Троцкий, – был не только военно-административным и политическим, но и боевым учреждением… Все работники поезда без исключения владели оружием. Все носили кожаное обмундирование, которое придает тяжеловесную внушительность. На левом рукаве у всех, пониже плеча, выделялся металлический знак, тщательно выделанный на монетном дворе и приобретший в армии большую популярность. Вагоны были соединены внутренней телефонной связью и сигнализацией. Для поддержания бдительности в пути часто устраивались тревоги и днем, и ночью. Вооруженные отряды сбрасывались с поезда по мере надобности для „десантных“ операций. Каждый раз появление кожаной сотни в опасном месте производило неотразимое впечатление».783 «Коженосотенцы», среди которых преобладали лица еврейской национальности, совершали жестокие погромы, убивая для острастки не только неугодных командиров и множество простых бойцов, но и гражданских лиц, неуважительно («антисемитски») относившихся к Троцкому.
Управление войсками как в Белой, так и Красной армиях осуществлялось офицерским корпусом бывшей царской армии. Не столь существенно отличалось друг от друга число офицеров старой армии, воевавших на стороне белых и красных: приблизительно по 100 и 75 тыс., т.е. 40% и 30% офицерского корпуса октября 1917 года.784
Однако если в Белой армии в какой-то степени сохранялись традиции царского офицерства, то в Красной – отношения между большевистской верхушкой и военными специалистами из числа бывших офицеров основывались только на страхе смерти. При подборе командного состава Красной армии большевики ввели систему заложничества. Заложниками объявлялись семьи бывших офицеров, служивших большевикам. При этом по приказу Троцкого на командные должности привлекались, как правило, те бывшие офицеры, семьи которых находились в пределах советской России. Этим офицерам объявлялось под личную расписку, что они сами несут ответственность за судьбу своей семьи.
Чтобы остановить массовый переход командиров Красной армии на сторону белых, Троцкий 30 сентября 1918 года издает приказ, который гласил:
«Приказываю штабам всех армий Республики доставить по телеграфу члену Реввоенсовета Аралову список всех перебежавших во вражеский стан лиц командного состава. На т. Аралова возлагаю принятие по согласованию с соответствующими учреждениями необходимых мер по задержанию семейств перебежчиков и предателей».785
Усиливается вакханалия бессудных расправ с заложниками. Расстреливаются тысячи семей офицеров. Не жалеют и детей.
Троцкий требует исполнения своих приказов любой ценой. Телеграмма в реввоенсовет 9-й армии (город Балашов) категорична: «Надо железной рукой заставить начальников дивизий и командиров полков перейти в наступление какой угодно ценой. Если положение не изменится в течение ближайшей недели, вынужден буду применить к командному составу девятой армии суровые репрессии. От реввоенсовета девятой потребую первого декабря точного списка всех частей, не выполнивших боевых приказов. Троцкий».
«…При сомнительных командирах, – требовал Троцкий, – поставьте твердых комиссаров с револьверами в руках, поставьте начальников перед выбором: победа или смерть. Не спускайте глаз с ненадежных командиров, за дезертирство лица командного состава комиссар отвечает головой…» Управление военными командирами при помощи пистолетов, приставленных к затылку, было, конечно, изобретением чисто большевистским. Троцкий неоднократно заявлял: «Поддерживать дисциплину, не имея револьверов, нет возможностей…», «Без револьверов воевать нельзя…», «Отсутствие револьверов создает на фронте невозможное положение…» Таким же образом рассуждает и Ленин. Уже 30 августа 1918 года он грозит расстрелом Бацетису и другим красным командирам, проявившим, по его мнению, «слабость и безволие» в борьбе с русскими мужиками под Свияжском.
Захватив власть в центре, большевики получили неоспоримые преимущества перед своими противниками. В их руках оказались арсеналы и военные склады, на которых было сконцентрировано огромное количество оружия и снаряжения, предназначенных еще для задуманного Царем весеннего наступления 1917 года. Под контроль большевиков попала практически вся военная промышленность. Более того, они сумели перестроить на военные рельсы значительную часть гражданских предприятий. Полностью милитаризован был и транспорт. Запасы государственного казначейства, и прежде всего золото, хранилища частных банков, были также захвачены и использованы большевистским правительством для достижения победы.
В силу своего центрального положения большевики имели и значительный стратегический выигрыш. Как отмечал Л. Троцкий, «преимущество нашего положения заключалось в том, что мы занимали центральное положение и действовали по внутренним линиям. Как только противник обозначал направление своего удара, мы имели возможность подготовить контрудар. Мы могли концентрировать наши силы для наступления в наиболее важных направлениях и в необходимый момент». Преимущество центрального положения позволило большевикам осуществить эффективную мобилизацию человеческих ресурсов и создать сначала миллионную, затем трехмиллионную, а к концу 1920 года почти 5,5-миллионную армию.
Уже на первых этапах борьбы, которую большевики вели за власть, стало ясно – у них не было в полной мере достойных соперников.
Еще до начала широкомасштабных боев гражданской войны с политической арены полностью была устранена единственная сила, способная противостоять большевизму, – народная монархия и патриотические организации – разрушена ее структура, определявшая волю нации к сопротивлению, уничтожены Верховный вождь народа Царь Всея Руси и главные национальные лидеры. Стараниями масонского Временного правительства и революционных партий (в том числе большевиков). Русский народ был политически обезглавлен, лишен возможности дать организованный отпор.
Народные, крестьянские восстания русских людей, наиболее последовательно отражавшие интересы коренной России в борьбе с большевизмом, обрекались на неудачу вследствие их слабой организованности и отсутствия подготовленных лидеров.
Начало создания Добровольческой армии было положено 6 ноября 1917 года генералом И.К. Кириенко, который в этот день прибыл в Новочеркасск с 16 офицерами и 10 солдатами сформированного им еще в августе того же года в Киеве 1-го Георгиевского полка. В тот же день он явился к донскому атаману генералу Каледину и получил от него разрешение формировать первую часть Добровольческой армии под названием Георгиевского полка. Генералом-масоном же Алексеевым, которому либерально-масонские историки приписывают основание Добровольческой армии, к этому времени ничего еще не предпринято, он скрывался в городе в штатской одежде. Генерал Кириенко вступил в бой с большевиками под Нахичеванью уже 21 ноября 1917 года.786
Донской атаман генерал Каледин первый поднял казаков на борьбу против большевиков, однако большевистская организация оказалась более боеспособной. Потерпев ряд унизительных поражений и преданный частью казаков, генерал Каледин застрелился. Чтобы спасти положение, генерал Корнилов решил вывести остатки Добровольческой армии на Кубань. Свою борьбу с большевиками этот генерал начал с антимонархических выпадов. Обращаясь к казакам в станице Кереновской, Корнилов призывал «идти бороться за добытую свободу», утверждая, что его армия «совершенно не монархическая» и в конце концов
