нападать на восточные границы империи.
Однако после возвращения Романа IV Диогена из сельджукского плена византийские придворные круги добились его низложения, а преемники не признали для себя обязательными условия договора с Сельджукидами. Византийский историк Скилица пишет по этому поводу: «Так как заключенное с Диогеном соглашение осталось неисполненным, то тюрки.., поднявшись из Персии во всеоружии и не встречая никакого сопротивления, напали на ромейские фемы и опустошили их, не ограничиваясь лишь временным наездом, как это было прежде, и быстрым отступлением, но завладевая страной с целью обладания ею на правах постоянного господства». При этом, как свидетельствует анонимный грузинский автор XII в., после Манцикерта сами греки покидали свои земли и города, «коими владели на Востоке... Их захватили турки и поселились в них».
Византийские правители не усматривали в устремлявшихся в пределы их государства тюркских мигрантах особой опасности. Византийский мир на протяжении веков жил в условиях постоянных варварских вторжений, он привык использовать варваров как для нужд обороны страны, создавая из них новое сословие крестьян-воинов (акритов), так и для имперской экспансии, натравливая одни народы на другие. Постепенно византийцы включали все новые и новые этнические массы в состав своего населения, подчиняли их своей культуре и, если не ассимилировали, то приучали жить по имперским нормам поведения. Так и с новыми восточными противниками византийцы надеялись со временем поладить, а потому не считали утерянными окончательно пространства, занятые тюрками и пока исключенные из сферы их влияния. Более того, они пытались использовать отдельные тюркские орды в своих внутренних усобицах. Так, Никифор III Вотаниат (1078-1081) в борьбе со своими противниками привлек силы Сулеймана ибн Куталмыша,
Молитвенная ниша мечети Бейхаким в Конье, Анатолия. Вторая половина XIII в. Берлин, Музей исламского искусства © 2011. Photo Scala Florence
выходца из боковой линии сельджукидской династии, а за помощь разрешил ему расположиться со своими соплеменниками на азиатском берегу черноморских проливов и в г. Никея (Изник).
К концу XI в. огузо-туркменские племена утвердились почти во всех частях Анатолии. Отдельные тюркские военачальники и беи племен выступали здесь зачастую самостоятельно, слабо координируя свои действия, не всегда подчиняясь центральным властям и порой враждуя между собой. Среди них наиболее успешными были: Артук, Кунак, Барсук, Чаха (или Чекан), эмиры из рода Данишмендидов и наследники Куталмыша. Известно, что Сулейман ибн Куталмыш, опираясь на свои владения в районе Никеи, в 1081 г. начал выказывать претензии на первенство в роде Сельджука. В битве с братом
583
Мелик-шаха Тутушем, эмиром Сирии, Сулейман был разбит и погиб в бою (1086 г.). Однако малоазиатские владения остались за его наследниками.
После смерти Мелик-шаха (1092 г.) империя «Великих Сельджукидов» фактически распалась. В западных ее областях сюзеренитет «великого султана» сохранялся лишь номинально и выражался в праве на «хутбу» (т.е. упоминании имени султана в пятничной молитве) и чеканке монет с его именем. Владетели отдельных областей распавшейся державы «Великих Сельджукидов» начинают объявлять себя султанами. В XII в. титул «султан» присваивают себе и малоазиатские наследники Куталмыша. Их султанат стал называться Румским, поскольку располагался на бывших землях державы ромеев - Византии.
Сельджукиды начали свое утверждение в Малой Азии с мероприятия, которое российский исследователь В.А. Гордлевский назвал «социальной реформой» Сулеймана ибн Куталмыша: «Крестьян и рабов, работавших в латифундиях в Малой Азии, он объявил свободными, и они массами стали переходить в ислам». Различными пожалованиями и льготами Сельджукиды привлекали на свою сторону и отдельных представителей господствующего класса. Очевидно, такая политика помогала этой династии в борьбе с Византией и способствовала ее успехам в подчинении других тюркских владетелей.
Византия во второй половине XI в. переживала период анархии и междоусобиц, сопровождавшийся территориальными потерями. Находясь в критическом положении, император Алексей I Комнин в 1090-1094 гг. неоднократно обращался за помощью к папе римскому и западноевропейскому рыцарству, что послужило поводом к началу I Крестового похода. Румские Сельджукиды были разбиты крестоносцами (1097 г.), потеряли свою столицу Никею и были отброшены на восток, за Эскишехир. Крестоносцы, однако, не задержались в Малой Азии, а ушли в Сирию и Палестину. Государство Сельджукидов Рума сумело оправиться от удара. Его новой столицей стал г. Конья (Иконий) (с 1116 г.), по которой все государство получило с этого времени название не только Румского, но и Конийского (или Иконий-ского) султаната. Отношение к нему среди местного населения явно меняется, слишком запомнились грабежи и насилия крестоносцев. Сельджукиды выступают посредниками между тюркской кочевой вольницей и оседлым, главным образом греческим и армянским, населением, внося некий порядок в их взаимоотношения. Разгром Византии в IV Крестовом походе (1204 г.) позволил Сельджукидам еще более укрепить свои позиции.
От других сельджукских владетелей в Азии Сельджукиды Рума оказались отрезанными сохранявшими еще тогда самостоятельность тюркскими эмиратами Восточной Анатолии, а потому вынуждены были отстраниться от активной борьбы за власть и дополнительные территории в империи «Великих Сельджукидов». Борьбу с крестоносцами, обосновавшимися в Сирии, вели также эмираты Артукидов, Данишмендидов и др. Получив, таким образом, относительную внешнеполитическую передышку, Румский султанат сумел укрепить свою власть внутри страны, а затем, в 80-е годы XII в., сокрушил своего главного тюркского соперника в Анатолии - государство Данишмендидов.
К XIII в. объединение почти всей Анатолии в единый Румский султанат начинает давать свои положительные плоды. В Анатолии оживляется торговля, важнейшие торговые пути перемещаются сюда из Сирии, превратившейся в результате крестовых походов в арену ожесточенных войн. На торговых путях выросли караван-сараи. Транзитная торговля сделала государство Сельджукидов Рума одной из богатейших держав Ближнего Востока. Города Анатолии, по свидетельству современников, процветали. Конья, насчитывавшая до 100 тыс. жителей, представляла собой большой город, хорошо застроенный, изобилующий водой и ручьями, садами и фруктами, с прекрасными базарами, множеством мечетей, медресе, бань и ремесленных мастерских. Прекрасная зимняя резиденция султанов была создана на средиземноморском побережье в Алайе (Аланье). В страну продолжался приток тюрко-мусульманского населения с Востока, в том числе многих ученых, поэтов и философов исламского мира.
Существуя в ближайшем соседстве с Византией, а после ее разгрома в 1204 г. с ее наследниками - Никейской и Трапезундской империями, а также с государствами крестоносцев, Грузинским царством и Киликийской Арменией - Сельджукиды Рума сумели не только устоять, но и порой заставлять соседей платить себе дань. Их владения достигли всех омывающих Малую Азию морей (в 1207 г. они завоевали Анталью, в 1214- Синоп). В 1221— 1222 гг. они совершили успешный поход в Крым, где были разбиты греко-половецко-русские войска и захвачена Сугдея (Сурож русских купцов, совр. Судак).
СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКАЯ СТРУКТУРА РУМСКОГО СУЛТАНАТА
В сельджукский период среди тюркских племен, обосновавшихся в Малой Азии, интенсивно шел процесс разложения родоплеменного строя. Наряду с территориями для кочевания племени (так называемыми уджа-ми), которые по традиции правители предоставляли племенам в пограничных районах государства, сельджукская кочевая знать получала в собственное распоряжение икта, т.е. земли, с которых могла собирать подати в свою личную пользу. Так эта знать приобщалась к эксплуатации местного земледельческого населения. Государство считалось собственником всей земли, а потому сохраняло определенную степень контроля за теми социальными отношениями, которые развивались в икта и уджах. Налоговая практика, существовавшая в государстве, была унаследована от Византии. Часть бывших кочевников начинает заниматься земледелием и переходить на оседлость, но процесс этот шел крайне медленно. Определенные земельные и иные доходные пожалования делались правителями различным мусульманским религи-озно-благотворительным учреждениям, т.е. создавались вакфы, однако количество их пока также было незначительным.
Для основной массы тюркских племен главным занятием и в Анатолии оставалось кочевое скотоводство, а потому селились они прежде всего там, где находились удобные пастбища. Именно к таким районам относилось обширное плоскогорье Центральной Анатолии. Расселившиеся здесь многочисленные тюркские пришельцы очень скоро оказались в большинстве по отношению к местному населению, так как степные пространства Анатолии были до этого времени мало населены.
