По «пути следования» к теперешнему местоположению Протоархипелаг дробился на отдельные острова, они вновь смыкались и опять, уже по-другому распадались. При этом, очевидно, не только не произошло сокращения общей площади данной суши, но даже произошло едва заметное наращивание её.
Очевидно, бесполезно бороться с тем расхожим представлением об Архипелагах, которое сложилось у большинства не очень осведомленных о географии Саракша землян. Они тут же представляют себе россыпь крохотных живописных коралловых атоллов, на которых растет пара-другая пальм. Разумеется,это совершенно не так! Саракшианские Архипелаги - совокупность весьма крупных островов (тамошних мадагаскаров, борнео, новых зеландий и японий с филиппинами), общая площадь которых превышает площадь нашей Бразилии! В центре некоторых островов жили и сейчас живут островитяне совершенно «сухопутного» образа жизни, которые видят море только во время отпуска после полусуточного путешествия к нему на поезде. Но, разумеется, в составе архипелагов есть и сотни карликовых островков.
Проливы между большинством островов - узкие и мелководные. Это означает, что даже недавно по геологическим меркам характер местности вполне мог быть иным, и острова могли периодически соединяться, меняясь представителями растительного и животного миров. Так что эндемичных видов на каждом отдельно взятом острове не слишком много, фауна и флора Архипелагов сравнительно однородны, с разницей, максимум, на уровне родов и видов. Семейства же и более высокие систематические группы совпадают. Хотя… Для пресноводных рыб и лягушек морской пролив шириной в километр - это ещё более непреодолимая преграда, чем для птиц горная цепь высотой в семь километров.
Инопланетные и антропогенные факторы эволюции флоры и фауны
Однако на складывание природы Архипелагов оказывали влияние не только внутрисистемные факторы. Так, сверхцивилизация Странников около 10-9 миллионов лет назад переместила с другой планеты как на саракшианский Континент, так и на Архипелаги около двух десятков видов приматов. Однако эволюция обезьян на Саракше резко замедлилась, почти остановилась. Некоторые виды вымерли. Оставшиеся не проявляли никаких тенденций к очеловечиванию. Около 250 тыс. лет назад Странники переместили с Земли на Архипелаги Саракша людей прямоходящих. Но эксперимент не удался, популяция homo erectus зашла в эволюционный тупик. Очевидно по этой причине Странники потеряли всякий интерес к пепеселенцам. Около 45-40 тыс. лет назад на планете Надежда часть поздних людей прямоходящих взрывообразно преобразилась в вид современных людей разумных разумных, то есть в нас, Homo Sapiens Sapiens. Количество удачно мутировавших особей было крайне мало, и, когда оно чуть возросло, Странники решили расселить людей разумных разумных с Надежды по землеподобным мирам. В Хохайской впадине на западной окраине саракшианского Континента появились первые представители людей разумных разумных и заселили весь Континент.
В конце 5 в.н.э. по земному летосчислению берегов Архипелагов достигли корабли первых переселенцев с Континента. Новые земли были открыты случайно, у переселенцев не было животных и растений, специально предназначенных для разведения на островах. Тем не менее, быстро размножились потомки сбежавших на волю кошек и священных енотов, прекрасно прижились одичавшие утки. К сожалению, кроме них на Архипелаги приплыли также корабельные крысы и мыши.
Переселенцы очень бережно относились к природе новообретённой родины. Хотя не обошлось без прискорбного исключения. Они полностью истребили живших на островах людей прямоходящих, сочтя тех «обезьянами, пользующимися огнём».
С налаживанием постоянных торговых связей с Континентом произошло искусственное заселение многих внутренних водоёмов Архипелагов промысловыми рыбами, появились нечаянно завезенные животные-паразиты, сорняковые растения.
Авифауна Архипелагов очень долгое время была крайне слабо развита и представлена немногими видами морских водоплавающих птиц. Перелётных птиц там не было – «Редкая птица долетит до середины мирового океана». Но каким-то образом на острова попали и быстро размножились там неприхотливые воробьи, голуби и вороны.
Во время Мировой войны обе стороны активно применяли ядерное и химическое оружие. Это вызвало целую волну мутаций в живой природе Континента. Природа архипелагов тоже отреагировала, хотя и не столь бурно.
На острова не упал ни один ядерный заряд. Но после атомных ударов и применения химического оружия на Континенте огромные массы радиоактивной и ядовитой пыли были унесены ветром и опустились на океанскую поверхность. Тогда многие климатологи Островной Империи предсказывали наступление ядерной зимы на несколько лет и гибель всего живого от холода. По счастью этого не случилось. Однако аквафлоре поначалу пришлось туго. Одни виды погибли, другие возникли в самые короткие сроки. Третьи мутировали. Среди мутировавших была широколистая плавающая водоросль, которую в просторечье называли «морским салатом». Плети мутанта достигали тридцати футов в длину и фута в ширину. «Морской салат» стал быстро плодиться, его поляны занимали площади в сотни квадратных миль. Теплое Восточное течение сбивало эти поляны вместе и гнало к Архипелагам. Два с половиной месяца требовалось, чтобы они проходили путь от материка до островов. И за это время они не только сохраняли жизнь, но и непрерывно размножались. Прибой начал громоздить на пляжах целые холмы «салата». Фермеры едва успевали сгребать их и отвозить на поля, потому что водоросли оказались великолепным даровым удобрением. Во многих местах под сплошным ковром буро-зеленых водорослей поверхность океана стала неподвижной, словно стоячий пруд. Ни малейшей ряби, волнения, всплеска не было на странном, застывшем море. Акулы и морские ящеры не заплывали в этот густой овощной суп и мелкие травоядные рыбы в полной безопасности нагуливали там жир. По подсчетам биологов рядом с Архипелагами сформировалась особая природная зона. Масса заключенной в ней морской растительности превосходила общую массу лесов суши на планете. «Салат» выделял в атмосферу над островами раза в два больше кислорода, чем растительность всего Континента. Именно благодаря насыщенности воздуха кислородом дневное небо постепенно приобрело характерный розовато-оранжевый оттенок, исчезающий по мере удаления от островов.
После Мировой войны в аквафауне увеличилось количество рыб, членистоногих, кишечнополостных, амфибий и рептилий. А вот водных млекопитающих осталось мало. Только в последние полвека начали быстро восстанавливаться популяции кашалотов, крупных и мелких дельфинокитов, тюленей-крабоедов и нелетающих плавающих птиц.
На Архипелагах после Мировой войны возникли новые виды рептилий, птиц, грызунов, рукокрылых и др. Зато практически неизменной осталась неодинозавровая составляющая часть островной фауны, прекрасно сосуществующая с множеством видов вполне развитых млекопитающих и птиц.
Неодинозавровая составляющая часть островной фауны
При формировании Архипелагов их флора и фауна развивались изолированно от флоры и фауны Континента. Совершенно очевидно, что на островах не появились те виды растений и животных, которые образовались на Континенте.
Зато часть не вымерших динозавров Протоархипелага успешно трансформировалась и заполнила пустующие экологические ниши, которые на Континенте занимают млекопитающие. Появились, к примеру, яйцекладущие «неодинозавровые заменители» крупных хищников: засадных кошачьих охотников (четвероногие прыгуны-хохаи, древолазающие цзунго и др.) и стайных псовых охотников-преследователей (двуногие дзу, гацэ и др.). Они, как и их родные «братья»-птицы стали теплокровными. Одни из них обросли перьями и подпёрным пухом, другие покрылись квазишерстью.
Широко распространены на Архипелагах также разнообразные травоядные неодинозавры, как птицетазовые, так и ящеротазовые.
Охота на хищных неодинозавров всегда была излюбленным развлечением островной аристократии. Простолюдинов обеспечивала мясом охота на крупных травоядных. К чести островитян следует заметить, что при этом ни один вид этих животных не был полностью истреблён. Разумеется, неодинозавровая фауна никак не могла быть подвергнута широкомасштабному одомашниванию. Однако мелкие птицетазовые
