Море серебрянного света

потому что сама не очень понимаю. — Концентрация проглотила ее ужас, хотя пальцы немного дрожали, летая над экраном. Даже раскаленный добела гневом, он не мог не восхититься ее полным, не замечающим ничего погружением в дело, которое она любила.

Мы очень близки по духу, подумал он. Но все-таки отличаемся, и моя душа съест твою душу, и не подавится. Дай мне только уничтожить Мартину и ее товарищей — и я займусь тобой. Интересно, кстати, эта шлюха, Сулавейо, с ними? У него не было времени подробно все рассмотреть — ничего, он еще успеет, после того, как уничтожит последний бит воли операционной системы и заставит ее глупо хныкать.

— Я подключила тебя, — наконец сказала она, — насколько смогла. Это немного похоже на ворота в другие части…

— Исчезни, — грубо оборвал он ее, разрывая связь. Он сузил фокус зрения, и наконец сумел рассмотреть постепенно гаснувшую точку перехода, блуждающий огонек, плававший над развалинами саркофага. Он почувствовал, как в мозгу горячей проволокой засверкала скрутка, она поднялась без его желания, как иногда случалось с ним во время охоты. Ну, я действительно на охоте, подумал он. Точно, так оно и есть. Эти уроды посмеялись надо мной и сейчас думают, что находятся в безопасности. Я вас найду и буду рвать на куски, пока от вас не останется ничего, кроме крика.

Он шагнул через ворота, бог с сердцем из черного огня. Безумный бог.

Пол мог только лежать в пыли, пытаясь вспомнить, где он, кто он… и почему он.

Похоже, они летели через середину умирающей звезды. Мир стал бесконечно плотным; какое-то время не было измерений, и он решил, что умер и от него остались только частицы сознания, рассеянные в нигде и движущиеся все дальше и дальше, как корабли, отставшие от конвоя, потерявшие связь и ставшие одинокими пылинками.

И еще он не был уверен, что вообще жил.

Пол заставил себя сесть, земля была сухая и пыльная, как во дворе Храма Сета. Однако природа, по сравнению с Египтом, стала значительно приятнее: появилось серое небо с далекими звездами, воздух похолодал. Пол находился у подножия низкого холма, посреди равнины, усеянной такими же холмами. Ландшафт казался странно знакомым.

Бонита Мей Симпкинс села рядом, потирая голову. — У меня все болит, — сказала она спокойным голосом.

— У меня тоже. Где остальные? И где мы сами, кстати?

— Я думаю, внутри, — сказал кто-то другой.

Пол повернулся. По крутому склону холма спускалась Мартина, наполовину скользя по рыхлой земле. За ней шли Нанди, Т-четыре-Б, Флоримель и мальчик, которого он не знал — маленький и грязный, с всклокоченными черными волосами. Озлобыши, яркие цвета которых приглушили сумерки, кружились над ними, как комариный рой.

— Что ты хочешь сказать? — спросил он. — И что это за маленький мальчик?

— Это Чо-Чо, — объявила Мартина. — Друг Селларса. Ты уже встречался с ним, но тогда он выглядел немного иначе. Мы поговорили, и теперь ему придется путешествовать с нами.

— Низзя, леди, — угрюмо сказал маленький мальчик. — Вы все loco.

Мартина и остальные спустились вниз как раз тогда, когда Бонни Мей и Пол наконец сумели встать на ноги. Пол чувствовал себя очень слабым и больным, и ему захотелось немедленно лечь обратно. У него были вопросы, много вопросов, но не было сил их задать.

— А что касается того, где мы, — сказала Мартина, — то мы внутри операционной системы, мне кажется.

— Но я думал, что мы и так были внутри всего, более или менее.

— Нет. — Она покачала головой. — Мы были внутри сети Грааля, а операционная система существует в этой сети как невидимые нервы. Но сейчас мы внутри самой операционной системы, или, по меньшей мере, в ее личном убежище, где она спасается от своих хозяев, Жонглера, братства Грааля и, сейчас, Дреда.

— Рени говорила… она в сердце системы, — вспомнил Пол.

— Откуда ты это знаешь? — резко спросил Нанди. — Твои слова, быть может, и имеют какой-то смысл, но ты можешь только гадать.

— Потому что я коснулась Иного прежде, чем он перенес нас сюда, — сказала Мартина. — Он не говорил со мной словами, но я все равно много поняла. И мы уже были в похожем месте. Даже дважды, хотя первая версия, Недоделанный Мир, осталась незаконченной. В последний раз я просто не заметила сходства, но в третий раз я узнала тот же образец.

— Мы были здесь… раньше? — Пол осмотрел смутно знакомую территорию.

— Не здесь, в точности, но в месте, очень похожем на это — наш хозяин специально выстроил его для нас, чтобы встретиться на нейтральной земле. В первом тебя не было с нами, Пол Джонас, но ты должен помнить второе.

— Гора?

— Точно. — На лице Мартины появился призрак улыбки. — И я надеюсь, что мы опять обнаружим, что Иной ждет нас. Быть может на этот раз мы поймем, как говорить с ним.

— И куда мы пойдем? — спросила Флоримель. — В ту сторону холмы выглядят пониже…

— Да, — коротко ответила Мартина. — Но нам не нужны ни холмы, ни склоны. Я ощущаю большую концентрацию данных, ждущих здесь, что-то живое, активное и беспримерное, очень похожее на то, что нас ждало на вершине горы. — На мгновение она замолчала, устало и испуганно. — Нет, неправда. На этот раз он кажется другим — меньше, слабее. Я думаю… Иной умирает.

— Но это же невозможно, — сказала Флоримель. — Это же операционная система — код!

— А, это, если он крякнется, что будет с нами? — спросил Т-четыре-Б.

Мартина покачала головой. — Не знаю, но я боюсь ответов. — Она повела остальных через узкую долину и вверх, по склону ближайшего холма. Они прошли не больше сотни метров, когда Пол почувствовал покалывание в шее, как будто кто-то смотрел на него недобрым взглядом. Он оглянулся, но сзади не было никого и ничего, кроме бесцветных холмов. Тем не менее в воздухе было разлито какое-то напряжение, что-то волнующее и недоброе, мешавшее ему повернуться обратно.

Мартина тоже повернулась, медленно, испытующе. Она нашла направление, наклонила голову и на мгновение застыла, присушиваясь.

— Бежим, — сказала она.

— Что ты?.. — начала было Флоримель, но тут небо раскололось.

Из ниоткуда с воем налетел ветер и почва заколебалась. Затряслось все, воздух и земля, одновременно, и на вершине холма, от которого они только что ушли, появилось что-то звероподобное, огромное и темное. Разряды молний ударили в уродливую голову. Существо упало на колени и завыло, от гнева и боли, лающий рев ударил по ушам Пола. Усилившийся ветер взметнул в воздух клубы пыли, он закрыл глаза руками и через пальцы по глядел на битвы.

— Я говорила вам, бежим! — крикнула Мартина. — Это Дред. Он преследует нас!

Огромная фигура на вершине холма корчилась от боли; рев поднялся до неба. — Что-то сражается с ним! — крикнул Пол. — Система! Она сражается!

— И потерпит поражение! — крикнула Мартина, схватила его руку и толкнула его вперед; спотыкнувшись, он сделал пару шагов вверх, на холм. Озлобыши, подхваченные порывом шквального ветра и безнадежно пища, пронеслись мимо. Пол повернулся и схватил упавшую Бонни Мей; когда он осмелился бросить взгляд назад, огромная темная фигура пыталась встать на ноги, рыча на ветер, молнии по- прежнему били в его уродливую голову.

Пол отвернулся и побежал за Мартиной. Позади рев зверя становился все громче и громче, пока, наконец, весь мир не закачался от звериного яростного крика.

Небо потемнело. Звезды над головой начали умирать.

СЕРДЦЕ Дульси билось как сумасшедшее.

Что он делает? Над чем он работает? Я никогда не видела его таким, даже во время