Интересно сопоставить мнение В. Эрна с оценками других лиц, присутствовавших на вечере.
Вот как оценила М.К.Морозова в письме Е.Н.Трубецкому в Рим прочитанные доклады: 'Была масса народа. Недурны были доклады Вяч. Иван<ова> и Бердяева, Блока — ерунда, а Эрна бледно'. «Наша любовь нужна России…» ПубликацияА.Носова //Новый мир, 1993, №10, с. 185.
С.Соловьев 18.02.1911 писал А.Белому: 'Был вечер Владимира Соловьева в Религиозно- философском обществе. Эрн читал про профессора Введэнского и дэмонов. Вячеслав развел что-то гносеологически- педерастическое.'
Из письма Т.А.Тургеневой — А.А.Тургеневой от 11 февраля 1911: <...> Вчера была на торжественном Владимиро-Соловьевском заседании. Вяч. Иванов гнусил, гнусил, я ничего не поняла. Бердяев читал так длинно и так страшно высовывал язык, что я чуть не заснула. Эрн читал очень вежливо и выпил три стакана воды. Потом выел Михаил Иванович, поправил пэнснэ и прочел очень хорошую статью Блока, который не приехал, п<отому> ч<то> свернул себе шею, но что смешно, что в день заседания Мих<аил> Ив<анович>, когда проснулся, не мог повернуть голову, у него сделалось то же самое, но к вечеру прошло. В общем было скучно.'
Из п. М.И.Сизова — Андрею Белому от 11.02.1911: <...> Блок заболел и совсем не приедет. <...> Вчера Соловьевский вечер прошел без заметного подъема. Народа было много. Блок заболел и не приехал, его реферат 'Рыцарь-Монах' читал я. Были два молодых патера. Они заинтересовались взглядом Бердяева на различие церквей Зап<ада> и Вос<тока> и невозможность их соединения. Различие это он приводил к образам Иоанна и Петра в 'Трех разговорах'. Они сказали, что различие действительно таково. Сегодня один из них просил <разрешения> прийти к Бердяеву еще поговорить.'
Из п. от 12.02.1911 Т.А.Рачинской своему мужу, Г.А.Рачинскому, который в это время находился в клинике нервных болезней в Риге: '<...> Я уверена, что Булгаков, а вероятно и еще другие уже написали тебе о Соловьевском заседании все подробно и основательно. Очень жаль, что не приехал Блок и потому его реферат в чтении Сизова выел менее интересным. Понравися нам Эрн; Вяч. Иванов интересно и довольно понятное читал. Но не было его обыкновенного подъема духа. Бердяев уж очень длинно и не приготовившись, т.е. уж очень тянул и повторялся.'
Из п. С.П.Боброва — Андрею Белому от 16.02.1911.: '<...> 10-го в Политехническом музее был вечер, посвященный амяти Владимира Соловьева. Говорили Эрн, Бердяев, В. Иванов, Блок (собственно он не говорил, а читали его доклад, сам он не приехал), я на этом вечере не был, а вох популиш говорит приблизительно следующее: Эрн — бессодержателен был, Бердяев длинновато и больше о себе, чем о Соловьеве, Вяч. Иванов очень интересен. Блок тоже.'
Из п. А.С. Петровского — Г.А.Рачинскому от 16.02.1911: '<...> Самым крупным событием был за последние дни приезд Иванова и Солоьевский вечер. Блок был болен и не приехал, реферат его — далеко лучший из всех прочитанных, потрясающий священной правдой и прямотой, поистине достойный и Блока и Соловьева — прочитан был за него Сизовым. Доклад Иванова неважен, вял, разбросан, бескрылый; Эрн очень слаб: роковая неспособность освободиться от гимназических пристрастий, гимназическая же незрелость, злоупотребление 'Тремя свиданиями', совершенно беспомощное; затем полуторачасовая речь Бердяева, талантливая, во многом справедливая (напр<имер, в отрицательном отношении к 'унии' церквей). Полный зал, полный сбор. ...>'
Из п. М.И. Сизова — Г.А. Рачинскому от 17.02.1911: '<...> Из московских 'событий' можно упомянуть лишь о заседании в память Соловьева. Блок не приехал, и его докад читал я. Любопытно: он не приехал потому, что у него такие ревматические боли в шее сделались, что он не мог головы повернуть, у меня накануне заседания та же самая история, и я едва размялся, намазавшись иодом. Особенного поъема не было на заседании. Речь Бердяева заинтересовала двух бывших на нем католических
