епископата. В частности, в них превозносится папская власть как высшая церковная инстанция. Начиная с понтификата Николая I (858—867), папство, отстаивающее новое понимание церкви и своей роли в ней, видит в «Лжеисидо-ровых декреталиях», включая «Константинов дар», правовое обоснование собственной супрематии и вмешательства в дела других церквей.
История знаменитых фальшивок каролингского времени - не просто курьез, а иллюстрация важной жизненной тенденции. Каролингский мир напряженно ищет и внедряет правила, не останавливаясь перед обманом. Особенно болезненными оказываются вопросы церковной и религиозной жизни. С начала Средних веков обращение «язычников» часто носило формальный характер. С принятием христианства в их жизни мало что менялось. В VIII-
IX вв. церковные власти стремятся подчинить жизнь мирян контролю со стороны церкви путем введения определенных норм. Но эти церковные нормы еще только формируются. В сущности, они тоже являются разновидностью юридического подлога. Примером может служить темное дело о разводе короля Лотаря II. Чтобы иметь детей и наследников, он хотел развестись со своей бесплодной супругой и жениться вторично. Такой обычай существовал - Пипин Короткий, Карл Великий и Людовик Благочестивый до того оставляли своих жен. С 855 г. Лотарь II владел страной, лежащей между королевствами его дядей Карла Лысого и Людовика Немецкого. Они были заинтересованы в том, чтобы племянник не мог иметь законного наследника. Епископы королевства Карла Лысого во главе с Гинкмаром Реймсским и папа римский Николай I воспользовались этой ситуацией в своих интересах. Они выступили поборниками канонических правил христианского брака, которые в действительности были весьма туманными. Развод Лотаря II в итоге так и не был признан, и его королевство отошло дядьям.
ЗАПАДНЫЕ И ЮЖНЫЕ СЛАВЯНЕ ОКОЛО 800 ГОДА
Проблема этногенеза славян и их ранней истории (как, впрочем, и этногенеза многих других народов) принадлежит к одной из сложнейших в исторической науке. Ее комплексное изучение историками, археологами и лингвистами не дало однозначных результатов, поэтому существуют лишь более или менее обоснованные гипотезы. Исследование складывания славянской общности и ее ранней истории осложнено целым рядом факторов. В чисто научном плане это скудость и отрывочность источников (по сравнению, например, с источниками по истории древних германцев). Разные типы источников требуют для создания общей картины усилий ученых разных специальностей, которые не всегда корректно интерпретируют друг друга. К тому же разные исследователи исходят из различных оснований: одни подчеркивают значение складывания материальной культуры, другие - языка, третьи (это наиболее акцентировано в современной историографии) - самосознания. Огромную роль сыграли и вненаучные факторы: изучение происхождения и ранней истории славян в XIX в. развивалось во многом как реакция на распространенную в немецкой историографии того времени тенденцию принизить роль славян; с другой стороны, эта проблематика приобретала особую политическую актуальность для южнославянских народов, которые один за другим освобождались от власти Османской империи.
Важную роль в истории изучения происхождения славяв сыграли две теории. «Дунайская» версия предполагала искать прародину славян на Дунае, откуда они двинулись на север и северо-восток, чтобы затем, примерно к VI в. н.э., вновь прийти на Дунай с севера, пересечь его и заселить Балканский п-ов в VII в. Другая гипотеза утверждала, что этногенез славян произошел на Висле, где они вычлени-лись из балто-славянской общности, а затем стали расселяться к востоку и к югу.
Особняком стоят гипотезы, опирающиеся на научные построения, возникшие еще в эпоху романтизма, ознаменованного у большинства зарубежных славянских народов движением Национального возрождения (первая половина XIX в.), когда историкам (прежде всего П.Й. Шафарику) приходилось доказывать историческую значимость славянства в древности. Этот патриотический порыв и недостаточная разработанность источниковедческого инструментария привели к преувеличению распространенности славянского этноса в древности и его места во всемирной истории. К сожалению, в последние десятилетия наблюдается реанимация этих воззрений, предпринимаемая в основном непрофессионалами, использующими идею величия славян во вненаучных целях. К такого рода попыткам следует отнести гипотезы о происхождении славян на побережье Ледовитого океана, о расселении их в составе других племенных объединений времен Великого переселения народов в Западной Европе, Северной Африке и Малой Азии, не говоря уже о чисто фантастических спекуляциях по поводу славянского евразийства («Велесова книга» - подделка XX в.), принадлежности этрусков к славянству, славянского слогового письма, восходящего чуть ли не к палеолиту. Большое количество ненаучных концепций этногенеза и ранней истории славян наглядно демонстрирует нерешенность этой проблемы в исторической науке.
Збручский идол. X в. Археологический музей, Краков (Польша)
Достоверно о славянах можно говорить только тогда, когда они начинают осознавать сами себя определенной общностью и входят в орбиту внимания соседей - «старых» народов Европы. С начала VI в. сведения о славянах появляются в греческих и латинских письменных источниках. Раньше всего их упоминают Иордан и Прокопий Кесарийский. Самой ранней археологической культурой, преемственность по отношению к которой последующих бесспорно славянских культур можно считать доказанной, является культура Прага-Корчак. Ее самые ранние памятники зафиксированы в При-пятском Полесье и относятся к V или, возможно, к концу IV в. н.э., а в VI в. эта культура распространилась на огромной территории от Киева до Праги. Она представляет собой культуру земледельцев, живших преимущественно в небольших неукрепленных селищах. Поселения основывались в лесах, на болотах и на высоких берегах рек. Жилищем служили землянки или полуземлянки. Использовалась лепная керамика, часто без орнамента.
По своему характеру славяне рисуются византийскими авторами как люди мужественные, смелые, но редко достигающие согласия друг с другом. У славян еще не сформировалось особой социальной группы жрецов, а роль вождей не была столь значительной, как, например, у германцев и гуннов.
Западные и южные славяне в VIII-IX вв.
Мифология и бытовая культура древних славян реконструируются на основе данных археологии, письменных свидетельств соседей, а также построений лингвистики и сравнительной этнографии. Мифология славянства представляется анимистической (одушевление сил природы и космоса), огромное место в ней занимает класс «служебных», низших божеств, воплощавших природные начала (типа лешего, кикиморы, русалки и т.п., известных по гораздо более поздним фольклорным источникам).
К VII в. относится складывание так называемой «державы Само», располагавшейся в Южной Моравии и части Нижней Австрии. Ее формированию способствовала экспансия кочевого тюркского племени аваров, которые
в середине VI в. вторглись на Паннонскую низменность и основали там политическое образование, известное как Аварский каганат. Оттуда они совершали набеги на Франкское королевство и Византию. Как правило эти рейды с целью получения добычи приходились на лето, а зимы авары проводили на славянской территории. В 623-624 гг. славяне подняли против аваров восстание, которое возглавил Само, очевидно, поселившийся среди них франкский купец. После разгрома аваров он на протяжении 35 лет оставался главой значительной части славян Центральной Европы, вступал в конфликты с франками. После его смерти, сообщает Хроника Фредегара (VII в.), «держава Само» распалась, однако ее ядро - Южная Моравия и сопредельные земли современной Словакии - в дальнейшем стало основой формирования уже собственно государственного объединения, получившего в науке название Великой Моравии.
С VIII в. уже обособляются три ветви славянства: восточные, западные и южные славяне, хотя на всей огромной территории славянского мира, простиравшейся от Балтики до Балкан и от Центральной Чехии до Дона, Западной Двины и Немана, сохраняется языковая близость славянских общностей, подкрепляемая и определенной степенью единства духовной культуры. К западным славянам относились такие племена, как мораване, чехи, висляне, слензане, поляне, мазовшане, куявяне, лужицкие сербы, ободриты, лютичи, поморяне и др.
Великоморавская держава, сформировавшаяся в первой половине IX в., возглавлялась князьями из династии Моймировцев. Князь опирался на сильную дружину, осуществлявшую защиту своей территории и ее расширение путем военной экспансии. В 70-е годы IX в. вокруг ядра Моравии сложился конгломерат зависимых от нее или прямо ей подчиненных княжеств, таких как Нитра. В период расцвета Великая Моравия представляла собой мощную державу, включавшую в себя множество славянских племен, в том числе чехов, славян Западной Словакии, вислян, белых хорватов, лужицких сербов, славян Паннонии и Силезии и других. Она была тесно вовлечена в политику Восточно-Франкского королевства как наследника
