– Вот представь себе. Ты вдруг узнаешь о том, что полицейский совершил преступление. Что ты будешь делать?
– А ты в этом уверен?
– В том, что коп совершил преступление? Нет. А как можно быть в этом уверенным до приговора суда?
Отец задумался
– Но у тебя есть улики? Я имею в виду – ты не придумываешь?
– Я ни в чем не уверен. То, что у меня есть – все это можно истолковывать по-разному. Очень по- разному.
– Ты знаешь, что копы должны держаться друг за друга, решать проблемы, которые у них есть самостоятельно.
– Знаю. А что если это тяжкое преступление?
– Надеюсь, не совращение детей?
– Нет. Убийство.
Отец помолчал
– Расскажи.
– Рассказать… Ты знаешь про то что несколько дней назад погиб заместитель государственного секретаря САСШ?
Отец махнул рукой
– Ты шутишь? Я знаю о том, что Вашингтон Нэшнлс* выиграли последний матч, причем с солидным перевесом. Я знаю, где в окрестностях можно поймать форель, и где в сезон будет лучшая охота на оленя. Какое мне дело до Пу-Ба**, который склеил ласты в Вашингтоне? Расскажи что-то поинтереснее.
– Это – интереснее некуда. Он склеил ласты на сто двадцать четвертой дороге, помнишь еще такую?
– Не он первый, не он последний. Это узкая и опасная дорога, особенно зимой. Ей часто пользуются те, кто хочет срезать путь, а те кто хочет срезать путь обычно торопятся и превышают скорость. Там же – не то место которое позволяет гнать на девяноста милях в час. И что?
– Труп обнаружил коп. Детектив Мюллер, помнишь такого?
– Нет.
– И не должен. Он перевелся к нам с юга.
– Почему?
– Видимо решил сменить климат. Это была не его зона ответственности, он не должен был там находиться – и тем не менее, он там был. Он то и обнаружил труп.
– Ехал мимо и …
– И увидел пролом в ограждении. Решил посмотреть.
Отец расхохотался
– Сынок… Ты выглядишь уже достаточно взрослым, чтобы не купиться на эту туфту. Ехал и увидел. Когда ты там едешь – ты вцепляешься руками в руль, а глазами в дорогу. Решил посмотреть, надо же…
– Вот я и не купился. Я наведался в одну фирму – она занимается выписыванием квитанций за превышение скорости – и узнал, что детектив ехал не со стороны округа – а со стороны Вашингтона. И какого черта он поехал по сто двадцать четвертой дороге – совершенно непонятно. Ведь получается, что он развернулся и поехал назад, но не по Кастис Мемориал, а свернул на узкую и неудобную сто двадцать четвертую.
Старый шериф, бывший капитан полиции и детектив немного помолчал, собираясь с мыслями.
– Как произошла авария. Пострадавший ехал в сторону Вашингтона?
– Да.
– И слева обнаружили следы от удара об другую машину. И решили, что это произошло при обгоне – просто парень увидел что кто-то едет по встречной и запаниковал.
– Да
– И этот парень скрылся. И тот что ехал по встречке – тоже скрылся.
– Да. Откуда ты…
– Оттуда что я без малого пятьдесят лет в этом деле. Вы ведете поиск?
– Да. Просматриваем камеры дорожного наблюдения на Кастис Мемориал изъяли пленку с камеры видеонаблюдения с ближайшей заправки. Понимаешь, сейчас страховые компании требуют чтобы на застрахованных объектах были видеокамеры пусть дешевые но…
– Забудь. Ты ничего не найдешь. Вы тянете пустышку.
– И как же оно было?
– Очень просто. Мюллер ехал первым, за ним – твой Пу-Ба. Третьим ехал неизвестный. Третий начал обгонять, и в этот момент Мюллер затормозил. А третий – столкнул автомобиль второго под откос. После чего третий уехал – а Мюллер немного выждал и сообщил о дорожно-транспортном происшествии.
– Но на машине Мюллера нет следов столкновения!
– Их и не будет. Первый и третий – сработали на сто процентов. Когда перед тобой начинает тормозить машина – ты резко перекладываешь руль. Это и сделал Пу-Ба – он попытался уйти вправо, на встречную. Но там уже был третий, он нанес встречный удар своей машиной и столкнул машину Пу-Ба под откос. Достаточно точно ударить – в правое крыло, и шансов у Пу-Ба нет. А замести следы достаточно просто. Камер там нет. На первой машине следов нет, третью машину либо сдали на металлолом, либо что более вероятно – оставили в дурном районе с ключами в замке зажигания. Второе более вероятно, потому что сдавая машину на металлолом надо все-таки платить и расписываться – а угонщики решают такие проблемы анонимно. Вы никогда не найдете машину третьего.
– А если бы на машине Миллера остались следы? Как они могли быть уверены в том, что вторая машина не заденет бампером первую?
– Никак. Если бы это произошло – Мюллер просто уехал бы. Вот и все.
Лейтенант Мантино молча переваривал сказанное. Получалось еще хуже, чем он думал – но думал, что Мюллер знал о том, что произошло, и знал о том кто это был. А теперь, по словам отца – Мюллер сам мог принимать участие в убийстве. Если это всплывет наружу – детектив полиции убил заместителя государственного секретаря – все это закончится отставкой министра юстиции. И лейтенант Мантино сделал ошибочный вывод – что причины слежки в этом и кто-то просто пытается не допустить разрастания скандала и отставок в правительстве.
– Есть что то еще? – отцовские глаза, строгие и проницательные смотрели казалось, прямо в душу – ты еще что-то хочешь мне сказать?
– Хочу. Этот скандал – он не заканчивается. Сегодня утром я проверил свой ящик в электронной почте. Там лежит письмо, подписанное заместителем министра юстиции. Мне предлагают новую работу.
– Где?
– Министерство безопасности Родины. Новая структура, борьба с терроризмом, анархизмом, угонами самолетов, активные действия против наркомафии и все такое. Как те парни, которых мы вынуждены были отпустить – только на гораздо более высоком уровне. И еще там есть письмо моего капитана. Ему уже известно о приглашении и он поздравляет меня.
Оба мужчины, сидевшие в пикапе знали, что это означает. Это прямой и недвусмысленный намек на то, что предложение следует принять.
– Сколько тебе собираются платить?
– Мне предлагают место в Нью-Йоркском офисе. Двадцать четыре тысячи пятьсот долларов в год***, бесплатная медицинская страховка, включая стоматолога, бесплатное место на парковке****. Плюс надбавки за работу в опасных условиях.
– Сколько ты получаешь как лейтенант детективов?
– Двадцать две. Иногда бывают надбавки и премии – но наше начальство не слишком на них щедро.
– Соглашайся – сказал отец.
– Из-за двух с половиной тысяч в год?
