и старческой нежности нет в ней!
Мир огромив мощью голоса,
иду – красивый, / двадцатидвухлетний.
309
Мама! / Ваш сын прекрасно болен!
310
Прежде чем начнет петься,
долго ходят, размозолев от брожения,
и тихо барахтается в тине сердца
глупая вобла воображения.
311
Улица корчится безъязыкая —
ей нечем кричать и разговаривать.
312
Гвоздь у меня в сапоге / кошмарней, чем фантазия у Гете!
313
Наших душ золотые россыпи.
314
Где глаз людей обрывается куцый, / (...)
в терновом венце революций / грядет шестнадцатый год.
Строка: «Грядет шестнадцатый год» – появилась при публикации отрывков из поэмы в марте 1917 г. («Новый сатирикон», № 11). В первоначальной редакции было: «Грядет который-то год».
315
Хорошо, когда в желтую кофту / душа от осмотров укутана!
Также в более раннем стихотворении «Кофта фата» (1914): «Я сошью себе (...) / желтую кофту из трех аршин заката».
Еще раньше, в 1913 г., «Свободный театр» А. Таирова поставил пьесу-сказку Г. Бернимо и Дж. К. Хазлтона «Желтая кофта».
316
Сегодня / надо / кастетом / кроиться миру в черепе!
317
Любовница, / которую вылюбил Ротшильд.
318
Тринадцатый апостол.
«Я, воспевающий машину и Англию, / может быть, просто, / в самом обыкновенном евангелии / тринадцатый апостол». «Тринадцатый апостол» – первоначальное название поэмы «Облако в штанах», запрещенное цензурой.
Выражение встречалось уже у Иоанна Златоуста в 403 г.: «Вчера вечером она [византийская императрица Евдоксия] называла меня тринадцатым апостолом, а сегодня назвала меня Иудою» («Беседа при отправлении в ссылку», 2).
319
Эй, вы! / Небо! / Снимите шляпу! / Я иду! / Глухо.
