хотя Джинни и Гермиона объяснили, что они не столько приветствуют меня, сколько демонстрируют свои ноги.
- Тогда они, должно быть, делают его неверно, - засмеялся Сириус. - При правильно выполненном реверансе ноги не должны быть видны.
- Но у них очень короткие юбки, - ответил Гарри, размышляя, как вообще одобрили такую школьную форму для девочек. Конечно, сейчас они носили зимние колготки, но формы всё равно были видны.
Сириус усмехнулся, а затем снова задумался.
- Именно так тебя и называют, ты знаешь?
- Что?
- Король Уинтерленда, - объяснил Сириус. - Людям, кажется, нравится эта идея. Даже знать приняла тебя. Они перестали с ужасом шептать имя Сам-Знаешь-Кого и начали в открытую говорить о своём короле. Ты вернул им их мужество.
Гарри не знал, как ответить на это.
- Я не хочу быть чьим-либо королем, Сириус. Я не хочу власти. Я не хочу связываться с политикой или Министерством.
- Я знаю, Гарри, - тихо произнес Сириус. - Пока я был там, они попросили меня помочь с ремонтом ферм. Из-за дементоров им пришлось забросить свои поля. Все эти годы им приходилось покупать еду у магглов, а это никому не нравилось. Этой весной они собираются снова начать выращивать зерно, чтобы ни от кого не зависеть. Они возвращаются в свои дома, изгоняя грендлингов. И они попросили, чтобы я помог им бороться. Много раз люди приходили ко мне и спрашивали, одобришь ли ты их действия, гордился бы ты тем, что они делают.
Гарри вздрогнул при этих словах, удивлённый, что кого-то заботит, будет ли он им гордиться.
- Я не думаю, что они заботятся о политике, правилах или нормах, Гарри, - сказал ему Сириус. - Я думаю, что они только хотят знать, что мальчик, который их спас, может гордиться ими.
- Я не спасал их в одиночку, Сириус, - напомнил Гарри, эмоции переполняли его. - Они спасали себя сами.
- Да, но неужели ты не видишь, Гарри, - улыбнулся Сириус. - Это именно то, чего они ожидают от короля - он вдохновляет людей, чтобы они спасали себя.
На это у Гарри не было ответа, он неловко прислонился к двери, обдумывая сказанное.
- Ты не возражаешь, если я преобразую несколько вещей? - внезапно спросил Сириус, его настроение стало почти игривым.
- С чего бы мне возражать? - в недоумении спросил Гарри.
- Это - твоя комната, - напомнил ему Сириус.
- Это - комната Слизерина, - поправил Гарри.
Сириус только пожал плечами, как будто этот факт был незначителен.
- Теперь она твоя.
- Не возражаю, - сказал Гарри, не желая спорить.
Сириус спрыгнул с кровати и начал рыться в карманах плаща. Он вытащил горсть монет и свою палочку. Гарри смотрел, как мужчина преобразовывает кнаты и сикли в различные предметы мебели - плюшевые кресла, ковры и гобелены. Казалось, он хотел сделать комнату яркой, похожей на гриффиндорскую гостиную.
Пока он работал, Гарри изучал его магию. Он знал, что Дамблдор и МакГонагалл часто использовали навыки трансфигурации в быту. Они оба, казалось, могли создать предмет буквально из ничего. МакГонагалл говорила, что именно так все и происходит - волшебники преобразуют молекулы воздуха во что-то новое. Это была одна из самых сложных форм магии.
Способности Гарри к трансфигурации были довольно посредственными. У Гермионы всегда получалось гораздо лучше, сколько бы он не практиковался. Наблюдая за Сириусом, он мог сказать, что тот не хвастался, когда говорил, что силён. Конечно, его гобелен был немного кривым, и у ковра был какой-то неприятный цвет - скорее оранжевый, чем красный - но выполнил он все это без особых затруднений.
Гарри вспомнил, что Слизерин писал об ощущении магии другого волшебника, и попытался почувствовать Силу крёстного.
Он ощутил её почти сразу - яркая энергия вдохновения и жизни заполнила комнату. В ней было что-то безумное, поскольку Сириус пытался отвлечься от человека, лежащего на кровати в центре комнаты.
Гарри обратил внимание на Ремуса, и с удивлением обнаружил, что его магию он тоже чувствует. Но никакого движения энергии не было. Магия застыла, как будто ждала одного единственного удара сердца, чтобы прийти в движение. Смог бы он сделать это, - задумался Гарри. Смог бы он послать часть своей Силы и вернуть Ремуса к жизни?
- Что ты думаешь? - голос Сириуса вернул его к реальности. Он ужаснулся мыслям, пришедшим ему в голову. Кажется, он провёл слишком много времени за чтением книг Слизерина, если начал думать о таких диких вещах.
- Что? - переспросил он.
- Комната, - уточнил Сириус, взмахом руки указывая на плоды своего труда. - Думаешь, ему бы понравилось?
Осмотревшись в чуть более бледной копии гриффиндорской гостиной, Гарри заметил на одном из кресел маггловскую резиновую «пукающую подушку», на столе - стакан-проливайку, а на стене - картину, изображающую благородных членов Дома Гриффиндор в облике собак, играющих в покер. Один из псов подозрительно смахивал на Мягколапа. Гарри улыбнулся - крёстный не мог обойтись без проказ.
- Ты забыл книги, - сказал Гарри. - Ремусу бы не понравилась комната без книг.
- Ты прав, конечно, - согласился Сириус и бросил кнат на пол, так, чтобы он подкатился к стене. Взмахнув палочкой, он создал огромный книжный шкаф, заполненный книгами. Гарри нахмурился. Все книги были одинаковой формы и размера. Он взял одну с полки.
- Камасутра?- спросил он, бросая на крёстного озорной взгляд.
- Надежда умирает последней, - пожал плечами Сириус. Открыв книгу, Гарри увидел, что её страницы пусты.
- Я никогда не умел делать полноценные книги, - признался Сириус. - Только копировать форму. Ремус всегда мог воспроизвести книгу, которую когда-либо читал. Он всегда был очень способным, - лёгкая улыбка появилась на его губах, когда он посмотрел на спящего.
- С ним всё будет в порядке, Сириус, - заверил его Гарри. - Нам пора идти. Уже поздно.
- Я останусь с ним этой ночью, - ответил крёстный, подходя к кровати.
Идея Гарри не понравилась. Он не мог рисковать и оставлять дверь в комнату открытой, только не сейчас, когда Министерство ищет Ремуса. А если её закрыть - Сириус не сможет выйти из комнаты, если что-нибудь произойдёт.
- Со мной ничего не случится, - заверил Сириус, увидев выражение его лица. - Ты можешь выпустить меня утром.
- Но Сириус, он не проснётся.
- Я знаю. Но сегодня полная луна, а я обещал, что всегда буду с ним в полнолуние. Я не собираюсь нарушать это обещание. Я пропустил слишком много лун, вроде этой.
После этих слов, Гарри понял, что спорить бесполезно. Он был вынужден согласиться, с сожалением глядя, как крёстный вновь принимает облик собаки. Черный пес вскочил на кровать и лег рядом Ремусом, положив лохматую голову ему на живот.
- Доброй ночи, Мягколап, - прошептал Гарри, оставляя их наедине.
Возвратившись домой, Гарри заметил, что дверь в лабораторию Северуса была открыта. Обычно в это время он сидел на диване, работая над переводом, а Северус трудился над зельем. Он зашел в лабораторию, чтобы сказать, что вернулся. Зельевар был занят, помешивая содержимое одного из четырех маленьких железных котлов.
- Ты опоздал, - сообщил ему Северус, и в его голосе не было и тени насмешки, как несколько месяцев назад.
- Я встретил Сириуса и проводил его к Ремусу.
Он заметил, как Северус напрягся, скрывая эмоции. Было неясно, что больше встревожило его -
