– У меня их нет, князь.
– Как нет? – Гарин с недоумением посмотрел на Дурова.
– Надо вам сказать, князь, я… я тайком уехал от отца, он запрещал мне вступать в ряды действующей армии.
– Всё это довольно странно.
– Верьте мне, князь, я говорю правду.
– Скажите, что заставляет вас покинуть отца и поступить в армию? Неужели погоня за славою! Прослыть героем? – спрашивал князь Сергей молоденького казака.
– Нет, князь, нет…
– Что же? Скажите.
– Это моя тайна.
– А! Ну, это другое дело. Вот что, молодой храбрец, я могу для вас сделать: я попрошу ротмистра Зарницкого, он возьмёт вас в свой эскадрон.
– О, я так буду вам благодарен, князь!
– Зайдите ко мне часа через два, я устрою вас.
– Слушаюсь, ваше сиятельство.
По-военному отдав честь князю, казак-мальчик вышел из барака.
Спустя часа два он опять пришёл к Гарину.
– Пойдёмте, я сведу вас к ротмистру, – сказал князь Дурову.
Они вышли из барака, казака дожидался сильный, красивый черкесский конь.
– Это ваша лошадь? – спросил с удивлением у Дурова князь.
– Да, это мой неразлучный Алкид.
– Хороший конь, породистый.
– Знаете ли, князь, я пятилетним мальчуганом скакал по родным полям и лугам на этом коне.
– И вам позволяли?
– Я без позволения, тихонько. Бывало, у нас ещё спят, а я уже на коне, в одной рубашонке, – самодовольно рассказывал молодой казак.
– Удивляюсь! Лошадь горячая; обуздать её нужна сильная, опытная рука.
– Мой Алкид, кроме меня, никого не слушает. Алкид, иди за мной!
Красивая лошадь посмотрела своими умными глазами на казака и пошла за ним.
– А, это тот герой, про которого ты мне говорил, князь? – спросил ротмистр Зарницкий у Сергея, показывая на Дурова.
– Да, Пётр Петрович, прошу, прими его под своё покровительство, – с улыбкою ответил Гарин.
– Служить хотите? Кровь за отечество проливать? Похвально! Только как это вы от тятеньки с маменькой ушли, то есть убежали? Ну если они проведают, где вы находитесь, да вас вытребуют? – насмешливо спросил у казака Зарницкий.
– Я совершеннолетний, господин ротмистр.
– Виноват, на взгляд вам не больше лет пятнадцати. Что же, я готов, юный герой, принять вас в мой эскадрон.
– Постараюсь заслужить, господин ротмистр, ваше доверие.
– Может, мне за это и достанется от начальства: ведь у нас делается по форме, а у вас никаких документов нет – кто вы и что вы? Один Господь ведает.
– Я дворянин, звать меня Александр, а фамилия Дуров.
– Ну, так и запишем. Слушайте, юнец, когда у вас вырастут усы?
– Скоро, господин ротмистр, – покраснев, ответил казак.
– То-то, а то вдруг герой и без усов.
– Больше для него чести, – вступил в разговор Гарин.
– Больно руки-то у вас малы да нежны, боюсь – сдержат ли они саблю острую?
– Не беспокойтесь, господин ротмистр, мне не привыкать, не одну сотню французских голов снесу.
– Молодец! Право, молодец! А Наполеона не боитесь?
– Чего бояться! Он такой же человек; мне увидать его хочется!
– Зачем? Он съест вас! – добродушно засмеялся Пётр Петрович.
– Подавится!
