Толковая Библия. Том 5

слав, стояние) дальнейшего существования народа израильского. Мессия еще не пришел, след., и народ, из среди коего Он должен произойти, должен сохранить свое бытие[368].

Особые замечания

Шестая глава критиками вообще признается подлинной. Если Marti указывает на то, что в 12 и 13 стихах Господь говорит о Себе в третьем лице, то подобный оборот речи не представляет собою чего-либо необычного в книге Исаии (срав. Ис. 13:13[369]).

Reuss видит в этой главе прозаическое произведение, но другие находят здесь и поэтические отделы, именно, во-первых, в словословии серафимов, а затем в стихах 7 и следующих (исключая вставные замечания: я услышал, я сказал и т. п.)

Шестую главу положено читать как паремию на праздник Сретения Господня, потому что, как видно из церковных песнопений (5 ирмос канона на Сретение, 1 -и тропарь 5 песня канона, 3 тропарь и 2-й той же песни), Церковь видит здесь предсказание на воплощение Сына Божия и на принесение Его во храм (клещи — руки Пресвятой Девы, державшие Богомладенца).

Глава 7 1. Встреча Исаии с иудейским царем Ахазом и пророчество его о судьбе Сирийского и Израильского царства

1. И было во дни Ахаза, сына Иоафамова, сына Озии, царя Иудейского, Рецин, царь Сирийский, и Факей, сын Ремалиин, царь Израильский, пошли против Иерусалима, чтобы завоевать его, но не могли завоевать. 2. И было возвещено дому Давидову и сказано: Сирияне расположились в земле Ефремовой; и всколебалось сердце его и сердце народа его, как колеблются от ветра дерева в лесу.

1-9. В царствование Ахаза, царя иудейского, Иерусалиму стали угрожать заключившие между собою союз цари сирийский и израильский. В Иерусалиме началась деятельная подготовка к предстоящей осаде, так как нападение соединенных войск представлялось царю и иерусалимским гражданам очень опасным. В это время выступает перед царем со словом ободрения пророк Исаия и указывает на бессилие сошников причинить серьезный вред Иудее и на ожидающую их скоро погибель.

Еще в последние годы Иоафама, Факей, царь израильский, и Рецин, царь сирийский, начали совместные враждебные действия против царства Иудейского (4 Цар. 16:4 [370]). В начале царствования Ахаза (около 735 г.) опасность для Иудейского царства со стороны этих царей стала еще больше, потому что сирийцы и израильтяне уже направлялись прямо на Иерусалим. Целью их при этом, по всей вероятности, было то, чтобы обязать иудейского царя присоединиться к той коалиции, какую маленькие государства Сирии, поддерживаемые Египтом, образовали против царя ассирийского, в то время уже угрожавшего подчинить себе всю Сирию. Союзники, вероятно, и хотели свергнуть, не сочувствовавшего их замыслам, Ахаза с иудейского престола и поставить на его место какого-то сына Тавеилова. В особенности испугался весь дом Давида, когда получено было известие, что сирийцы (уже прошедшие восточную Палестину и заключившие договор с идумеянами и другими южными народами, завладевшие притом Еланитской гаванью Чермного моря 4 Цар. 16:6[371] ) поднялись по берегу Средиземного моря к северу, в область царства Израильского, и здесь стали лагерем, угрожая Иерусалиму.

3. И сказал Господь Исаии: выйди ты и сын твой Шеар-ясув навстречу Ахазу, к концу водопровода верхнего пруда, на дорогу к полю белильничьеиу,

Ахаз, в ожидании осады Иерусалима, осматривал водопровод, снабжавший весь город водою. Этот водопровод начинался у верхнего пруда (пруд Силоамский, находившийся в верхнем пруде), очень большого, откуда вода подземным ходом была проведена по городу и стекала в другой пруд, впоследствии называвшийся прудом Езекии.

Исаия должен идти к Ахазу со своим сыном, имя которого — Шеар-Ясув (остаток спасется) — символическое: оно означало суд Божий, ожидающий Иудейское царство, от которого может сохраниться только разве небольшой остаток[372]. Между тем имя самого Исаии (Господь спасет) указывало на возможность помилования, и царю таким образом предоставлялось выбирать, чего он хочет — суда или милости от Бога. Суд же угрожал Ахазу за то, что он, вопреки воле Божией (Пс. 145:3[373]), возложил свою надежду не на Господа — истинного Царя Израиля, а на ассирийского властителя Тиглат-Пилезера, к которому уже послал посольство с просьбою о помощи против царей сирийского и Израильского (4 Цар. 16:7-8 [374]).

4. и скажи ему: наблюдай и будь спокоен; не страшись и да не унывает сердце твое от двух концов этих дымящихся головней, от разгоревшегося гнева Рецина и Сириян и сына Ремалиина. 5. Сирия, Ефрем и сын Ремалиин умышляют против тебя зло, говоря: 6. пойдем на Иудею и возмутим ее, и овладеем ею и поставим в ней царей сына Тавеилова.

Оба союзные царя представляются пророку обуглившимися головешками, которые уже не могут гореть, как следует, а только дымят и чадят.

Сын Тавеила — пренебрежительное название без собственного имени (ср. 1 Цар. 20:27[375], где Саул, говоря о Давиде, своем сопернике, называет его просто сыном Иессея). По всей вероятности, это был какой-нибудь сирийский принц (принц — по-сирийски tab — евр. tob, хороший).

7. Но Господь Бог так говорит·, это не состоится и не сбудется; 8. ибо глава Сирии — Дамаск, и глава Дамаска — Рецин; а чрез шестьдесят пять лет Ефрем перестанет быть народом; 9. и глава Ефрема — Самария, и глава Самарии — сын Ремалиин. Если вы не верите, то потому, что вы не удостоверены.

Господь объявляет через пророка Ахазу, что ни царь сирийский, ни царь израильский не завладеют Иудеей, а останутся — и то недолго — владыками своих только прежних владений. Царству же Израильскому через 65 лет угрожает окончательное падение. Последнее предсказание, вероятнее всего, имеет в виду не разрушение Самарии, которое последовало вскоре, лет чрез 13 после изречения этого пророчества (723 г.), а отведение в Ассирию остатков народонаселения Израильского царства и заселение опустошенной территории бывшего Израильского царства переселенцами из Месопотамии при ассирийском