- Двадцать два года жизни я отдал Министерству и вот что я получил взамен! Моего сына несправедливо обвинили, а затем чуть и вовсе не убили по приказу человека, прямой обязанностью которого является благополучие граждан! У вас был чёткий план. Вы отправили меня подальше, чтобы я не смог помочь сыну, вы послали авроров ко мне домой и угрожали арестовать мою жену! Вы проводили допрос незаконными методами и посадили невиновного в тюрьму! После стольких лет службы, вот как вы обошлись с моей семьёй! - Джеймсу становилось всё сложнее сдерживать гнев.
В следующий момент он сорвал с груди значок аврора и швырнул его под ноги Министру.
- Я ухожу, - сказал Джеймс.
Гарри, а вслед за ним и все остальные потрясённо уставились на Джеймса, а тот по-прежнему не сводил глаз с Министра. Фадж недоверчиво смотрел в его сторону и молчал.
- Если быть аврором, значит - стоять в стороне и закрывать глаза на то, как вы злоупотребляете властью и вредите людям, я больше не хочу быть аврором. Я скорее посвящу жизнь чему-то более стоящему и уничтожу вас лично, чтобы вы больше не смогли никому причинить вреда! - в голосе Джеймса было столько ярости, что Фадж невольно отступил назад.
Министр словно лишился дара речи. Гарри всё ещё недоверчиво смотрел на папу, а Джеймс молча развернулся и снова направился к двери.
- Поттер! Вы не можете увести подозреваемого…, - слабо попытался Фадж.
- Я знаю свои права. Как только обвиняемый докажет свою невиновность, он волен идти, куда пожелает, - отозвался Джеймс.
- Всё верно! - неожиданно вмешался Муди. - Я был там, когда Поттер предоставил доказательства. Он невиновен.
Фадж ушам своим не поверил. Он и подумать не мог, что Муди встанет на сторону Поттеров. Когда стало очевидно, что Министр не знает, что сказать, Джеймс снова направился к выходу.
Но Гарри отчего-то остановился и, молча взглянув на Джеймса, внезапно двинулся обратно к Фаджу.
- Гарри? - позвал Джеймс, но сын не отреагировал.
Гарри, передвигавшийся из последних сил, остановился прямо напротив Министра и его авроров, которые тут же направили на мальчика палочки. Бледный Фадж испуганно смотрел на мальчишку, боясь предположить, что тот собрался делать с ним.
Гарри протянул руку к мантии Министра и тот испуганно отпрыгнул в сторону. Никто из авроров до сих пор не произнёс заклинаний, хотя и палочек никто из них не опустил. Но мальчик всего лишь забрал у Фаджа свою палочку и поднял её на уровень его лица, давая понять, что больше ему ничего не нужно. Убрав палочку в карман, Гарри взглянул на Министра с такой злостью, что тот ясно понял - этот взгляд он никогда не сможет забыть. Не зная, что сказать, мужчина просто вздохнул с облегчением, когда Гарри отошёл от него.
В следующую же секунду, Министр буквально выбежал из атриума.
Гарри вернулся к родителям и они вместе направились к выходу. Растерянные авроры, не зная как поступить, решили выпроводить из помещения участников протеста.
Уже у самого выхода, Гарри, остановился, будто вспомнив о чём-то.
- Что случилось, Гарри? - растерянно спросил Джеймс.
Гарри не успел ответить. Сириус увидел браслет, и протянул было к нему руку, но мальчик поспешно отодвинулся в сторону, опасаясь новой боли. Лишь взглянув на дрожащего крестника, Сириус понял, что действие этого браслета схожи едва ли не с «Круциатусом».
Обернувшись, Блэк увидел, что даже сейчас некоторые авроры направляют палочки на Гарри, и почувствовал к ним отвращение.
- Тому, кто надел на Гарри этот браслет, лучше сейчас же подойти и снять его! - крикнул Сириус.
Через несколько секунд, отделившийся от толпы Джефри, двинулся к Гарри и, остановившись на безопасном расстоянии, снял браслет. После этого аврор поспешно ретировался, чтобы никто не успел ничего ему сказать или сделать.
Когда Гарри, вместе с родителями, Сириус, Ремусом и Тонкс вышли из дверей Министерства Магии, большинство студентов принялись аплодировать.
В Поттер-Мэноре Гарри оказался вместе с Джеймсом. Лили отправилась забирать из атриума Демиана, а Сириус, Ремус и Тонкс, хоть и волновались за мальчика, решили дать ему возможность побыть вместе с семьёй.
Гарри, пошатываясь, шагнул в гостиную и тут же упал там на диван. Всё тело болело. Мальчик закрыл глаза, чтобы как-то уменьшить головную боль.
Джеймс связался по каминной сети с Поппи и попросил её прийти как можно скорее. Гарри не возражал: он слишком устал, чтобы спорить. Чья-то холодная рука легла ему на лоб и Гарри, открыв глаза, увидел над собой Джеймса. Он выглядел настолько взволнованным, что мальчик невольно ощутил себя виноватым за всё, что пришлось пережить его родителям. Он понимал, что в какой-то степени именно план по поимке Тёмного Принца привёл к этому аресту. А Джеймс, так любивший свою работу, вынужден был отказаться от неё. Отчего-то Гарри казалось, что папа поступил импульсивно и после пожалеет об этом, вот только успокоится. Задумавшись об этом, Гарри отвёл взгляд и принялся разглядывать свои руки.
- Ты весь горишь. Я дам тебе жаропонижающее, пока не стало хуже, - сказал Джеймс и, призвав нужный пузырёк заклинанием, протянул его сыну.
Когда Гарри без слов выпил зелье, Джеймс сел рядом с ним на край дивана. После нескольких минут молчания, показавшихся обоим часами, дверь, наконец, открылась, и в гостиную вошли Лили и Демиан.
Лили немедленно бросилась к сыну, а Демиан так и остался стоять в дверях, благодаря всех богов мира, что его брат сумел всё это выдержать. Гарри лишь мельком посмотрел на Демиана и тут же отвернулся.
Вспыхнувший в камине зелёный огонь известил о приходе Поппи. Она поспешно выпроводила из комнаты Демиана, чтобы не смущать Гарри. Тот ушёл, хотя и с явной неохотой. Пока медсестра осматривала мальчика, Лили рассказывала ей о том, что произошло и с каждым новым словом, женщина бледнела всё больше и больше.
Это было приятно - просто лежать и слушать, как Поппи поминает Фаджа разными нехорошими словами. Почти всё это время говорила Лили. Джеймс молчал и только постоянно смотрел на сына.
- Я поверить не могу, что Министр сделал такое! Это же возмутительно!- приговаривала Поппи, тщательно проводя палочкой над Гарри.
Лицо женщины немедленно сделалось взволнованным, стоило ей провести палочкой над левой стороной груди мальчика. Тот понял, что именно не понравилось медсестре.
- Браслет Бартра, - предугадал он её вопрос.
Казалось, ещё немного и Поппи задышит огнём. Что-то сердито пробормотав, она полезла к себе в сумку.
- Сними рубашку, - попросила она Гарри.
Мальчик покосился на родителей и, вздохнув, стянул с себя рубашку. Вся его левая рука была в кровоподтёках, будто он несколько раз падал на неё. Кровоподтёки начинались у запястья и кончались на левой стороне груди. Джеймс понял, что браслет активировали много раз, но как он ни старался поймать взгляд сына, тот упрямо отказывался смотреть в его сторону.
Достав какую-то мазь, медсестра принялась осторожно втирать её в тело мальчика. Гарри старался не показывать, насколько ему больно, но через пару минут не выдержал и отодвинулся в сторону.
- Иначе не заживёт, - строго заявила медсестра.
- Знаю, но ведь можно…сделать это позже? - попросил Гарри.
Поппи отдала мазь Лили и продолжила осматривать мальчика, после чего обратилась к нему.
- Сколько времени ты пробыл рядом с Дементорами? - спросила женщина и её голос заметно дрогнул.
Гарри взглянул на неё обеспокоенно.
- Не знаю, я потерял счёт времени, - ответил он, по-прежнему не глядя на родителей.
- Мы это выясним, - сказала Поппи и, развернувшись к Лили, принялась давать ей указания.
Внезапно Гарри ощутил, что от выпитого зелья ему становится плохо. Он перекинулся через
