— Зиё, откуда такой хороший изюм? С базара!.. Это у нас с ним шутка такая.
— Понятно. Еще что?
— Еще обязательно большая тарелка зелени. Гашниш... то есть, тьфу, кинза... укроп, райхон...
— Это что?
— Это этот, как его... этот... базилик. Лук обязательно. Лук нежный, не горький... все чистое, в капельках воды, просто сияет!..
Женя ерзает и закатывает глаза.
— Так-так-так, — говорит он затем, тяжело сглатывая слюну.
— Ну вот. И бутылка водки, разумеется. Рюмки, естественно... Что еще?.. все, пожалуй. Зиё разливает водку, мы выпиваем и закусываем.
— Чем?
— Как чем? Я же тебе говорю: зелень, то-сё... берешь стрелку лука, пару веточек кинзы... сворачиваешь в такой комок... макаешь в кислое молоко... и — ам!
— Вкусно?
Теперь я закатываю глаза, а Женя, на меня глядя, стонет и качает головой, как перед обмороком.
— Ну?
— Ну и все. Болтаем себе помаленьку, едим все эти мелочи... а в это время жена на кухне гремит капкиром о казан.
— Капкир — это что?
— Слушай, я тебе сто раз говорил. Типа шумовки.
— А с вами не сидит?
— Нет. Только если я, например, с женой приду. Тогда посидит немного.
Женя сладко жмурится:
— Да... Вот он — Восток!.. Ну?
— Опять “ну”! Когда все выпьем и почти все съедим, сынишка приносит блюдо с пловом. Едим плов. Правда, перед пловом еще бывает суп. “Сиёалаф”, например. Из черной травы. Есть такая трава. Охапками на базаре продают.
— И?
— Странный суп. Черный-черный. Но вкусный. Но если суп или, не дай бог, пельмени там какие- нибудь перед пловом — это вообще убийство. Нет, лучше сразу плов.
Женя чмокает.
— А что пьете?
— Ничего не пьем. Я же русским языком тебе говорю: едим плов. С пловом не пьют ничего. Ну, обычно не пьют...
— Руками едите?
— Руками.
— Вкусный плов?
