пройти Чарли во время заключения брака с наследником Малфоев. Девушки признавали, что внешне Драко довольно привлекателен, но, как человек - неприятен. Все хотели в деталях услышать, как он ведёт себя с Чарли.
Даже сегодня разговоры об этом ещё не утихли, хотя теперь девушки обсуждали достоинства устроенного брака, и, судя по тому, как сели Лаванда и Парвати, их интересовало его мнение об этом обычае. Он раздражённо вздохнул - ну, почему девушки так бесцеремонны?
- Теперь мои родители тоже хотят устроить мой брак, - пожаловалась Лаванда всем, кто слушал. - Они думают, что это снова стало очень модно - если это достаточно хорошо для Гарри Поттера, то это должно быть достаточно хорошо для любого. И они полагают, что очевидно Малфои считают точно также. Мои родители всегда старались быть современными, а теперь они хотят быть старомодными.
- Брак Драко не был устроен, - прервала её Гермиона. - Это, скорее, решение Драко и Чарли, а не их родителей.
- А по словам мистера Малфоя, всё было по-другому, - ответила Парвати. - И в газетах пишут, что Дамблдор также имеет к этому какое-то отношение. Мои родители подумывают, чтобы тоже обратиться к нему, чтобы устроить мой брак.
- Ясно, похоже, я единственная, кто не хочет устроенный брак, - заявила Лаванда. - Я даже не могу себе это представить!
- Лаванда, - предупреждающе сказала Гермиона, и бросила виноватый взгляд на Гарри. Юноша подозревал, что её собеседница даже не понимала, что фактически оскорбила его.
- О, чёрт! - проворчала Лаванда. Она обняла его одной рукой за плечи и кратко прижала к себе, а другой - словно извиняясь, погладила его по бедру. - Прости, Гарри. Я знаю, что твой брак был устроен, и всё же! Я не хочу застрять в таком кошмарном браке - я имею в виду: чтО, если мои родители выберут мне кого-то ужасного? Как потом вообще жить? Худшее, что может произойти - это жизнь с кем-то, в которой единственные эмоции между вами - это холодное презрение или, если повезёт - равнодушие. И самое бОльшее, на что вы когда-либо сможете надеяться - это взаимное уважение. И кто захочет прожить такую жизнь? Без страсти, без огня?! Я лучше умру!
Парвати, сидящая с другой стороны от Гарри, ухмыльнулась и, дразнясь, потянула его за прядку волос.
- Ну, и что же получаешь ты, Гарри? Холодное презрение, равнодушие или уважение?
Все за столом рассмеялись. Гарри покраснел и сердито оглядел всех вокруг.
- Я должен выбирать только из этих вариантов? - недовольно спросил он.
- Очевидно, да, - пробормотал Рон, тоже раздражённый темой беседы. Он впился сердитым взглядом в девушек. - Вы что думаете, что это всё, на что может надеяться мой брат?
- Он женат на Малфое! - напомнила ему Лаванда. - А они подняли слово «холодный» на новый уровень.
- Ну, не знаю, - задумчиво сказал Невилл. - По мне, так он совсем не казался «холодным», когда метал ножи в преподавательский стол.
- Отлично подметил, - согласился Дин, кивнув головой. - И я вполне уверен, что мы можем также исключить слово «вежливый».
На это последовал ещё больший смех.
- Это же относится и к профессору Снейпу, - добавил Симус.
- Видите, - сказала Гермиона двум девушкам. - Вам следует пересмотреть свои взгляды на эту тему.
Но Лаванда не хотела, чтобы от неё так просто отделались.
- Только не говори мне, что ты бы хотела, чтобы твои родители устроили твой брак! - воскликнула она. - Я имею в виду, что бы ты сделала, если бы завтра они сказали тебе, что решили выдать тебя на следующей неделе за Эрни МакМиллана, и что ты ничего не можешь с этим сделать?!
- Во-первых, мои родители - магглы и не верят в устроенные браки, - напомнила ей Гермиона. - А во- вторых, я не говорю, что мне нравится идея устроенного брака. Я только сказала, что многие из сидящих здесь, не имеют выбора в этом вопросе, и ты не должна оскорблять обычай. Некоторые устроенные браки оказываются вполне удачными. Люди могут быть вполне счастливы в устроенных браках.
- Вполне счастливы, - проворчала Лаванда. - Вполне счастливы в их посредственных жизнях, в которых нет ни малейшей страсти. Назови хоть один устроенный брак, который превратился в настоящую любовь?
- Мои родители, - уверено заявил Рон. Все в шоке повернулись к нему. Он только пожал плечами. - Их родители договорились о браке, когда моим родителям было десять лет. Они влюбились, когда вместе учились в Хогвартсе. Ты же не можешь сказать, что в их жизни нет страсти? Мерлин, да моя мама снова беременна!
Девчонки, каким-то образом пропустившие вчера эту новость, в шоке завизжали. Лаванда выглядела очень удивлённой. В следующее мгновение тема беседы перешла от брака к детям, и Гарри показательно закатил глаза, переглянувшись с Роном и Гермионой. Ему больше нравилось, когда Дин, Симус и Невилл, как обычно, сидели рядом с ним.
Глубоко задумавшись, Гарри возвращался после ужина в свои комнаты. В голове у него роилось множество мыслей, приводивших его в смятение. «Посредственная жизнь, в которой нет ни малейшей страсти» - это то, что они думают станет с его жизнью? Неужели взаимоуважение - это все, что он когда- нибудь сможет получить? Он не мог выкинуть из головы вчерашнее страстное объятие Чарли и Драко на свадьбе, и недавний поцелуй Рона и Гермионы, и начал снова задаваться вопросом, есть ли у Северуса ещё кто-то.
Его беспокоило то, что немного зная о прошлом мужчины, он, в то же время, совершенно ничего не знал о его личной жизни, несмотря на то, что прожил с ним почти полгода. Рядом с ним был такой сильный, мужественный человек, что казалось невозможным, чтобы в его жизни не было страсти. Его предполагаемые отношения просто не могли быть холодными или бесчувственными.
Но, что если у него нет никаких отношений? - спросил ворчливый голос в его голове. Что если это просто секс? В конце концов, Северус не был гриффиндорцем - Гарри сомневался, что зельевар верит в идеи настоящей любви или преданности. Среди студентов ходило много догадок о поведении представителей разных Домов: у влюблённых гриффиндорцев были благородные, возвышенные романы, наполненные эпической страстью, трагедией и вечной любовью. Хаффлпафцы предпочитали тихие, нежные отношения, которые оставались неизменными на протяжении всего романа, становясь дружбой. Равенкловцы подходили к выбору логически, подбирая совместимого с ними компаньона, который сможет поддерживать в будущем ровные спокойные отношения. Слизеринцы действовали холодно и расчётливо, перемещаясь от одного соблазнения к следующему, оставляя позади себя тропу из разбитых сердец.
Гарри, конечно, понимал, что эта классификация была просто смешна. Конечно, Драко сломал эти стереотипы, ведь у него, несомненно, были возвышенные любовные отношения. И Ремус с Сириусом, - ладно, Гарри должен признать, что эти двое очень подходили к этой классификации. Хотя из рассказов Ремуса о бурной молодости Сириуса было известно, что крёстный заводил романы скорее как слизеринец, чем как гриффиндорец. Но через некоторое время Сириус, наконец, оставил слизеринский путь без малейшего сожаления. Сириус признался ему, что даже интересуясь Ремусом, смотрел в другую сторону потому, что тот казался ему совершенно равнодушным.
Гарри раздражённо застонал. С какой стати такие мысли изводят его сейчас? Неужели недостаточно того, что он волновался, размышляя о том, какой у него будет личная жизнь? Он очень сомневался, что Северуса тоже посещали подобные мысли, поскольку тому были неведомы мрачные подростковые терзания и сомнения. Гарри тихо проклинал Корнелиуса Фаджа за его дурацкие планы, из-за которых всё это началось.
Северус сидел у камина и читал книгу, когда Гарри, наконец, вошёл в комнату. Судя по тому, как Северус переворачивал страницы, Гарри понял, что тот был чем-то раздражён. Мужчина перелистывал страницы так быстро, что вряд ли смог бы прочитать хоть предложение.
Зельевар впился в него долгим пристальным взглядом. Он снял свою учительскую мантию и сейчас был одет в тёмные брюки и белую рубашку. После их тренировки с мечом, он принял душ, и его чёрные волосы выглядели мягкими и чистыми, концы локонов слегка вились и красиво струились по плечам мужчины. Он не был настоящим красавцем - не как Сириус - но сверкающий взор, резкие и гордые черты лица делали его
