Станешь ночью не спать до утра,Оправлять изголовье,Жемчуга и наряды проказливым внучкам отдашь,Пусть их носят себе на здоровье.Не к лицу мне теперь дорогие уборы,Молодому и старое впору.Будет всё, да не то,Выйдешь как-нибудь ночьюВ тенистый свой сад,Ненароком увидишь — не звездыНад садом горят.Скажешь, это моя, а вон та золотистая тоже,Нет светлей их на всем небосклоне, светлей и моложе.
* * *
Бьет полночь колокол соборный.Метель усилилась. Дрожа,Гляжу в окно на город черныйС высот шестого этажа.Окоченевшими рукамиВ жаровне шевелю золу,А вьюга длинными смычкамиТревожно водит по стеклу.И вот — любовно раскрываюЗаветный лист черновикаИ жаром рифмы согреваюХолодный воздух чердака.Склонясь, лелею стих несмелый,Смыкаю строфы не спеша —Летит дыханье розой белойНа тонкий ствол карандаша.Так полнят радость и тревогаТрудолюбивый мой досуг,А поздний сон, мой робкий друг,Ждет терпеливо у порога.Помедли, утро. Лампа светитВ неомраченной тишине, —И всё до дна понятно мне —День бегло спросит — ночь ответит.
ЛОРЕЛЕЯ
Ты звонко пела на скалеИ пряла облака густые,В бушующей, бурлящей мглеПо воздуху и по землеСтруила косы золотые.Внимая пенью твоему,Молчали бледные матросы,И были праздные вопросыДля обреченных ни к чему.И в новом мире как тогдаТы жертву песней призываешь,Широкий парус обрываешьИ топишь хрупкие суда,Зеленые глаза сощурив…
* * *
Я ночью площадь городскуюПеретащил на свой чердак,В натопленную мастерскую,Обставленную кое-как.Я вышел рано до обедаПроверить город, посмотреть,Всё так же ль высится победа,Трубящая в пространство медь.Кругом дома стояли густо,