гнев начал сбивать все с полок, книгу за книгой. Северус разумно решил не пытаться следовать за ним.
На этот раз ему потребовалось гораздо больше времени, чтобы успокоиться, и, когда он, наконец, пришел в себя, то обнаружил, что снова сидит посередине библиотеки на полу, чувствуя себя опустошенным, пытаясь понять, а из-за чего собственно произошел этот бешеный всплеск эмоций. Частично он был зол на Синистру - почти так же, как был зол на Джулиуса Снейпа. И, хотя она не принуждала его ни к чему, она вела себя с ним так, будто бы они были хорошо знакомы. А это было неуместно и не нравилось ему. Для нее выпала хорошая возможность воспользоваться тем, что он был женат и так молод. Это было почти так же мерзко, как если бы Синистра преследовала его, потому что он был этим глупым Мальчиком- Который-Выжил. На самом деле, в некоторых аспектах это было значительно хуже, поскольку казалось для него своего рода извращением, которое его маггловская сторона не хотела принимать.
К своему удивлению, Гарри понял, что сердится на Северуса. Он никогда не хотел жениться на этом мужчине - его заставили. И, хотя дядя и тетя никогда не пытались привить ему какие-либо религиозные взгляды, в глубине души его мнение серьезно отличалось от того, что озвучил мастер зелий. Его удивил тот факт, что их брак был законным с начала и до конца - ну хорошо, он мог принять, что Волшебный мир позволял союзы, которые мальчик и представить себе не мог. И он даже мог понять, что, по какой-то причине, в Волшебном мире, тридцатишестилетний мужчина мог спокойно жениться на шестнадцатилетнем мальчике. Если убрать из этого выражения некоторые переменные, то оно стало бы даже странным образом старомодным - прямо как роман времен Регентства, в котором сплелись воедино и манеры, и помолвки, и наследство.
Но, когда Гарри думал о браке, он вспоминал своих родителей, Джеймса и Лили Поттер, которые так сильно любили, что умерли, защищая его. Он вспоминал мистера и миссис Уизли, которые были, наверное, самой теплой, самой доброй парой, которую он встречал за всю свою жизнь, так сильно привязанных друг к другу и к своей семье. Когда он думал о браке, то, странно, но он вспоминал Рона и Гермиону, и каким-то непостижимым образом знал, просто ЗНАЛ, что однажды они поженятся, и Гарри будет стоять рядом со своим лучшим другом, и они будут смотреть, как Гермиона идет к алтарю. И теперь, когда он разглядел эту связь, то понимал, что брак - это когда Сириус Блэк убедит Ремуса Люпина в том, что его любовь истинна и не потускнеет со временем, и что его сердце навеки будет принадлежать одному только Ремусу. Брак - не означает то, что надо прилично держаться в обществе и заводить любовника на стороне.
Но, очевидно, для него и Снейпа это было так. И, по правде говоря, он должен был быть благодарен за то, что, несмотря на брак по расчету, никто не ждал от него, что он останется один на всю свою жизнь. Что, очевидно, кто-то придумал для него лазейку, которая позволила бы влюбиться в кого-то - если, разумеется, в конце дня он будет возвращаться домой, к своему мужу. От этой мысли внутри него что-то переворачивалось, и Гарри попытался отбросить гнев, затолкать его поглубже, не желая даже думать об этом.
Горько вздохнув, он поднялся на ноги и начал поднимать книги, которые уронил. Гарри подумал: хорошо, что он побежал в библиотеку, а не в лабораторию Снейпа. Его приступы спонтанной магии были слегка разрушительными. Не говоря уже о том, что это было странно - с большинством школьников такого не случалось, в какой бы сильной ярости они не находились. Все прошли через это, когда были детьми, но, очевидно, выросли к тому моменту, как получили свои первые палочки. Гарри подумал, что, возможно, он просто медленно всему учится.
Или, может, это имеет какое-то отношение к этой странной связи с Вольдемортом. Может, эти вспышки происходили из-за шрама на лбу.
На мгновение он задержался в центре комнаты, подбирая одну из книг, и неожиданно воспоминания вернулись с удивительной четкостью. Книги! Перед сном он забыл принять зелье - и в его снах Вольдеморт просматривал какие-то старые книги. Теперь он вспомнил - темная, потрескавшаяся кожа обложки, странный извилистый почерк. Темный лорд что-то нашел в старой книге - что-то, что чрезвычайно его обрадовало.
И затем, с такой же четкостью, Гарри понял, что знает, откуда эти книги. Он бросил книгу, которая была у него в руке, и рванулся в сторону двери.
- Северус! - крикнул он, но гостиная была пуста. Мальчик быстро пробежался по другим комнатам и понял, что Снейпа нигде не было.
Не важно, подумал Гарри про себя. Он знал, откуда эти книги - знал, где искать. И, по правде говоря, никто в замке не подходил лучше для того, чтобы их найти, если там что-то еще осталось. Никто, кроме него, не смог бы попасть в ту комнату, где они хранились. Поттер схватил свою Молнию, плащ-невидимку и направился в Тайную Комнату.
— — — — — — — — — — — — — — — — — — — -
Я собиралась написать сцену, в которой Снейп возвращается в Розвуд Холл (прим. переводчика - вроде же Брайарвуд был?) и схлестывается с братьями, но, по правде говоря, это бы мало повлияло на сюжет. Мы уже знаем, что проблемы с ними «решены» - и я вскользь упомяну в следующей главе, что, когда Снейп вернулся, он наложил на них следящее заклинание. Так что, те из вас, кто хотел увидеть грандиозное сражение, извините- на дальнейшее развитие истории это бы не оказало влияния. Может, когда-нибудь я напишу сайд-сцену.
Отвечаю тем из вас, кто спросил, почему Снейп не отрекся от Джулиуса, не выгнал его из семьи - это не подходит Снейпу, его чувству долга. Если Снейп хотел убить отца за то, что тот опозорил честь семьи, едва ли он мог только лишь отречься от Джулиуса и отпустить того в свободное плаванье. Снейп чувствует себя ответственным за Джулиуса и хочет держать его в узде - по правде сказать, Снейп, возможно, чувствует вину за то, что не смотрел за семьей все эти годы. Кроме того, как глава дома, Снейп теперь сможет его контролировать. Основываясь на том, как вели себя другие два брата и свояченицы, не помешало бы присматривать за ними всеми.
А что Гарри - да, он вышел из себя. Ему 16, и он сбит с толку. Думаю, он только теперь понял, что на самом деле женат. И я подумала, было бы интересно, если бы у Гарри были четкие принципы относительно того, каким должен быть брак. Однажды он поймет, что если верит в моногамию, то это означает, что рано или поздно он будет спать с Северусом - или это, или ему предстоит целибат. На самом деле, кое-кто ему на это намекнет - он ведь плохо разбирается в таких вещах. Но, по крайней мере, он пытается понять.
Снейп, с другой стороны, понял, что это значит - и это станет его первой надеждой на светлое будущее.
Что касается астрономии - не припомню, чтобы у Гарри когда-то были уроки астрономии, хотя бы в одной из четырех книг. Может, и были, и я просто не помню. Так или иначе, в этой истории Синистра не была его учителем. Я решила, что это один из тех многочисленных предметов, которые изучала Гермиона на третьем курсе.
Глава 21. Змеи
Гарри не возвращался в Тайную комнату с той самой ночи, когда спас Джинни Уизли от воспоминаний Тома Риддла. Он потратил немало сил и времени, чтобы пробраться через полуразрушенные старые проходы. И когда мальчик, наконец, добрался до центральной комнаты, все, на что он мог смотреть - так это на полуистлевшие останки василиска, который чуть было не убил его четыре года назад - если бы не Фоукс.
В комнате царила гробовая тишина, и лишь в отдалении раздавался звук падающей воды. Насколько он мог судить по слою пыли на полу, здесь ничего не изменилось. Никто не заходил в комнату с тех самых пор - и эта мысль весьма его порадовала. Конечно, Гарри знал, что комната, хоть и лежащая в глубинах основания Хогвартса, находилась внутри защитных чар замка. Но, все же, было приятно узнать, что Темный лорд не был здесь с тех пор как воскрес - да что там, на самом деле он не был здесь с тех пор, как был школьником, почти пятьдесят лет назад. И теперь, когда василиск умер, эти комнаты были совершенно пусты.
Но, все же, внутри него присутствовала некоторая нервозность, когда он зашагал в сторону огромной статуи Салазара Слизерина, мрачно возвышавшейся над скелетом чудовища, когда-то жившего внутри нее. Гарри слишком ясно помнил момент, когда гигантская змея выползала из открытого рта. Ему потребовалось почти все свое мужество, чтобы забраться на метлу и полететь прямо туда, не зная, что он найдет по ту сторону.
