Звезды на приеме у психолога. Психоанализ знаменитых личностей

вечный ученик. В тоже время, это сон о большом потенциале развития моего пациента как творца. Поэтому мой пациент всегда учится и развивается. Остаётся, только затаив дыхание ожидать великих открытий со стороны моего пациента, хотя уже итак их сделано немало. В заключении сеанса я поздравил моего пациента с днём рождения 10 августа и пожелал ему музыкальных открытий.

ПЕВЕЦ РЕНАТ ИБРАГИМОВ

— О чём больше всего переживаете сегодня, от чего страдаете?

— В первую очередь это то, что у нас безобразие творится. Есть бездомные дети, которых миллион и эту проблему сейчас не решают, а если и решают то, можно сказать, спустя рукава. Кроме того, проституция. Может это даже те же дети, которые практически вынуждены идти на эти заработки.

(Мой пациент защищается игнорированием личностных факторов, и, поэтому, даёт оценку социальным факторам, а не своему внутреннему миру и переживанию. По-видимому, его переживания связаны с переменой социальной среды, которая в прошлом была более благоприятной для расцвета творчества моего пациента. Именно в прошлом у моего пациента был большой успех в артистической деятельности. Может быть, это высказывание выражают обыкновенную тоску и ностальгию по прошлому? Но об этом мы узнаем позднее.)

— И всё-таки попробуйте оценить не социум, а себя?

— Я нахожусь в ожидании лучших перемен. Я знаю, что эти времена все равно придут, и, несмотря на то, что сейчас идет нагнетание тяжелых и сложных ситуаций, и в мире, и в стране. Но через это мы все должны пройти. Мы все равно на пороге коренных улучшений, изменений, которые будут происходить на всей земле, на всей планете. И я счастлив, что я живу в этот трагический момент. Сейчас идет смена двух веков, двух энергетик. Уходит старое и на смену приближается энергетика созидания.

(Защита интеллектуаллизацией. Частотный анализ высказываний моего пациента, в т. ч. и тех, которые не вошли в данный психоаналитический материал, показал что он часто использовал понятие «энергетика», на втором месте было понятие «Аллах». Всё это свидетельствует о сочетании восточно- философских и духовных подходов в психике моего пациента.)

— Может быть, у вас творческий кризис? Было время, когда вы начинали своим исполнением праздничные правительственные концерты в кремлевском дворце съездов. Нет ли такого ощущения, что вас кинули? Насколько эти изменения коснулись вас и как вы от этого страдаете?

— Мне хотелось бы чтоб уважали мое творчество, чтобы мой труд был бы услышан народом как можно шире, чтобы больше было телевидения, больше было концертов. В этом плане очень плохая обстановка на телевидении. Она не в мою пользу. И первый, и второй, и третий канал фактически показывают совершенно другую культуру, другой вкус, других исполнителей. Я езжу на концерты в регионы, в различные города, районы. Много езжу по стране и бываю на Дальнем Востоке, и на Севере, и на Балтике, и на Камчатке, на Юге, в Поволжье, Сибири. И всегда когда начинаю петь свой обычный репертуар, который включает классику, популярные песни наших советских, российских авторов, народные песни, романсы, люди всегда очень бывают мне благодарны и говорят: 'Жалко что вы редко на концерты приезжаете, хотели бы вас видеть часто. По телевидению вас почему-то не показывают?…' Такие вопросы постоянно возникают и я не могу на них ответить, это не от меня зависит, это политика.

— Одним словом диалог со зрителем, продолжается?

— Я пою также. Были у меня концерты в Сибири на больших площадках с оркестром народных инструментов. Ставили концерты, были полные залы. Народ с удовольствием ходит, слушает романсы, народные песни.

— Как вас воспринимают молодые зрители и слушатели?

— К сожалению, молодежи не так много на моих концертах. Хотя та часть молодежи, которая приходит со своими родителями, после концертов делает открытие, что есть такой певец. Что есть такие прекрасные песни, которых они сейчас не знают. Плохо, что это для них открытие, потому что этой культуры она не видит с телеэкрана. Сейчас есть ретро-каналы, где еще можно услышать это. Есть еще такая передача 'Субботний вечер', где можно услышать эти популярные песни. Кстати, меня приглашали принять участие в ней. А так идет обеднение культуры молодежи. Она ориентирована совсем на другие духовные ценности.

— А сейчас ваше душевное состояние какой песней или музыкой может быть больше всего выражено?

— Недавно у меня был концерт, который так и называется 'Что так сердце растревожено'. Я и диск хочу так назвать. Сейчас готовится этот диск, в который войдут классические шлягеры, которые пережили не один десяток лет и все так же прекрасны, великолепны. На концертах их всегда с удовольствием слушают, и, народ доволен как они звучат. И сейчас задумали мы снять такой фильм-концерт, опять таки из этих песен.

— Значит ваше сердце растревожено?

— Да это так. Моё сердце растревожено и на это есть множество причин, о некоторых из которых я вам уже рассказал.

— Я знаю, что вы еще и художник, и хорошо рисуете. Вот если бы перед вами было полотно, и вам бы сказали: 'Нарисуйте себя и свою судьбу, свою жизнь символами». Что бы вы набросали в символах, кратко. Что бы туда вошло?

— Сложно сказать … Ну допустим, семейное, всякие общие понятия — небо, солнце, горы, река. Вот такое должно быть что-то.

— А вы где там? Маленький такой в горах, да?

— Меня там вообще может быть нет.

— Вас там не видно, вон где-то там точка?

— Да, я в этой прекраснойприроде… зеленой.

(Судя по этому рисунку, мой пациент, оглянувшись на прожитое время, не концентрируется на испытаниях и преодолениях, которые были в его жизни. Либо это изоляция прошлых аффектов, либо мой пациент, не желая обнажать свои чувства предложил наиболее безобидную версию своей судьбы, которая никакого существенного отношения к его судьбе не имеет, либо это признак духовно-умиротворённого состояния, из призмы которого жизнь видится именно такой. Более того, мой пациент как бы не видит своего участия в своей же жизни. Но так ли это? Или только это представления к которым стремится мой пациент? Позднее, мы узнаем о том, какая из версий наиболее приемлема к моему пациенту.)

— У вас в репертуаре есть известная песня 'Старый рояль', который в данной песне имеет свою душу и исполнитель находится в диалоге с ним. А вот если бы ваш рояль мог говорить, то чтобы он рассказал бы о Ренате Исламовиче Ибрагимове?

— Думаю, что просто сказал бы, что хорошо аккомпанировать этому певцу, и удовольствие доставляет, когда звучит его голос, и, когда я сливаюсь с его голосом, а его голос сливается с моим. Получается очень прекрасная такая жизнь, гармоничная и для рояля и для исполнителя. Рояль, может быть, сказал бы, что я не так часто работаю с ним. Сказал бы, чтобы я почаще подходил бы к нему, я скучаю по тебе. Чтобы почаще обращался ко мне и мы с ним записали бы огромный репертуар.

(Рояль узрел только профессиональную составляющую личности моего пациента. Может быть он мог бы рассказать многое, но утаил, дабы не подводить своего давнего друга.)

— А если нарисовать на полотне ваши ценности, причём по местам.

— Первое — облака. Это самое красивое в жизни. Огромное небо с облаками.

— Смысл жизни человека состоит из ценностей, которые привязывают его к жизни. Значит, природа, небо, облака, природа сама привязывает к жизни. Правильно? На втором поставите что?

— Ну, на втором, наверное, будет прикручен женский образ. Как бы мысленно рисуешь такой идеал. Потом творчество. Оно всегда должно быть, оно как бы параллельно идет. Оно идет вместе с небом, вместе с женщиной. На третьем месте, ну, наверное, дети. У нас сыну 10 лет. Дочери взрослые. Третья дочь еще