«выхода». Другим крупным объединением кочевников стала Ногайская Орда (известная также как Мангытский Юрт), во главе которой стояли потомки Еди-гея, а столицей являлся город Сарайчук на Нижнем Урале.
В конце 30-х годов XV в. образовалось Казанское ханство - позднесредневековое государство в Среднем Поволжье, фактический преемник Волжской Булгарии. На территории ханства жили предки современных поволжских народов - татар, башкир, чувашей, марийцев, удмуртов и мордвы. В Западной Сибири, в бассейнах Оби и Иртыша, возникло крупное, но сравнительно малонаселенное Сибирское ханство. В 40-е годы XV в. появилось Крымское ханство со столицей в Бахчисарае. Оно включало в себя, помимо Крыма, другие земли в Приазовье и Северном Причерноморье (нынешние север Краснодарского края и юг Украины). В конце XV в. крымский хан Менгли-Гирей разгромил войска Большой Орды и сделал ее вассалом Крыма, а в начале следующего столетия положил конец ее существованию.
Примерно в середине XV в. в низовьях Волги образовалось Астраханское ханство. Поначалу оно признавало верховенство Большой Орды, после ее падения обрело номинальную самостоятельность, но фактически зависело от сильных соседей - Ногайской Орды, Крымского ханства, а несколько позже от Московской Руси.
ГОСУДАРСТВЕННЫЕ ОБРАЗОВАНИЯ НА РАЗВАЛИНАХ ЗОЛОТОЙ ОРДЫ
По части социального уклада и культуры позднесредневековые татарские государства многое унаследовали от Золотой Орды периода ее расцвета (XIV в.). Как и в Золотой Орде, значительную часть населения ханств составляли скотоводы-кочевники; в то же время имелось городское и сельское оседлое население. Далее, сохранялись военные традиции моншло-татар и прежде всего организация, вооружение и тактика главной силы татарских войск-конницы. Сохранялись и традиции в отношении торговли, продолжали действовать древние торговые пути. Преемственность соблюдалась и в вопросах вероисповедания. Государственной религией во всех татарских ханствах был ислам; при этом имелось и немало жителей, исповедующих другие религии -христианство (особенно православное), буддизм и язычество.
Помимо сходства, между ханствами имелись и различия, обусловленные неодинаковым уровнем общественного развития, спецификой природных условий, разнообразием местных обычаев. Например, в то время как в Казанском ханстве проживало значительное число оседлого населения, в Ногайской Орде почти все жители являлись кочевниками. Если в Казанском и Крымском ханствах существовало немало многонаселенных и развитых городов, то в Ногайской орде был только один крупный город - Сарайчук, а в Сибирском ханстве преобладали небольшие укрепленные поселения -«городки».
В отношении политического устройства у татарских государств наличествовало немало сходных черт, многие из которых были унаследованы от Золотой Орды. Во главе каждого из государств стоял хан - правитель и верховный землевладелец. Хану помогал верховный советник - своего рода премьер-министр: в Ногайской Орде он назывался бекпар-беги, в Сибирском ханстве — карача, в Крымском — калга султан. При хане имелся совет -«диван». Нередко реальная власть находилась в руках советников, которые использовали ханов как послушных исполнителей их воли. Далее, для обсуждения особо важных вопросов созывались собрания представителей сословий. Во многих тюркских регионах такое собрание называлось курултаем. В Крымском ханстве оно имело название «Большой диван»; в русских источниках подобные съезды татар именовались «Вся земля». В административном отношении ханства делились на уделы - улусы, в значительной степени самостоятельные, которыми управляли должностные лица из числа знати - мурзы, беи.
Располагая достаточно сильными воинскими силами, ханы вели активную внешнюю политику, нередко вторгались в сопредельные земли. Так, казанцы дважды, в 1439 и в 1444—1445 гг., совершали походы на Москву. Во время второго похода был захвачен в плен великий князь Василий III, татары получили от Руси огромную денежную сумму в виде выкупа и дани. Вместе с тем (и это тоже было в своем роде продолжением золотоордынских традиций) татары подчас выступали союзниками русских. Так, в начале 80 -х годов XV в. крымский хан Менгли-Гирей в качестве союзника Ивана III совершил поход в польские владения.
И все же позднесредневековые татарские ханства обладали далеко не таким могуществом, как когда-то Золотая Орда. Ханства были разобщены, их военные и хозяйственные ресурсы ограниченны. Иным стало и восприятие татар: они уже не вызывали панического страха у соседей; опыт показал, что с татарами можно успешно бороться. К тому же многое изменилось в военном деле: вошла в употребление артиллерия, возросла роль пехоты (вооруженной, среди прочего, огнестрельным оружием), значительно усовершенствовались крепости. В этих условиях главная сила татар - конница, являлась уже не столь эффективной. Усиление соседей, особенно Московской Руси, изменило соотношение сил и, в конечном счете, привело к ликвидации независимости татарских государств. Большинство ханств уже в XVI в. были завоеваны Московской Русью и вошли в ее состав.
Разгромив османскую армию Баязида I в битве под Анкарой и взяв в плен самого султана, правитель Самарканда Тимур восстановил самостоятельность анатолийских бейликов, собственно же османские владения разделил между четырьмя сыновьями Баязида. В политическом отношении Анатолия оказалась отброшена на 50 лет назад. Армия Тимура огнем и мечом прошла Малую Азию, опустошив целые районы, разрушив многие города, уничтожив тысячи жителей. На западе полуострова Тимур отвоевал у рыцарей Родоса г. Измир, далее же в христианские области не продвигался. Балканские владения османских султанов нашествием Тимура затронуты не были.
В марте 1403 г. армия Тимура покинула Малую Азию. Страна вернулась к своим собственным проблемам. Миграционная волна, связанная с нашествием Тимура, была несравненно слабее двух предыдущих (в XI и XIII вв.), наблюдался даже некоторый отток кочевого населения из Малой Азии, а часть городских жителей, в частности ремесленников Измира, армия Тимура насильственно увела в район Самарканда. Многие тюркские племена в это время переселились в Румелию (т.е. европейскую часть османских владений).
Из восстановленных Тимуром анатолийских бейликов наибольшую жизнеспособность проявил бейлик Караманов. Остальные же самостоятельной роли в истории Малой Азии так и не сыграли. На востоке полуострова начали формироваться новые государственные образования кочевых тюркских племен, на первых порах, однако, обращавшие свое внимание не на Анатолию, а на иранские и закавказские области. Главная борьба за власть развернулась между османскими принцами, сыновьями Баязида. На первых порах выдвинулся Сулейман, получивший от Тимура европейские владения отца. Затем в
1410 г. его власть была свергнута другим братом - Мусой, продержавшимся на троне в Эдирне три года, и, наконец, в 1413 г. утвердился Мехмед I (1413— 1421). Показательно, что борьба шла за установление господства того или иного претендента прежде всего в европейских районах османского государства. Следовательно, именно они и стали главной опорой османской власти.
Нашествие Тимура и длительная борьба сыновей Баязида за власть обострили тот социальный кризис османского общества, истоки которого были связаны с быстрыми темпами складывания нового государства, характерными для предшествовавшего периода. В стране рос новый господствующий класс, а так как государство формировалось в результате завоеваний, то он представлял собой прежде всего военное сословие. Главную роль начинают играть воины-кавалеристы (сипахи), которые за службу получали «тимары», т.е. приобщались к эксплуатации земледельческого населения завоеванных стран. Резкое увеличение численности владельцев тимаров стало возможным после завоевания новых земель на Балканах, а их условный характер (обязанность нести военную службу) усиливал власть султанов, выступавших жалователями этих «кормлений». Формирование тимарной кавалерии затрагивало интересы рядовых кочевников и земледельцев, ранее составлявших племенное ополчение. Их начинают использовать лишь в качестве вспомогательного войска и все более пытаются низвести до уровня обычного податного сословия. Недовольство назревало и у представителей старых семей беев-завоевателей, некогда соперничавших с самими османскими султанами и теперь еще сохранявших свои самостоятельные владения в балканских районах. Они и их небольшие военные силы становились ненужными султанам. Эти социальные противоречия сделали столь ожесточенной и длительной борьбу сыновей Баязида, так как позволяли им в борьбе за трон опираться на различные соперничавшие между собой группы османского
