Теперь я уже знаю, что если неврозом болеют дети, лечение их без воздействия на родителей не имеет никакого смысла. А если заниматься только с родителями, толку гораздо больше. Причем чем меньше ребенок, тем больше внимания следует уделять работе с родителями.
Следующие два примера показывают, что работа врача-психотерапевта не менее опасна, чем работа врача-психиатра, ему тоже необходимо предоставлять льготы за вредность. А опасность чаще всего исходит от Заботливой Матери.
Энергичная женщина 60 лет, директор магазина, попросила, чтобы я проконсультировал ее дочь 33 лет, находящуюся в состоянии затяжной депрессии.
История болезни была такова. В семье девочку воспитывала бабушка. Стиль воспитания — «оранжерейный». С одной стороны, тепличные условия, с другой — бабушка оскорбляла внучку, пренебрежительно отзываясь о ее внешности. Мать была в семье генералом, все делая для благополучия семьи. Жила она, конечно, для семьи. Ей самой ничего не было нужно. Вторым ребенком был для нее и муж. Но основное внимание, конечно, сосредоточилось на дочери. Когда она подросла, чтобы как-то улучшить ее внешность, было сделано несколько пластических операций. Честно говоря, не думаю, что они были нужны. Но сама больная была не очень высокого мнения о своей внешности.
Когда пришла пора любви, больная практически ни с кем не встречалась по двум причинам: ребята ей не
