Приключения 1972—1973

—

Видали таких опытных! — не снижала тона ковбойка.

—

Зря, парень, ерепенишься. Мы с Езупаном едем раз по Мельничной. Вдруг стоп машина! И не заводится, хоть ты тресни. Сразу, конечно, нашлись добрые советчики. Каждый свое ладит. Кто про карбюратор, кто про зажигание. А малец лет двенадцати дергает Езупана за рукав: «Дяденька, а бензин у тебя в машине есть?» Заглянули в бак — сухо! А ты говоришь!

—

Ладно, кончай заливать. Ты откуда — из наших? — примирительно спросил шофер.

—

А что, разве на шофера не похож?

Механик улыбнулся.

—

Да нет, видать, парень свой; поступай к нам деньгу зашибать. Шофера нужны позарез.

—

Разве у вас заработаешь?

—

А то нет, — поддержал механика тот, что в ковбойке. — Знаешь, какие бывают рейсы! В Москву гоняем, в Ленинград, в Кишинев. Командировочные, премиальные.

Незнакомец махнул рукой.

—

Что-то не верится. У меня тут дружок работал. Не заметил я, чтобы он разбогател.

—

Это кто же такой?

Незнакомец вытащил пачку «Примы», всех угостил и закурил сам.

—

Щепис Казимир.

— Ах вон кто! — усмехнулся шофер. — Этому никогда не хватит. Пол-литра и колесо колбасы наворачивал только для затравки.

—

За пьянку небось и уволили?

—

Нет, за другое.

—

А мне он ничего не говорил.

—

Это было прошлой осенью, в октябре, наверно. Точно! В октябре наша бригада целый месяц работала в Кулдиге, в командировке. А он все в Ригу рвался. Видно, по бабе заскучал. Бригадир строго-настрого запретил уезжать. Но надо знать Казимира. Ночью, втихаря смотался. Гнал, наверно, под сотню. Нарвался на автоинспектора. Превышение скорости. Протокол, сообщили в контору. А у нас тут порядочки монастырские, строго.

—

Превышение скорости не бог весть какой смертный грех, — заметил человек в зеленом пиджаке.

—

Верно, конечно, — согласился механик. — Его наказали главным образом за самовольную поездку.

—

Квартальная премия накрылась, — уточнил шофер. — Его, конечно, заело. Подал заявление и уволился. Ребята говорили, уехал на север.

—

Идея неплохая. Надо и мне туда податься за длинным рублем. Схожу к начальству. Посмотрю, что тут предложат. Где контора?

Начальник отдела кадров, тучный человек, у которого из тесного воротничка выпирали складки жира, рылся в кипах бумажек. На посетителя он замахал обеими руками.

—

Подождите в коридоре, сейчас нет времени!

Посетитель, похоже, не расслышал, что ему сказали. Он приблизился к столу с раскрытым служебным удостоверением в руках.

Начальник отдела кадров сразу переменил тон.

—

Не успеваем. Знаете, сколько тут дел. Не то что в бухгалтерий или в отделе эксплуатации. У нас работа с живыми людьми! Кадры решают все! Так чем могу быть полезен, товарищ капитан?

—

У вас когда-то работал шофером Казимир Щепис.

—

Числился такой прохвост, хорошо помню. Сколько трудов положил, чтобы от него избавиться. Опять чего-нибудь натворил?

—

Нет, почему же? Он теперь передовик производства, на Доске почета висит.

Начальник отдела кадров понял, что дал промашку, но сразу вывернулся:

—

Вот я и говорю, мы много с ним работали, старались перевоспитать. Стало быть, труд не пропал, результаты налицо.

В глазах капитана Соколовского прыгали веселые чертики.

—

В прошлом году со Щеписом произошла неприятность. Помните, когда он приезжал из Кулдиги в Ригу. Меня интересует точная дата этого происшествия.

Начальник отдела кадров сразу повеселел. Такой поворот дела вполне его устраивал.

—

Извольте, один момент, сию минуточку…

Он порылся в шкафу, вытащил толстые папки с делами и принялся их перебирать. Наконец отыскал нужную.

—

Извольте, вот приказик. Товарищ Щепис ездил в Ригу в ночь с одиннадцатого на двенадцатое октября.

В ночь на двенадцатое октября? Одиннадцатого был четверг. Значит, дворник и его жена не ошиблись, когда слышали крики поздно вечером в четверг и в ту же ночь видели в переулке машину Щеписа. Приказ официально подтверждал их показания.

—

Попрошу вас дать мне заверенную копию этого документа.

—

Сию минуточку, через пять минут будет готово.

Начальник отдела кадров был счастлив, что легко отделался от такого посетителя.

Через полчаса, выйдя из конторы, Соколовский опять встретил шофера в ковбойке, тот бежал с путевым листом к машине.

—

Все в порядке, выезжаю!

—

Что же все-таки было с машиной? — поинтересовался Соколовский.

—

Бензина не было! Ха, ха, ха!

6

Утренняя электричка шла в Ригу. От станции к станции пассажиров все прибавлялось. В Майори поезд был уже переполнен, тем не менее нашлось место и для тех, кто толпился на перроне станции Дзинтари.

Борис Трубек стоял зажатый в углу у двери.

—

Пропустите, молодой человек! — Кто-то пытался протиснуться к двери мимо Трубека, чтобы поскорей выйти, — поезд подходил к Риге.

Людская река, миновав подземные переходы, выплеснулась на вокзальную площадь. Трубек прибавил шагу, чтобы не опоздать на работу.

Гунар Дзелзитис уже сидел на своем месте и одним пальцем стучал по клавишам пишущей машинки. Вид у него был совершенно несчастный.

—

Кончаются сроки по трем делам, а ты тут колупайся с машинкой. Полдня как не бывало, пока настукаешь обвинительное заключение.

—

Машинистка, конечно, как всегда, занята, — подлил масла в огонь Трубек.

—

Переписывает для начальства доклад на сессии исполкома. Разве можно ее беспокоить по таким будничным делам!

—

А я вчера видел колоссальную картину. Венгерский детектив. Там следователь вообще не пишет никаких протоколов и не переводит килограммы бумаги, а творит мозгами и обходится блокнотом. Зато у него есть диктофон, кинокамера, портативная лаборатория и пишущая машинка. Даром