Сочинения

противоположное сему.

 

1) Радостью радуемся, когда приходит какой–либо Господский праздник. И праведно: ибо мы при сем просвещаемся, входя в созерцание таинства, ради коего установлен праздник. Так сие есть и ныне, в день Воздвижения честнаго и животворящаго Креста. Ибо какая радость, и какое восхищение, что древо, — на коем стояли ноги Господа нашего Иисуса Христа, на коем Он распятый истощил животворящую кровь Свою, — что сие древо мы сподобились не только видеть, но и лобызать и обнимать? Сколько иной трудится, чтоб собрать себе побольше злата гиблющего? А нам, — тотчас и дар: ибо вместе с тем, как мы облобызали крест, прияли просвещение, освящение и избавление. Так скора благодать, так безтруден дар! — Но для сохранения такой благодати неотложно потребен труд молитвы и бодренного внимания, особенно потому, что на легко стяжанное обыкновенно легко смотрят и, не как следует, берегут то. Вот почему и взываю к вам: будем блюстись от такой погрешности, и станем тщательно блюсти дар.

Освященных уст наших не оскверним словами ложными и беседами суетными; освященных очей наших не омрачим блудными воззрениями; облистанного сердца нашего не очерним скверными воспоминаниями. И да не царствует, как вопиет Апостол, грех в мертвеннем вашем теле, во еже послушати его в похотех его: ниже представляйте уды ваши оружия неправды греху: но представляйте себе Богови яко от мертвых живых, и уды ваша оружия правды Богови. Грех вами да не обладает: несте бо под законом, но под благодатию (Рим. 6:12–14). Видишь ли, что в законе был царствующим грех, в благодати же правда, воцарившись, избавляет нас от всякого греха? — как написано: но омыстеся, но освятистеся, но оправдистеся именем Господа нашего Иисуса Христа, и Духом Бога нашего (1 Кор. 6:11).

Почтим, прошу, очищение, сохраним освящение. Что мы сами себя низводим в бесчестие, соделавшись почетными? Что более надлежащего печемся о теле, которое спустя немного оставим во гробе? Что приятною считаем похотную сласть, когда она воистину есть смертоносная болесть? Похотная сласть есть удочка диаволова; она есть поджожка огня неугасимого; и однако ж мы, люди влечемся к ней, как рабы, сами отдавшие себя в плен.

Я слышал, как некто из одержимых сею страстью говорил, что лучше петлю на шею, нежели раболепствовать сему греху; ибо он, как жестокий деспот, повелевает рабу своему: ступай, — и отходит; приди, — и приходит; сделай то–то, — и делает; таким же образом нечто и еще гораздо худшее своему подчиненному повелевает грех сей, именно: говори срамное, — и говорит, сделай дурное, — и делает.

Обыкновенно подобно Каину стенет и трясется таковой: плывет ли на море, подозревает кораблекрушение; проходит ли по пустыне, — боится, что впадет в руки разбойников; ударит гром, — и ему кажется, что он именно для него случился; блеснет молния, — и он боится, как бы она его не опалила; он видя не видит, и слыша не слышит, расстроенные имея чувства. Что ужаснее такой жизни? Мне кажется, что лучше отдану быть зверям, чем пагубным страстям, потому что там только тело гибнет, а здесь и душа и тело.

Но совсем не то бывает у добродетельного. Будучи свободен от греха (говорю это не об одной сласти похотной, но и о всякой другой страсти), он радуется и вкушает удовольствие сам в себе: царствует правдою; не страшно ему ни на море, ни на суше: ибо имеет живущим в себе Бога, к Коему и взывает в опасных случаях: не убоюся зла, яко Ты со мною еси (Пс. 22:4); не убоюся от тем людей, окрест нападающих на мя (Пс. 3:7); не убоюся, внегда смущается земля, и прелагаются горы в сердца морская (Пс. 45:3). Видишь, что значит добрая жизнь? Она–то и есть настоящая блаженная жизнь. Ее и мы восприяли по милости Божией; о ней теперь и вся забота наша и попечение. Возревнуем же паче и паче преуспевать в ней, всему подчиняясь с благоговением, делом являя всякое послушание, всякое смиренномудрие, всякую чистоту душевную.

 

Слово 249

 

1) Смотря на то, как засевают поля, возьмем урок засевать себя семенами духовных расположений.

2) Ночи увеличились: попекитесь воздерживаться от многоспания, равно как и от всякого излишнего удовлетворения других потреб телесных.

3) Царь воротился с похода; но не падайте духом: возверзим на Господа печаль свою.

 

1) Время ныне у нас сеятвы семян вещественных, — пшеницы и других; и видим, как люди с раннего утра спешат на дело сие и до ночи трудятся неутомимо, всячески стараясь и хорошо посеять, и достаточно на свои годовые потребы телесные. Что же мы, духовной сеятвы делатели, спим и остаемся не засеянными, чем должно? И как потом стерпим глад вечный? И какое оправдание представим своему бездействию? — Пробудимся лучше от сна, и начнем работать еще усерднее тех, кои сеют вещественное. Ибо сеяй скудостию, скудостию пожнет, а сеяй о благословении, о благословении и пожнет (2 Кор. 9:3). — Но что нам сеять? — Молитвы, моления, прошения, благодарения, веру, надежду, любовь. Вот семена благочестия; вот чем питается душа. Но в вещественной сеятве долготерпит земледелец, ожидая дождя, когда придет, утром или вечером. В нашем же духовном сеянии мы сами господа того, чтоб дождить и орошать, т. е. плакать и сокрушаться, когда хотим, и сколько угодно. Если же таким образом дело это в нашей власти, то прошу, будем засевать, как можно, больше и орошать обильнее, и умножать порождения правды нашей, чтоб, когда настанет духовная жатва, могли мы и руки и лоно наполнить духовными рукоятями, и сподобиться услышать: благословение Господне на вас (Пс. 128:8). Благословихом вы из дому Господня (Пс. 117:26). Труды рук твоих снеси, блажен еси, и добро тебе будет (Пс. 127:2). — И об этом таково слово наше.

2) Но хочу напомнить вам, братие, что ночи у нас ныне стали увеличиваться, по мере умаления дней. Известно же вам, что как бдение иссушает тело, так многоспание утучняет плоть; а вместе с утучнением плоти питаются и страсти. — По сему случаю имею вам нечто сказать. Что же? Кийждо вас псалом имать, учение имать, молитву имать: все же соразмерно да совершается, вся к созиданию души да бывают (1 Кор. 14:26), к благоустроению духа, да не искушает вас сатана невоздержанием (1 Кор. 7:5). Говорю это не в отношении только ко сну; но и в отношении к пище и питию, и ко всему другому: ибо все, в меру бывающее, прекрасно, потому что соблюдает нас безопасными от уклонения на ту или другую сторону и от преткновений.

3) Теперь одно слово вот о чем: так как державный (царь) возвратился с похода, то, может быть, в сердцах ваших поднимаются помыслы, как после сего пойдут дела церкви, и в частности наши. — На это имеем мы руководство в Писании: возверзи на Господа печаль твою (Пс. 54:23), и Той сотворит; и аще Бог по нас, кто на ны? (Рим. 8:31). Как в предшествовавшие года сохранял Он жизнь нашу, избавляя нас от разных искушений и скорбей; так и после сего будет, как уповаем, хранить нас. Только достойно Евангелия будем жительствовать, небесное имея житие, как странники и пришельцы на земле. Ибо кто из вошедших от века в жизнь здешнюю, остался в ней навсегда? Не все ли, приходившие, опять вышли, как из страны чуждой? Так что здешнее пребывание есть для нас пришельствие, истинное же наше обитание и наследие в другой жизни, — в которую переселившись, да сподобимся со всеми святыми наследниками быть царствия небесного.

 

Слово 250

 

1) Указывает, коль велико благо нам во Христе Иисусе — обновление жизни.

2) Какое назначение трех сил душевных, и как извратило их падение.

3) Приглашает право действовать всеми силами и хранить благородство, коим облагорожены мы в Господе.

4) Заключая: так действовали отцы; так будем действовать и мы.

 

1) Велико и неизреченно человеколюбие к нам Господа нашего Иисуса Христа, что Он не только пришед благовести мир нам далним и ближним, как написано (Еф. 2:17); но и