радуясь своему спасению, Дедушка Богомол подбросил перо вверх, высоко в небо, где оно и осталось видеть, изогнутая белая полоска на фоне черного как желчь неба. Он затанцевал и запел. 'Теперь ты лежишь на небе, — сказал Богомол перу. — С этого дня ты будешь луной, и будешь жить, опять падать и опять оживать, и всегда будешь дарить людям свет.' Так и случилось.
!Ксаббу замолчал, опустив голову, как если бы сказал 'Аминь' в конце молитвы. Сэм не могла не заметить, что все лица, окружившие их в бесконечном полумраке — детские, ожидающие лица. Толпа стала еще больше и напирала на них как жертвы катастрофы, молящие об информации; в результате их двоих окружило множество плотных рядов.
Она подумала, что должна поблагодарить его за историю, хотя и чувствовала, что не все поняла — почему противный черный
Из середины большой молчаливой толпы раздался тонкий голосок. — Расскажи еще!
!Ксаббу оглянулся, вздрогнув от неожиданности, но, прежде чем он или Сэм поняли, кто попросил первым, все остальные тоже стали просить, чуть ли не хором.
— Сказку!
— Расскажи еще.
— Пожалуйста!
— Они хотят услышать еще, — с удивление сказал! Ксаббу.
— Они боятся, — сказала Сэм. — Этот мир идет к концу. А они все дети, верно? — Посмотрев на молящие испуганные лица она почувствовала, как на глаза навертываются слезы. Если бы Жонглер был поблизости, она точно бросилась бы на него, постаралась бы сбить с ног и заставить заплатить за жестокие страдания этих невинных. — Это они, — сказала она как себе, так и! Ксаббу. — Это они, украденные дети.
И тут же остановилась, увидев в толпе знакомое лицо, хотя ей потребовалось несколько мгновений, чтобы вспомнить, где она уже видела этого симпатичного черноволосого мужчину. Он стоял в нескольких рядах от нее, держа в руках узел, который Сэм не рассмотрела, и глядел на! Ксаббу немигающим, почти пустым взглядом. Рядом с ним не стоял никто из сказочных детей, как будто они чувствовали в нем что-то плохое.
Сэм потянула! Ксаббу за руку. — Смотри, это один из парней Грааля — тот, который исчез, когда исчезла Рени.
— Рикардо Клемент? Где?
— Там, — сказала Сэм, но там, где стоял Клемент, уже не было никого. — Он был там мгновение назад, без дураков.
Они начали прочесывать толпу, и тут Сэм чуть не наткнулась на маленькую девочку, стоявшую очень близко к ней и сделанную, по видимому, из грязи. Она попыталась обойти маленькое препятствие, но ребенок опять заступил ей дорогу и ее толстая ручка схватила цыганский наряд Сэм.
— Его здесь нет, — сказал! Ксаббу. — Он больше почти всех этих людей и мы бы увидели его, я думаю…
— Он не мог убежать так быстро, — почти зло сказала Сэм. За толпой беженцев, все еще просивших еще одну историю, откос был пуст, на дюжины метров. — Мы бы увидели его. — Сделанная из грязи девочка опять попыталась привлечь ее внимание. — Эй ты, хватить дергать меня, поняла? — резко сказала Сэм.
Ребенок отпустил ее и отступил назад. По лицу, черты которого мало отличались от ямок и бугорков, трудно было сказать, о чем она думает, но по напрягшимся плечам было ясно, что она так просто не отстанет. — Я хочу поговорить с тобой, — сказала незнакомка голосом маленькой девочки.
Сэм вздохнула. — О чем?
— Вы… вы друзья Рени?
Сэм ожидала, что ребенок будет просить еще одну историю, и долгое мгновение могла только стоять, тупо глядя на девочку. — Рени?..
!Ксаббу в мгновение ока опустился на колени рядом с ребенком. — Кто ты? — спросил он. — Ты знаешь Рени? Ты знаешь, где она? Да, мы ее друзья.
Девочка какое-то мгновение глядела на него. — Я… я Каменная Девочка. — В следующее мгновение рот-палочка изогнулся, из глаз-ямок полились слезы, — Вы знаете, где она-а-а?
!Ксаббу закрыл глаза и простонал, как человек, получивший болезненный удар; Сэм кожей ощутила его ужасное разочарование. — Может быть будет лучше, если ты нам все расскажешь, — сказала она плачущей Каменной Девочке.
— … И потом мы побежали от Тиков, в гору и пересекли мост. — Малышка все еще хныкала, но, рассказывая историю своих путешествий с Рени, немного успокоилась. — И мы увидели этого странного человека, который просто шел, а Тики его обходили! — Она была очень впечатлена. — Как если бы им не было до него никакого дела.
— Ну и скан! — сказала Сэм. — И это не-знаю-его-имя Клемент?
!Ксаббу нахмурился. — А что произошло потом? Когда вы пересекли мост?
Каменная Девочка пожевала грязный палец, думая. — На самом деле мы не попали в Плохой Дом Жинни. Мы вроде как вошли, а потом я оттуда прямо сюда, к Колодцу. Но не Рени. — Она на мгновение прищурилась, стараясь не заплакать. — Ты думаешь, с ней все хорошо?
— Да, мы реально так думаем, — сказала Сэм, поворачиваясь к! Ксаббу. — Но где она?
Маленький человек стоял, глядя в никуда. — Мне кажется, что все мы путешествовали подобным образом. Мы подошли близко к Иному, он испытал нас — и, возможно, осудил — и потом отослал. С теми, кто принадлежит этому миру, вроде Азадора или этой малышки, он не стал делать ничего и отправил их прямо сюда.
— Что ты хочешь сказать?
Он стоял, рассеянно гладя Каменную Девочку по голове, но таким несчастным она его еще не видела. — Быть может я ошибаюсь, но, похоже, Рени разрешили войти внутрь.
— Внутрь чего? — не поняла Сэм.
— Колодца. — !Ксаббу повернулся и поглядел на кратер и море беспокойных огоньков. — Я думаю, что она в сердце Иного.
— О, нет, — сказала Сэм. — Бог, да?
!Ксаббу улыбнулся, в первый раз на памяти Сэм в его улыбке мелькнуло что-то неприятное. — Да, бог. Бог этого места. Умирающий безумный бог.
Пульс Сэм бился как сумасшедший. Она совершенно забыла о Каменной Девочке, стоявшей между ними с печальным и озадаченным лицом. — !Ксаббу, что делать?
— Я? Пойду за ней. — Он посмотрел на Колодец так, как будто видел его в первый раз. Сэм тут же вспомнила, как он боялся нырнуть в тихую реку. — Вниз.
— Только со мной. — Ужас остаться одной победил даже страх перед неестественным Колодцем. — Я уже говорила тебе, что я думаю о этом
Он покачал головой. — Ты не понимаешь, Сэм. Другой — я думаю, что он уже отверг меня, отверг и тебя, всех нас. — Он уже почти шептал. — Я не верю, то сумею добраться до Рени, но я должен попробовать. — Он повернулся и посмотрел на нее, почти с мольбой. — Я не могу взять тебя с собой, Сэм, потому что уверен — надежды нет.
Она уже собиралась с гневом возразить ему, когда сообразила, что надоедливый шум, который слышит краем уха уже несколько секунд, — сердитый и злой голос Феликса Жонглера. Он повернулась, и увидела старика, стоявшего между ними и краем цыганского лагеря.
— … и я больше тебе не верю. Твое молчание — самая обыкновенная наглость, если не что-нибудь похуже.
Он кричал на Рикардо Клемента.
!Ксаббу уже торопился вниз по склону. Она тоже сделал несколько шагов, как услышала позади себя
