«Ни у кого из жителей, — горестно жаловался в одной из буржуазных газет главарь местных националистов, — буквально ничего нельзя узнать о партизанах. Они так недружелюбно настроены по отношению к нам, что из их действий видно, что мы для них нежелательные гости»[388].
Другая буржуазно-националистическая газета, «Науёйи Лиетува», 20 декабря 1943 года с тревогой сообщала:
«В августе 1943 года партизанские группы были замечены в 100 местах общей численностью в 300 человек, а в октябре партизаны действовали уже в 220 местах и их численность возросла до 3600 человек».
Газета «И лайсве» 15 января 1944 года писала:
«В этом году партизанская война охватила огромную часть Литвы. Партизаны были замечены в городах Зарасай, Утена, Укмерге, Рокишкис и Биржай. Результаты их работы можно наблюдать в Шяуляйской области, около Каунаса, в Казло-Рудских лесах и Дзукии.
В конце 1943 года действовало уже 5000 партизан, которые за этот год убили 280 чиновников и совершенно парализовали действия административных властей».
Таковы некоторые свидетельства буржуазно-националистической печати, которая, естественно, не могла сказать правду народу. На самом же деле партизанская война приняла гораздо более широкий размах. В Литве не было города и волости, где бы не действовали партизаны. В некоторых местах партизаны контролировали целые районы, куда немцы не смели, как говорится, носа сунуть, не говоря уже о чиновниках так называемого «местного самоуправления», которое было во многих случаях полностью парализовано партизанскими действиями. Полиция, состоявшая из местных фашистов, вообще не решалась самостоятельно выступать против партизан, она была изгнана из многих сел.
В борьбе с непокорным народом гитлеровцы прибегали к жесточайшим мерам, вплоть до уничтожения целых деревень и их жителей. Они сровняли с землей деревни Лазденай, Милюнай, Кернаве, Гумбас, Тракенай, а в селе Пирчюпис сожгли заживо 119 человек, бросая в горящие дома грудных детей и расстреливая из автоматов вырывавшихся из пылающих зданий жителей. Но зверства не помогли. Они лишь ожесточали людей, наполняли их еще большей ненавистью к захватчикам.
Большую ставку делали гитлеровцы в своих планах борьбы с партизанами на своих прихвостней — буржуазных националистов. С их помощью они хотели подавить партизанское движение руками самих литовцев. Для этой цели по всей Литве начали создаваться так называемые «отряды самообороны». Оккупанты рассчитывали обманом и угрозами вовлечь в эти отряды местное население, столкнуть его с партизанами и развязать братоубийственную войну.
Но такие расчеты могли строить лишь недалекие политики, не видевшие реального соотношения сил в Литве. То, что гитлеровцы считали «народом», из чего они хотели сформировать «группы самообороны», на самом деле было лишь жалкой кучкой буржуазно-националистических отщепенцев. Трудящиеся Литвы активно поддержали Коммунистическую партию. ЦК КП Литвы в своем воззвании разоблачил грязную затею гитлеровцев. Центральный Комитет призывал трудящихся:
«Всячески мешайте организации оккупантами новых бандитских шаек так же, как прошедшей зимой вы помешали им завербовать литовцев в эсэсовские легионы!»
Гитлеровцам не удалось создать из литовцев отряды «местной самообороны». Население уходило к партизанам, численность и деятельность которых росли с каждым днем.
Характерной особенностью партизанского движения в этот период стала его возросшая организованность. Партизанским движением на территории Литвы непосредственно руководил ЦК КП республики. Он направлял и координировал деятельность партизанских отрядов. Оперативным группам ЦК удалось установить прочную и надежную связь со всеми партизанскими отрядами, действовавшими в оккупированных районах Литвы, начиная от Вильнюсской области, включая всю Восточную Литву, вплоть до Укмергского, Утенского, Зарасайского, Рокишкского районов. Постоянно росли связи между всеми районами Литвы. Единый руководящий центр и прочная связь с ним укрепляли партизанское движение, позволяли точно выполнять боевые задания ЦК КП Литвы и республиканского штаба партизанского движения.
Оперативные группы, возглавляемые М. Шумаускасом и Г. Зиманасом, регулярно и подробно информировали ЦК КП Литвы и Литовский штаб партизанского движения о положении в Литве, о состоянии и деятельности партизанских отрядов и подпольных организаций.
Это давало возможность центральным республиканским органам не только осуществлять общее руководство борьбой против оккупантов, но и конкретно разрабатывать планы наиболее ответственных операций и руководить их осуществлением. Так, в соответствии с указаниями Центрального штаба партизанского движения о необходимости перенесения центра тяжести партизанских действий на железнодорожные магистрали Литовский штаб детально разработал для действовавших в Литве партизанских отрядов план «рельсовой войны», цель которой состояла в том, чтобы дезорганизовать работу железных дорог на временно оккупированной гитлеровцами территории республики.
Большой размах этого дела требовал огромного количества взрывчатых материалов. К этому времени была установлена прочная связь с советским тылом и взрывчатка перебрасывалась с «Большой земли» в районы действий партизанских отрядов на самолетах.
Горела земля Литовская под ногами немецко-фашистских захватчиков. На снимке: укрепления гитлеровцев против партизан у местечка Рудишкес.
План «рельсовой войны» был согласован с летним наступлением Советской Армии 1943 года. Взрывы железнодорожных мостов, рельсов, полотна, крушение воинских эшелонов начались одновременно по всей оккупированной территории Литвы, приведя гитлеровцев в большое замешательство.
В районах Восточной Литвы литовские партизаны проводили эти действия совместно со своими белорусскими товарищами. Так, например, белорусские бригады «Спартак», им. Гастелло и соединения литовских партизан «Жальгирис», «Вильнюс», отряд им. Костаса Калинаускаса наносили удары по врагу на железнодорожных линиях Вильнюс — Даугавпилс, Вильнюс — Минск, Даугавпилс — Кенигсберг и Вильнюс — Гродно.
Сильные удары были нанесены врагу на железных дорогах Каунас — Шяуляй, Вильнюс — Каунас, Тельшяй — Шяуляй, Вильнюс — Швенченеляй, Швенченеляй — Паневежис и ряде других магистралей. В течение нескольких месяцев «рельсовой войны» литовские партизаны уничтожили 23 эшелона с оружием, продовольствием и живой силой противника, взорвали 6 железнодорожных и шоссейных мостов, на много десятков километров остановили движение транспорта, прервали телефонную и телеграфную связь[389].
Эти удары партизан по вражеским коммуникациям дезорганизовали движение на железных дорогах. Немцы были поставлены в тяжелое положение. Для восстановления повреждений не хватало ремонтных бригад. Но и там, где гитлеровцам удавалось восстанавливать пути и мосты на железных дорогах, партизаны вновь разрушали их.
О силе ударов, нанесенных партизанами по коммуникациям врага, свидетельствуют секретные инструкции гитлеровцев. В одной из таких инструкций, выпущенной 9 сентября 1943 года, палач литовского народа Рентельн писал:
«Возрастающее количество нападений на железные дороги, шоссе и мосты заставляет нас прибегать к энергичным мерам».
