Советские поэты, павшие на Великой Отечественной войне

326. «Травой живущая среди кустов тропинка…»

Травой живущая среди кустов тропинка,
Над нею голубые облака.
Подробность мира — круглого жука
Зелено-лиловеющая спинка.

Из детской книги белая картинка:
Учебный профиль мертвого цветка…
Оберегающая нас рука
Лучей расплавленного летом цинка.

Не холодит изменчивая тень.
В глаза глядит июньский долгий день.
Просторы воздуха жарою разогреты.

Не найденные в сосняке грибы,
Не найденные, как во сне, судьбы
До послезавтра спрятаны ответы.

Июнь — июль 1935

327. «Ничего не скажешь милому соседу…»

Ничего не скажешь милому соседу.
Ничего не скажешь — промолчишь.
Ведь сосед — не милый: я с тобой не еду,
Обо мне дорогою грустишь.

Вот начало ночи. Про разлуку злую
Радио концерт передает.
Я тебя — ты слышишь, милая? — цалую,
Голос о любви твоей поет.

А на небе черном, возле звезд синея,
Птиц ночных повторны голоса.
Нам они стозвучны — гимны Гименея,
Озаряя наши небеса.

Авиаполеты совершая ночью,
Тайно наклонялся до крыш,
АНТы-самолеты — слышим мы воочью —
Нарушают неземную тишь.

Ветер пробегает воздуха просторы,
Листья сами льнут к его волне.
Мы с тобой проводим звездные дозоры,
Веруя полуночной луне.

Июль 1935^{327}

328. «Как хорошо бродить среди людей…»

Как хорошо бродить среди людей
И наблюдать за ветерком, проплывшим
По лепесткам сентябрьских ветвей,
Природный срок еще не пережившим.

В ночной толпе движенья ровный ход,
Журчанию подобный, — это повод
Жужжания подобный говор
Сравнить толпу с потоком мелких вод.

Как хорошо внимать на расстояньи
Осенней музыке, играемой в садах, —
Людей безоблачных пустое развлеканье,
Несомое в звучащих облаках.

В толпе движенья ровный ход,
Плывущих лиц живая перемена —
Немыслимый ночной круговорот
И светлых платьев вянущая пена.

Август 1935