Обращаюсь к вам как к одному из руководителей Советской политики и Секретарю Центрального Ком. [итета] В.К.П.(б).
10 января с. г. я сложил с себя звание Генерального Секретаря Генеральной ложи «Астрея» Автономного Русского масонства, развязал себе руки, возвратив свободу действий и лишив возможности в будущем кому-нибудь обвинить меня в некорректном отношении к Автономному Русскому масонству. Моя же политическая ориентация никого из масонов не касается и дело моей совести.
Таким образом, я могу совершенно независимо разговаривать с Вами.
В поданном в авг. м. прошл, года вместе с управляющим мастером московской ложи «Гармония» ПОЛИСАДОВЫМ докладе наблюдающему органу СССР о возможности совместной деятельности Авт. [ономного] рус.[ского] мас.[онства] и коммунизма была скользь брошена фраза: «… красное масонство могло бы существовать рядом с буржуазным – ведь существуют же Профинтерн и Коминтерн рядом с рабочими и крестьянскими союзами, примыкающими к Амстердамскому соглашению».
Теперь я хочу указать на красное масонство не только как на объединение коммунистически мыслящих, но и как на форму и маскировку, которую мог бы принять Коминтерн. Ни для кого не секрет, что Коминтерн (негласное московское правительство и штаб мировой революции, как его называют на Западе) является главным камнем преткновения для заключения соглашений с Англией, Францией и Америкой и, следовательно, задерживается экономическое возрождение СССР.
Между тем, если бы Коминтерн был перелицован по образцу масонства, т.е. принял бы его внешние формы (конечно, упростив и видоизменив многое), ни Лига Наций, ни кто другой ничего не осмелились бы возразить против его существования как масонской организации. Особенно Франция и Америка, где имеются целые ложи с социалистическим большинством и где правительство большею частью состоит тоже из масонов (напр., президент ТАФТ, не бывший раньше масоном, сейчас же по избрании был посвящен в масоны).
Принятие Коминтерном масонской личины – совсем не сложно и коснется лишь внешности. Каждая национальная секция его могла бы образовать отдельную ложу – мастерскую, а представители их (президиум) сформировали бы генеральную ложу.
Я удивляюсь, как рабоче-крестьянскому правительству не пришло в голову воспользоваться этой старо-рабочей, профессиональной организацией, захваченной буржуазией. Конечно, реформировав ее и очистив ее, согласно духу и заветам ленинизма (ведь позаимствовали же рабочие организации идею скаутизма и завели у себя отряды пионеров). Тем более что Соввласть уже взяла масонские символы: пятикон.[ечную] звезду, молоток и серп.
«Моим соседом по камере, – рассказывал один из очевидцев большевистского террора, – был француз. Он утверждал, что он масон, а так как большевики тоже масоны, то его тотчас же освободят, лишь на „верхах“ узнают, что он арестован».
Однако отношения большевиков и масонов далеко не всегда были такими безоблачными.
Еще в 1922 году Конгресс Коммунистического Интернационала принимает резолюцию о несовместимости членства в масонских ложах с членством в Коммунистической партии. Поводом для такой резолюции послужило заявление, что масонство не признает классовой борьбы и не допускает, что есть классовое сознание. Однако на самом деле причина была другая. Во многих странах, особенно во Франции, коммунистическое движение было неразделимо с участием в масонстве. Для коммунизма, победившего на одной шестой части земли, слишком глубокое проникновение масонства в его ряды было опасно, так как подрывало монополию правящей партии.
По существу же все оставалось на своих местах, только масоны уже не рекламировали свою принадлежность к коммунистам, а коммунисты держали в глубокой тайне принадлежность к масонству. Для России такая проблема не представляла серьезных трудностей, ибо количество коммунистов, состоявших в числе масонов, было сравнительно невелико и чаще всего сосредоточивалось в высших эшелонах партийного аппарата.
Если в первые годы революции масоны поддерживают большевиков, то позднее между ними намечается разлад, который инициируется германским и австрийским масонством. Австрийский политический деятель, член Великой ложи Вены Куденгов-Калерги организует в Париже лекции о пан-европейском союзе с целью борьбы против СССР. Куденгов-Калерги выступает с обращением к членам французского парламента о создании антисоветской организации (1925 год).1212 Однако французские масоны не поддержали его, ибо имели свои интересы, не совпадавшие с интересами германского мира.
Французы-масоны с пристальным вниманием наблюдают за положением в России, дискутируют на своих собраниях на тему о франко-русских отношениях, планируя совместный масоно-большевистский альянс против «правых».
Очень ревниво масонские конспираторы обсуждают проблему будущей мировой войны, в возникновении которой они не сомневались. В начале 30-х годов Международное бюро масонского сотрудничества всеми способами пытается активизировать свои связи с масонскими ложами Германии, чтобы повлиять на внутреннюю обстановку в стране. На заседании международного масонского объединения по вопросам мира обсуждается советско-германский пакт о ненападении, осуждается политика не только Германии, но и СССР.1213
Несмотря на возникшие противоречия между масонами и большевиками в 30-е годы, со стороны большей части масонства продолжается поддержка советского режима. Антисоветская деятельность некоторых масонских лож осуждается. Широкое распространение через Международное бюро масонского сотрудничества получает резолюция заседания ложи «Этуаль де ла кро» в городе Мирамасе с протестом против антисоветской пропаганды, проводимой ложей «Этуаль дю нор» в Париже (1933 год).1214
Глава 79
В начале 20-х годов, несмотря на кровавые расправы с православными людьми, церковные службы собирали огромное количество народа. Для многих граждан «новой России» только в церкви можно было почувствовать себя русским человеком. Даже в будни православные храмы были переполнены молящимися. Особое стечение людей вызывали службы с участием Патриарха. Очевидец описывает одну из обычных патриарших служб в Елоховском соборе: «Народу было видимо-невидимо, так что в церкви народ не мог весь поместиться и стояли снаружи. Литургия кончилась в час дня. После был молебен и Крестный ход в ограде церкви, где был поставлен большой сосуд, где Патриарх с 4 Епископами в митрах совершали Великое
