Владимир Набоков: pro et contra T2

111

Speak, Memory. P. 49; Память, говори. С. 351.

112

Руль. 1923. 24 июня. С. 2. См. также: Boyd В. Nabokov: The Russian Years. P. 206–208.

113

Струве Г. Русская литература в изгнании. С. 164–170.

114

Долинин А. Набоков и Блок // Тезисы докладов научной конференции «А. Блок и русский постсимволизм», 22–24 марта 1991. Тарту, 1991. С. 41.

115

Впервые: Последние новости. 1933. 4 июня. С. 3; 5 июня. С. 2.

116

Дар. С. 85, 167–168.

117

Cabbage Soup and Caviar // New Republic. 1944. 17 January. P. 92–93.

118

По поводу разговоров Набокова о Блоке в Берлине см.: Руль. 1931. 16 сентября. С. 4. См. также: Boyd В. Nabokov: The Russian Years. P. 257. О чтении Набоковым лекций о Блоке см. его письмо профессору M. M. Карповичу от 12 октября 1951 года: Vladimir Nabokov: Selected Letters 1940– 1977. London, 1990. P. 123–127. См. также: Boyd В. Nabokov: The American Years. P. 137, 171, 220, 221.

119

Здесь автор статьи, по собственному свидетельству, отсылает нас к молитве, которую английские дети читают перед сном:

Четыре угла у моей постели
Четыре ангела ко мне слетели.
Марк, Лука, Иоанн, Матфей —
Пусть усну я поскорей.

Что интересно, помимо четырех «ангелов-хранителей» русской поэзии, о которых говорит Джейн Грейсон, сам Набоков похоже выразился о четырех русских поэтах и прозаиках: «Пушкин и Толстой, Тютчев и Гоголь встали по четырем углам моего мира» (Другие берега. С. 178). Этот пассаж несколько видоизменен в другом варианте (Память, говори. С. 544). — Примеч. перев.

120

Впервые: Руль. 1921. 20 сентября. С. 4. Вошло в сб. «Гроздь» 1922. (См.: Струве Г. Русская литература в изгнании. С. 169).

121

Письмо от 7 марта 1943 г. (Nabokov — Wilson Letters. P. 97). Пассаж из «Пьяного корабля», на который намекает Набоков, следующий:

Si je desire une eau d'Europe, c'est la flache
Noire et froide ou vers le crepuscule embaume
Un enfant accroupi plein de tristesses, lache
Un bateau frele comme un papillon de mai.

Из европейских вод мне сладостна была бы
та лужа черная, где детская рука,
средь грустных сумерек, челнок пускает слабый,
напоминающий сквозного мотылька.