек и, злобно выругавшись на неизвестном мне языке, быстро пошел в лес. Цун бросилась за ним.
Просто замечательно, я что — виновата, что получилось не так, как они ожидали?
Или может… виновата?
Как понять? Что я тогда сделала не так?
Демм положил подбородок на мою макушку.
— Не волнуйся. Они что-то напутали и теперь бесятся. Забудь.
Я кивнула.
К позднему вечеру вернулась Цун, но так и не заговорила с нами. Выглядела она очень обозленной. Просто прошла мимо и исчезла в своей палатке.
Что у них с Хранителем там произошло?
Вскоре, засобирались спать и мы. Одна палатка на двоих… ну почему я не подумала, когда была в магазине??
Демм уже скрылся в ней, я приподняла полог, чтобы последовать его примеру, потому что начинало ощутимо холодать, но… в прояснившейся голове с внезапной четкостью я услышала хрустальный перезвон. Я оглянулась в поисках источника звука, но ничего не заметила. Звук повторился, стал более настойчивым. Еще раз… я поняла, откуда он звучит — со стороны воды. Я пошла навстречу этому звуку…
Он звал меня. Ближе… ближе… Я подошла к самому краю, балансировала на пятках, а передо мной простиралась такая в лунном свете водная гладь. Серебристый свет играл на мягких волнах, создавая причудливые фигуры… образы…
Такие знакомые…
Эти слова донес до меня ветер… Шепот сотен тысяч голосов.
И неожиданно для себя я запела.
Незнакомый язык… нет… это именно мой родной язык. Я должна было говорить на нем с рождения…
Наполненная печалью, что разрастается в груди, песня, срывающаяся с губ как легкий ветерок, уносится вдаль. Скорбь по погибшим… по тем, чья бесконечная жизнь была так грубо оборвана. Я обязана им своим рождением…
Я чувствовала, как по щекам текут слезы.
И пела…
К моему высокому голосу присоединился низкий, от которого вибрировал воздух… наполненный скорбью, как мой.
Его голос слился с моим.
Изменим… мы вместе… мы все изменим…
Как мне больно за них!..
Мы были едины. И знали, о чем говорим Им. Мы исполним свое предназначение.
Я протянула руку к серой луне, и на нее накрыла другая, рука Демма.
