это есть знак совершеннаго сострадания и любви. И того ради, чтоб не получить вреда от слышания таких вещей, не отревай от себя приходящаго. Действуя из любви, не потерпишь никакого вреда, при помощи благодати Божией. Впрочем, чтоб не произошло от этого вреда для других, надобно вести речь о сем (т. е. принимать помыслы и давать уроки по поводу их) в тайном месте. Но если и подвергнешься, как человек приражению какого помысла, — чего однакож не потерпишь, если сподобился действа благодати, — то и при этом не переставай так действовать: ибо мы научаемся не своей
25. Часы бдения проводи так: два часа читай (отеческия книги), два часа молись во умилении со слезами; (это от себя, не по молитвеннику), затем приложи канон, какой хочешь (или из Октоиха дневной, или из Минеи, или общепокаянный, или еще какой), и двенадцать псалмов, если угодно, — наконец молитву:
26. Ешь предлагаемое, каково бы оно ни было; подобным образом и вино (пей, какое подадут), с воздержанием, без ропота. Если живешь один, по немощи ешь сырыя зелия (овощи, салаты), с маслинами. Если кто из братий пришлет тебе какое варево, прими с благодарностию и смирением, как странник, и поешь того, что бы то ни было, что же останется, пошли то другому брату, бедному и благоговейному. Если кто позовет тебя на угощение, ешь все предлагаемое, но всего по малу, по заповеди, соблюдая воздержание. Вставши из–за трапезы, сделай поклон звавшему по обычаю странников и бедных, и поблагодари его, говоря: Бог да воздаст тебе, отче святый. Говорить же ничего не говори, хотя бы приходилось сказать и что–либо полезное.
27. Если кто из братий, в скорби или от настоятеля, или от эконома, или от другаго кого, придет к тебе, утешь его такими словами: «поверь, брате, что это случилось тебе на испытание. Часто и со мною бывало это, и я по малодушию скорбел от того; но когда воспринимал удостоверение, что это посылалось мне на испытание, переносил то с благодарностию. Поступай и ты таким же образом, и не печалиться, а паче радоваться будешь от таких скорбей». Хотя бы тот на брань и поношение (оскорбивших) поползнулся, ты и при этом не отворачивайся от него, но как подаст тебе благодать, постарайся утешить его. Ибо много есть разсуждений (пригодных на это дело); и ты, как поймешь состояние брата и его помыслы, сообразно с тем подойди с ними к нему и помоги ему; неуврачеванным же ни за что не отпускай его от себя.
28. Если какой брат болен, и тебе случится долгое время не посетить его, то, желая наконец это сделать, пошли наперед предуведомить его и сказать: поверь мне, отче святый, что я ныне только узнал о болезни твоей, и прошу в этом извинения. Потом сам иди, и пришедши, положи поклон и по молитве скажи: как тебе, отче святый? Как милует тебя Бог? — Затем сядь, сложа руки, и молчи. Если и другие там будут, пришедшие для посещения, смотри ничего не говори, ни от Писания, ни из естествословия, чтоб после не скорбеть. Это наибольшею частию случается с простейшими из братий.
29. Если случится тебе угощаему быть трапезою вместе с другими благоговейными братиями, все предлагаемое надобно тебе есть без раздумывания, что бы там ни было. Если имеешь от кого–либо заповедь не есть, например, рыбы или другаго чего, а это предложено, то, когда тут же или недалеко давший тебе заповедь, поди и умоли его позволить тебе есть то; когда же нет его или знаешь, что он не разрешит тебе, а ты не хочешь смутить тех, с которыми сидишь за трапезою, ешь не колеблясь, и после стола разскажи ему все, как и почему так ты поступил, прося прощения. Если не хочешь ни того, ни другаго, то лучше тебе не ходить на такое угощение. От этого получишь ты два добрых плода: и беса тщеславия избежишь, и тех братий избавишь от смущения и неприятности. — Но если то будут братия из дебелейших, то соблюди свою заповедь. Впрочем лучше и при них есть понемногу от всего. — Таким же образом поступай и при утешении всей братии кем–либо (когда кто для всей братии предлагает трапезу), по Апостолу, заповедавшему нам
30. Если кто из братий, когда ты творишь молитву в келлии своей, постучит в дверь, отвори ему, и седши побеседуй с ним со смирением о том, что предложит он из относящагося к душеполезным предметам, и если он отягчен скорбию, постарайся утешить его словом или делом. Потом когда удалится он, затвори опять дверь и докончи свою молитву, начав с того, на чем прерван был. Ибо утешение и уврачевание проходящих равнозначительно с примирением (враждующих). Впрочем с мирскими не так должно поступать, — но начинать с ними беседу уже по окончании молитвы.
31. Когда молишься, страх ли нападет на тебя, или стук подымется, или свет возсияет, или другое что случится, не смущайся и не робей, но пребудь на молитве гораздо долее обыкновеннаго. Такое смятение, страхование и ужасание бывает от демонов, чтоб, растерявшись и разслабевши, оставил ты молитву, а когда такия тревожности обратятся у тебя в навык, чтоб совсем тебя взять в свои руки и помыкать тобою. — Но если, во время совершения тобою молитвы своей, иной некий возсияет тебе свет, котораго изобразить в слове я не в силах, от котораго душа преисполняется радости, возраждается вожделение лучшаго и начинают тещи слезы со умилением; то ведай, что это есть божеское присещение и заступление. Если слишком долго будет держаться такое состояние, то, чтоб по причине обилия слез не показаться тебе пред собою чем–либо более, нежели каков ты на деле, обрати ум свой на что–либо телесное и тем смири себя. — Из–за страха же вражескаго смотри никогда не оставляй молитвы, но, как дитя, убоявшись каких либо страшилищ, бежит в объятия отца или матери и там отлагает всякий страх, так и ты, востекши к Богу молитвою избежишь страха, наводимаго бесами.
32. Если, когда ты сидишь в келлии, какой–нибудь брат придет и спросит тебя о плотской брани, не отсылай его ни с чем, но со умилением из того, что подаст тебе благодать Божия и что стяжал ты собственным опытом, попользуй его, и так отпусти. Когда же будет он выходить, поклонись ему и скажи: поверь мне, брате, — уповаю на человеколюбие Божие, что отбежит от тебя эта брань, только не поддавайся и не разслабляйся (не поблажай). А когда выйдет, встань и, вообразив брань его, воздень руки свои к Богу и помолись Ему о брате со слезами и воздыханиями, говоря: Господи Боже, нехотящий смерти грешника, устрой дело сие, как знаешь и как полезно брату сему. И Бог, зная веру его к тебе и твое к нему из любви сострадание и искреннюю о нем молитву, облегчит ему брань его.
33. Все сие, брате, пригодно к возбуждению и укреплению умиления, и должно все то исполнять с сокрушенным сердцем, терпением и благодарением; так как в этом причина слез, очищение страстей и прямой путь в царствие небесное: ибо царствие небесное есть достояние нудящих себя, и только нудящие себя восхищают его. Если исполнишь все это, то совершенно отстанешь от прежних навыков и расположений, а может быть станешь свободен и от самых прилогов помысла: ибо обыкновенно свету уступает тьма и солнцу тень. Кто же вознерадит о сем в начале, тот, разслабев в помысле и сделавшись пытливым (занявшись пустыми вещами), лишается благодати и вследствие того, впадши в злыя страсти, познает свою немощь (являет опыты немощи, или опытом изучает ее), полн будучи боязни и робости (того не могу, другаго не в силах — говорит он и чувствует, когда сознает, что следовало бы то и то сделать). Тому, кто исполняет это, не должно думать, что исполняет то собственными силами, но все приписывать благодати Божией. Ему прежде надобно себя очистить, а потом чисто беседовать с Чистым (Богом), как сказал некто. Когда ум очистится многими слезами и восприимет осияние божественнаго света (которое не умалится, хотя бы его весь мир получил), тогда с любовью мысленно пребывает весь в будущем, и созерцает его, как то показывает ему Бог, и радуется радостию духовною, по Апостолу, который говорит:
34. Кто стяжал сие, да внимает себе и бдительно смотрит за прилогами помыслов. Ибо кто живет среди множества людей, тому невозможно, думаю, избежать их, особенно прилогов зависти и тщеславия тому, кого хвалят мирские люди за славную жизнь его и презрение видимых вещей. Но и то бывает, что иной раз видя или слыша, как кто–нибудь поступает неподобающим образом, невольно осуждает его. Почему
