История Византийских императоров. От Константина Великого до Анастасия I

города и на лобном месте произнёс анафему на Севера. Получив об этом известие, император в 516 г. отдал приказание дуксу Палестины Олимпию низложить Илию и поставить на патриарший престол пресвитера Иоанна, который обещал вступить в общение с Севером. Но когда к нему пришёл св. Савва, Иоанн отозвал своё слово. В очередной раз император приказал сместить непокорного патриарха, и новый дукс Палестины Анастасий лично отправился в Иерусалим, чтобы убедиться в исполнении воли царя.

Но выяснилось, что Иоанн был сторонником Халкидона. И хотя по совету своего друга он пообещал выполнить всё, что приказал царь, но в ближайшее воскресенье после службы объявил анафему всем, кто не признает Халкидона и вообще все четыре Вселенских Собора, как четыре Евангелия, а также проклял Нестория, Евтихия и Севера. Восторг народа и пришедших из пустыни монахов был такой, что правитель Палестины не решился применить силу. Узнав о случившемся, император решил ввести для усмирения беспорядков войска, но вскоре к нему прибыло послание св. Саввы. В нём содержалась просьба дать мир Палестинской церкви и разрешение для обличения Севера. Конечно, царь был недоволен, и его ответ гласил, что «некоторые монахи и клирики, присвоив себе Православие, возбудили эти соблазны, силой вынуждая признать своё первенство в знании тайны и проповедования веры». Но, в конце концов, царь удовлетворил просьбу Святого и оставил инцидент в Иерусалиме без последствий[1077].

Восстание Виталиана и смена понтификов — в 514 г. Римским папой стал Гормизд (514–523) — побудили императора вновь начать переписку с Римом. В письме папе от 28 декабря 514 г. царь выразил желание созвать новый Вселенский Собор в Гераклее на Пропонтиде и повторил это предложение в следующем послании от 12 января 515 г.; и папа принял эту идею с полным сочувствием. С разрешения Теодориха Великого (!) он направил к императору своих посланников. Инструкция, данная им, гласила, что предложение царя можно принять, если тот открыто признает Халкидон и «Томос» папы св. Льва Великого, анафематствует Нестория, Евтихия, Тимофея Элура, Петра Кнафея, Петра Монга и Акакия, а также передаст на рассмотрение папы дела всех лиц, на которых придут жалобы, как на преследователей сторонников Халкидона.

До конца 515 г. шли переговоры, завершившиеся отъездом послов в Рим с посланием Анастасия к папе. В принципе, были большие надежды, что переговоры завершатся успешно, но этому мешали два обстоятельства. Так, в своём ответе император охотно соглашался признать Халкидон и «Томос», а также анафематствовать Нестория и Евтихия, но категорично не желал предать проклятию остальных вселенских архиереев, поскольку, по его словам, это может вызвать большие волнения в Церкви, и был, конечно, прав. Но папа не удовлетворился ответом царя и категорично настаивал на выполнении всех своих условий.

Кроме того, стороны не нашли общего согласия по вопросу о подчинённости Иллирии. С политической точки зрения, эта провинция уже давно находилась под властью Теодориха Великого, но ещё при патриархе Аттике (405–425) отошли к Константинопольскому архиерею. Долгое время попытки папы вернуть Иллирию не приносили им успеха, но в 515 г. епископ Фессалийский Дорофей по своей инициативе стал искать помощи у Римского епископа, и тот, конечно, охотно откликнулся на этот зов. Не удивительно, что такая инициатива была плохо оценена в Константинополе, где пассивно наблюдали, как всё чаще и чаще церковные вопросы решаются без ведома царя.

В довершение всего, в 516 г. Гормизд издал «Правило веры», в котором утверждал как незыблемый принцип то, что Римская церковь всегда хранила неповреждённую веру и что в ней одной — «цельная и истинная твердыня христианской религии». Но, как мы знаем, у императора была своя точка зрения на этот счёт. Наконец, Анастасия не могло в очередной раз не шокировать то почтение, которое в ущерб Римскому императору папа оказывал Теодориху Великому, всего лишь правителю Италии по поручению царя — так официально признавался на Востоке его статус.

В 517 г. Анастасий созвал Собор в Константинополе, куда прибыло до 200 епископов, включая римских легатов. Но, поразмыслив, царь не решился открыть его заседания, поскольку было очевидно, что по основным пунктам расхождений никакого соглашения достигнуть не удастся. В последнем письме папе Гормизде от 11 июля 517 г. император обоснованно писал о невозможности принять требования папы об анафематствовании целого ряда вселенских патриархов, а затем добавил, что он не считает возможным обращать свои просьбы к тем, кто проявляет высокомерное презрение к просящим. «Мы можем снести, — писал Анастасий, — что нас обижают и вменяют в ничто, но мы не допускаем, чтобы нам отдавали приказания (выделено мной. — А.В.)». Безусловно, император был прав.

Так закончилась ещё одна попытка прекратить церковный раскол, на этот раз также неудачная. Весной 518 г. скончался Константинопольский патриарх Тимофей, и на его место выбрали Иоанна (518–520), капподакийца по происхождению, склонного принять мирные инициативы[1078]. Назначение Анастасием в качестве его преемника Иоанна вызывало бурные волнения — толпа горожан, предводительствуемая монахами, напирала на патриарха и требовала от него анафематствовать монофизитских вождей. Возможно, по этой причине, а, может быть, и нет, но вскоре Анастасию пришлось убедиться в том, что его выбор был ошибочен: у Иоанна имелась своя точка зрения на существо богословского спора[1079].

Глава 4. Результаты царствования Анастасия

Надо сказать прямо, что почти во все время своего многотрудного царствования император Анастасий оказывался на высоте положения. Войны требовали громадных средств, но многоопытный император, умевший распоряжаться финансами, оставил после себя казну с профицитом бюджета 320 тыс. фунтов золота. Эти средства позволили его преемникам провести имперскую стратегию и реформировать государственное управление и армию.

Как он достиг такого результата? — остаётся только гадать. Начав своё царствование с налоговых послаблений, вынужденный вообще отменить налоги на некоторых территориях, прекратив продажу должностей, император, по существу, сам отказался пусть и от сомнительных, но верных источников доходов, которыми ранее не брезговало правительство.

Озабоченный делами правосудия, император начал насаждать в магистратурах юристов, не делая никаких исключений для кандидатов на эти должности. Когда его супруга св. Ариадна просила за Анфимия, приходившегося ей родственником, царственный супруг отказал ей, сославшись на то, что пост префекта могут занимать лишь люди, имеющие специальное образование[1080].

Главное — при Анастасии Римская империя окончательно стала христианским государством, а военное сословие заняло должное подчинённое положение, не претендуя более на высшую власть. При всех религиозных перипетиях ни разу за всё время царствования Анастасия никто не рискнул организовать заговор с целью захвата власти. Далёкий от честолюбивых воинских подвигов, он обращал основное внимание на благосостояние своих подданных. Он восстановил правосудие в судах, облегчил податное бремя подданных и создал высоко эффективную администрацию.

Великолепно образованный (например, император владел обоими языками Империи), он всячески поощрял развитие литературы, особенно римской, которая в его годы зацвела пышным цветом. При нём прошли обучение великолепные юристы, которые позднее будут задействованы при разработке великолепного и великого законодательства императора св. Юстиниана I. Сохранилось два панегирика, написанные Присцианом и Прокопием Газским, в которых прославляется имя Анастасия и св. Ариадны за то благоденствие, которые они даровали Римской империи после тяжёлых лет царствования Зенона. Так, в частности, Прокопий славит многочисленные славные деяния императора: удачные войны на Востоке, благосостояние граждан, строительство Длинной стены во Фракии, маяка в Александрии, устранение кровавых зрелищ и запрет пантомимов. Он отмечает высоконравственный образ жизни царя и его подвиги