цвета волос, у Северуса было еще кое-что общее с братом. Даже его бывшие любовники признавались ему, что у него был чарующий голос. Однако никто не воспевал его внешность.
Он мрачно вспоминал о самодовольном лице Чарли Уизли, когда тот появлялся на завтраках по утрам, и вид глупой удовлетворенной улыбки в глазах Драко каждый раз, когда он бросал взгляд на рыжего парня. И еще Северус вспоминал об отвратительных хаффлпафцах, которые творили невероятные вещи друг с другом в Выручай-комнате. Хаффлпафцы, во имя Мерлина!
По крайней мере Северус успокоил себя тем, что Сириус Блэк не получил больше, чем он. А затем к нему пришла еще одна мысль, и он нахмурился. Блэк был в Уинтерленде, окруженный благодарными и достигшими совершеннолетия молодыми ведьмами и магами, которые стремились выразить свою признательность, и без ревнивого оборотня, внимательно следящего за его поступками, кто докажет, что Блэк не наслаждался жизнью по полной? Северус раздраженно ворчал себе под нос - Гриффиндорцы! Он ненавидел всех их!
Сняв котлы с огня, он отставил их в сторону, чтобы они остыли, и начал настраивать свой волшебный микроскоп, чтобы исследовать реакции готовых зелий и сравнить результаты с записями Слизерина. Неожиданный крик из другой комнаты заставил сердце мужчины пропустить удар, и, тут же бросив все, Северус схватил палочку и стремглав ринулся к Гарри.
Окинув гостиную быстрым взглядом, он не заметил ничего опасного и сосредоточил все свое внимание на Гарри. Мальчик уснул прямо на диване, его книги и карандаш упали с колен, и без зелья Сна-без- сновидений он был пойман в ловушку кошмара, из-за чего кричал, стараясь вырваться из своих темных видений. Подбежав к нему, Северус схватил мальчика за плечи и начал трясти.
- Гарри! - звал он мальчика, надеясь, что тот очнется, услышав его голос. - Проснись!
Гарри тут же резко открыл глаза. Одного взгляда в эти испуганные зеленые глаза было достаточно, чтобы Северус все понял. Он обнял Гарри так же, как это делал Сириус Блэк в ту ночь, когда нашел его в библиотеке, и так, как сам он обнимал Гарри в Уинтерленде, когда мальчик разбудил его посреди ночи. Гарри вцепился в него и спрятал лицо на груди Северуса, не плача, а практически надрывно крича, словно из него рвались одновременно ярость и страх. Северус не знал, что еще он может сделать, поэтому просто продолжал крепко держать в объятиях, нежно поглаживая спину и бормоча мальчику успокаивающие слова. Сердце зельевара быстро стучало; он был испуган мыслью о том, что мальчик увидел в своем видении. Теперь он почти не сомневался, что эти видения, которые столь часто посещали мальчика, не были просто снами. Реакция Альбуса на историю о вОронах только подтверждала это.
Через некоторое время Гарри успокоился и перестал кричать, но не отпускал Северуса. Он только повернул голову, так, что его ухо прижималось к груди Северуса, и просто слушал, как бьется его сердце. Он выглядел оцепеневшим, совсем так же, как той ночью в объятьях Блэка, и Северус ни за что бы не потревожил его сейчас, даже ради того, чтобы узнать, что тот видел в кошмарном сне.
Взмахнув палочкой, он вызвал домашнего эльфа. Как всегда появился Добби; со дня бракосочетания Гарри и Северуса только Добби прислуживал им двоим, не позволяя делать это никакому другому эльфу. Домовик начал расстроено выкручивать себе руки, увидев, в каком состоянии был Гарри.
- Гарри приснился плохой сон, - сказал зельевар эльфу. - Скажи Дамблдору, чтобы он пришел сюда.
Эльф кивнул и моментально испарился. Гарри никак не показал, что слышал их разговор, продолжая все так же лежать, прижимаясь головой к груди Северуса, уставившись в никуда. Северус медленно гладил его, пропуская пальцы сквозь шелковистые пряди волос. Беспокойство не оставляло его ни на минуту, и хотя он знал, что совершенно не умеет успокаивать, потому что ему не доводилось делать это раньше, тем не менее понимал, что кроме него сейчас больше некому успокоить Гарри.
Через несколько минут Добби снова появился, неся поднос с дымящейся кружкой горячего шоколада и дюжиной разных маленьких булочек.
- Шоколад - это хорошо, - сказал маленький эльф Снейпу, устанавливая поднос на журнальном столике около дивана. - Шоколад поможет. Дамблдор уже идет.
- Спасибо, - кивнул Северус, ожидая, когда же эльф, наконец, исчезнет. Но к его удивлению, Добби потянулся и нежно погладил плечо Гарри, осторожно, словно ласкал напуганного котенка.
- Бедный хозяин Гарри, - печально сказал Добби. - Видение - это всегда нелегко. Это такая тяжкая ноша - противостоять Тому-Кто-Будет-Идти-Один.
Северус был настолько поражен словами существа, что, не скрывая своего потрясения, уставился на него.
- Что? - прошептал он. Он никогда раньше не слышал, чтобы эльф говорил подобное. - Разве ты не имеешь в виду Того-Кого-Нельзя-Называть?
Добби смотрел на него большими влажными глазами, его уши поднялись вверх.
- Эльфы знают разные имена, - ответило существо. - Эльфы знают, что профессор Снейп не должен оставлять Гарри Поттера. Добби никогда не оставит Гарри Поттера. Даже за всю одежду в мире, - произнес он и с тихим хлопком исчез.
Совершенно запутанный, Северус прижал Гарри к себе еще сильнее, неожиданно желая оградить своего мальчика от всего мира, готовый отчаянно защищать его. Он знал с самого начала, что темные силы накапливают мощь, чтобы сразиться с Гарри, но он никогда не чувствовал это так остро, как сейчас. Как он может защитить мальчика, когда он даже не может оградить его от этих жутких снов? Какую силу он должен иметь, чтобы противостоять этому?
Через некоторое время Северус услышал, как хлопнула входная дверь, и, повернув голову, кивнул вошедшему директору. Приблизившись, Альбус нахмурился и опустился в одно из кресел, стоящих около дивана.
- Еще один сон? - мягко спросил он.
Северус кивнул и взял с подноса кружку с горячим шоколадом. Он поднес ее к губам мальчика, убеждая его выпить. Невероятный аромат шоколада, казалось, полностью пробудил Гарри, и он начал медленно пить, выпустив, наконец, из мертвой хватки одежду Северуса, чтобы взять в руки горячую кружку. Жизнь снова возвращалась в его глаза и, увидев это, Северус с облегчением вздохнул.
- Гарри? - мягко позвал его Альбус.
Гарри удивленно взглянул на директора, он не ожидал увидеть его здесь, и, неуверенно моргая, мельком окинул взглядом комнату. Затем мальчик на мгновение прикрыл глаза, снова содрогаясь от воспоминаний, и сделал большой глоток горячего шоколада, чтобы успокоиться.
- У меня снова был сон, - сказал он им; его голос дрожал. - Как и прошлый раз, это был город мертвых и паучья сеть. И вОроны.
Сердце Северуса сжалось, едва он услышал, что вороны вновь появились в его сне. Теперь он был более чем когда-либо уверен, что этот сон имел какое-то отношение к Глазу Одина. По хмурому лицу Альбуса стало понятно, что тот думал о том же.
- Гарри, ты можешь рассказать, что это был за город? - спросил Альбус.
Но Гарри покачал головой.
- Возможно, это был Лондон. Я не знаю. Я не узнал его. Все было в огне, и все были мертвы.
- Ты видел тела? - спросил директор и получил в ответ кивок от Гарри. - Что убило их?
Гриффиндорец нахмурился, задумчиво глядя на пар, поднимающийся из кружки с остатками горячего шоколада.
- Не знаю, - признался он. - На телах не было ран. Они были просто мертвы.
- А паучья сеть?
- На земле во все стороны была растянута гигантская светящаяся паутина, - описывал Гарри, в замешательстве качая головой.
- Возможно, это были ley-линии* , - предположил Альбус, и взглянул на Северуса, который согласно кивнул в ответ.
- Ley-линии? - спросил Гарри.
- Линии силы, по которым течет энергия Земли, - объяснил Северус.
Гарри кивнул, словно эта фраза все для него объяснила.
- Возможно, - согласился он. - Но они, кажется, не имели никакого отношения ко сну. Они ничего не делали во сне. Они там просто… были. Но на этот раз там также были существа. Монстры, тени.
