прежде чем вернуться к министру.
- И поэтому вы ждали три дня, чтобы провести конференцию? - спросил он.
Ропот удивления прошелся по всему залу, Фадж остановился и что-то с негодованием пробормотал. Люциус изо всех сил старался не смеяться. Мальчик говорил громко, даже высокомерно. Даже у Дамблдора дернулись уголки рта при этих словах.
- Операции по спасению требуют времени на согласование действий, мистер Поттер! - возразил Фадж.
Поттер просто кивнул.
- Я рад, что хотя бы моей семье не мешали, - сказал он, показывая на Северуса и Люпина. Люциус удивился, что Северус не возразил, когда в его семью включили и оборотня. Однако Северус ничего не сказал. Возможно, оборотень уже успел заразить его.
Но жест Поттера привлек внимание Фаджа к четвертому человеку. Глаза министра расширились, когда он понял, что это был кто-то из семьи Брэнд. Он щелкнул пальцами, подзывая авроров, вперед вышел Коннор Старк.
- Старк, арестуйте этого человека!
Но прежде, чем авроры сделали хотя бы один шаг к нему, Поттер загородил собой незнакомца.
- Вы не сделаете этого, - сказал он просто, и авроры замерли на своих местах. Не ожидая такого проявления власти Люциус задумчиво прищурился.
Люциус не участвовал в летнем сражении, в котором многие погибли, но часто слышал рассказы о нем. После того, что сделал Поттер, было очень мало авроров, которые подняли бы руку на Мальчика-который- выжил, независимо от приказов министра. Мальчик был героем в их глазах.
- Мистер Поттер! - возразил министр Фадж. - Нам сказали, что лорд Брэнд из Уинтерленда похитил Вас. Этот человек - его сын. Вы…
- Вы ошибаетесь, министр, - прервал его Поттер. - Это недоразумение.
Фадж нахмурился.
- Неужели? - спросил он. - А нападение на детей Уизли и Гермиону Грейнджер тоже недоразумение?
Множество вопросительных взглядов обратилось к детям. Люциус видел, что все трое пристально смотрят на Поттера. Рон только кивнул и усмехнулся.
- Если Гарри говорит, что это недоразумение, значит так оно и есть. Две девочки согласно кивнули. Люциус лишь покачал головой, видя такое доверие: совершенно не зная, что случилось, они поверили Поттеру на слово.
Фадж в ярости повернулся и впился взглядом в Дамблдора. Фаджу было необходимо кого-то арестовать. Иначе могло показаться, что он бессилен.
- Альбус, я этого так не оставлю. Если произошло преступление, то моя обязанность …
- Преступление действительно было совершено, министр, - снова прервал его Поттер, гневно сверкая глазами. Пресса не переставая, фотографировала и делала заметки. - В течение ста лет Уинтерленд просил помощи у Министерства Магии, но министерство игнорировало эти просьбы. Если это не преступление, то я не знаю тогда, что считать преступлением.
Люциус понятия не имел, что имеет в виду Поттер, но видя выражение лица министра, у него появились некоторые подозрения. Фадж мог быть плохим лидером, но он был опытным политиком. Он понял, что присутствие прессы больше не идет ему на пользу.
- Я не знаю, что здесь происходит, но я требую, чтобы мы все обсудили сегодня вечером и разобрались со всеми недоразумениями. Альбус, мы можем воспользоваться вашим кабинетом, чтобы поговорить с этими людьми? - Фадж показал жестом на Поттера и младшего Брэнда и кивнул аврорам, чтобы они избавились от прессы.
Увидев, что сенсация исчезает прямо на глазах, группа репортеров хлынула вперед, фотовспышки начали вспыхивать в два раза быстрее, а прыткопишущие перья двигаться с огромной скоростью.
- Мистер Поттер! - закричали все как один, а потом начали выкрикивать вопрос за вопросом. Северус, Люпин и викинг немедленно вышли вперед, закрывая мальчика, а преподаватели подошли, чтобы оттеснить репортеров.
Люциус, стоя в отдалении от прессы и ее добычи, наблюдал всю сцену, словно умело отрежиссированный спектакль. Дамблдор хорошо обучил своих людей. В то время как штат школы и три опекуна Поттера выгоняли прессу с помощью авроров, Уизли окружили Поттера, и мальчик оказался посреди группы гриффиндорцев. Ни у кого не осталось ни малейшего шанса приблизиться к мальчику.
За исключением мадам Боунс, которая была членом Визенгамота, всех кандидатов в министры так же вывели из зала. Люциус сомневался, что они надолго задержатся в Хогвартсе, вероятнее всего - отправятся в Хогсмид, устраивать собственные пресс-конференции.
Люциус продолжал стоять в отдалении, стараясь быть как можно более незаметным. Когда, Фадж и остальные начали двигаться к выходу из Большого зала, направляясь в кабинет Дамблдора, Люциус осторожно последовал за ними, не сводя глаз с Поттера, поскольку тот шел позади остальных. К сожалению, в дверях его остановила МакГонагалл, одарив взглядом, способным иссушить камень.
- Мистер Малфой, - фыркнула она. - Куда Вы направляетесь?
- Ну как же, Минерва, - он холодно улыбнулся. - Как член Совета попечителей я хочу удостовериться, что студенты Хогвартса хорошо защищены. И я имею право узнать, что случилось с мистером Поттером.
Но МакГонагалл была непреклонна.
- Как Вы слышали, не было никакого похищения, поэтому нет никакой нужды во вмешательстве Совета попечителей. Я уверена, что Вы узнаете обо всем позже. Но пока я должна попросить Вас покинуть помещение.
- Конечно, Вы не откажете мне в праве поговорить с сыном? - спросил Люциус. - Я уверен, что он сильно шокирован этими событиями.
Минерва холодно приподняла одну бровь.
- Как Вам будет угодно, - ответила она и указала в противоположном направлении. - Слизеринская гостиная находится там, если Вы не забыли, или мне позвать студента, чтобы он показал Вам путь?
- В этом нет необходимости, - отступил Люциус, задаваясь вопросом, как эта женщина заставила его чувствовать себя настырным ребенком. Он развернулся и зашагал по освещенному факелами коридору.
Возможно, стоит спуститься в комнаты Северуса и подождать «старого друга»? Или все же пойти в Слизеринскую гостиную, чтобы узнать у Драко что-нибудь еще или хотя бы спросить, что значил обмен взглядами с мальчишкой Уизли - он не мог допустить, чтобы это зашло слишком далеко.
В любом случае он не собирался возвращаться домой или к Вольдеморту, имея на руках лишь скудную информацию о случившемся, которая вызовет много вопросов. Не знать ответов на заданные Вольдемортом было чревато серьезными неприятностями.
Вероятно, вы задаетесь вопросом, зачем я потратила целую главу на размышления и поведение Люциуса Малфоя. Хорошо, пока я работала над следующим кусочком, Малфой кое-что заметил и решил бросить приносящую боль работу - его сторона не строит никаких планов по захвату власти, и я решила воспользоваться этим. Надеюсь, Вы поняли мою подсказку, и да - это будет касаться Драко.
Примечания беты: * Адвокат дьявола - в современном понимании: термин употребляется для обозначения людей, которые защищают позицию, которой сами не придерживаются. Иногда они делают это просто для того, чтобы поспорить, иногда для того, чтобы выявить возможные логические недочёты собственной позиции или попытаться доказать свою позицию «от противного».
Глава 38. Политика.
Северус сделал знак Минерве, в то время как Гарри отправился для разговора с Фаджем в кабинет, предоставленный Дамблдором. Женщина моментально отреагировала, остановившись в дверях, чтобы не дать Люциусу Малфою последовать за ними. От Северуса не укрылось то, какие взгляды бросал Люциус на Гарри - и он не собирался допускать, чтобы Малфой предпринял что-либо в отношении мальчика.
Когда Фадж и мадам Боунс расположились в креслах, предложенных Дамблдором, Молли Уизли разожгла огонь в огромном камине. Северус стал свидетелем того, как его сестра встретилась с мужем.
