- Вот видите новичок, шлепнул четверых и до сих пор топчет Вивус? Бородавочников можно убить.
- Из «большого Сема», с километра или в упор из винтовки. Окрыли мне новость. – с хрипотцой и надрывом крикнул тот самый седовласый джентльмен, что не поверил мне.
Затем он изысканно обратился ко всем присевающим:
– Имею честь представиться, Ричард Ли, четырнадцать бородавочников из «Большого Сема» за два года пребывания н Вивусе. Лучший снайпер в «Полисе Свободы». Если бы у меня была здесь моя старушка, и вдоволь патронов, я мог бы оставить всех вас в этом чертовом бункере и за пол дня, навел бы такого шороху, что ни одной твари не осталось. Да только вот незадача, мы будем драться с этими ублюдками на ножах. А старый Ричард видел, что происходит, когда эти твари приближаются вплотную. Они рвут всех на части. Не подумайте, что я хочу рассказывать сказки, но глупые крики о победе не для меня, нужно дельные предложения. А орать на столе может любой. – и джентльмен сверил Ковальского не очень дружелюбным взглядом.
Владислав смотрел всё тем же восторженным, вдохновляющим взглядом, но я почувствовал, что в нём что-то изменилось.
- А кто сказал, что мы будем драться на ножах? – послышался женский голос. Протиснувшись с дальних рядов, к столу вышло одно из чудес природы. Иначе эту ЖЕНЩИНУ назвать было нельзя.
Несмотря на серую мешковатую униформу, отсутствие косметики, и прочих женских атрибутов, ее облик (Да, да именно облик, а не внешность) заставлял восхищаться и прямо таки приводил в дрожь. Я даже не сразу услышал ее речь, затуманенный внезапно возникшей эйфорией. Меня что-то полоснуло по груди, сжало сердце и отпускало. Но боли не было, было очень хорошо.
- Мы не будем драться с бородавочниками в рукопашную, повторяю еще раз. У нас есть три дня для того чтобы выбрать оружие, затем четырнадцать дней для тренировки, а дальше то, ради чего нас сюда и приволокли. Нет времени разглагольствовать о том, какие бородавочники страшные. И так уже пол дня потеряли, кто не хочет сражаться пусть удавит себя в одном из помещений или бросится со скалы. - гневная тирада амазонки закончилась. Сердитой она выглядела просто великолепно и мне представилась возможность рассмотреть ее подробней.
Мой внезапный предмет восторга имел высокий рост, и спортивную фигуру. Комбинезон не позволял оценить всех ее прелестей, но и еле уловимым признаков хватало, что бы понять, что с ними у нее все в порядке. Но самым запоминающимся и завораживающим в ней было – лицо. Сказать что он необычное, значит, ничего не сказать.
В моей памяти остались следы этакого блондинистого, курносенького эталона идеально красивой женщины. Вспенилось даже слово «Барби». Так вот, в амазонке от этой самой «барби», ровным счетом, ничего не было. Прямой классический нос, большие глаза, ровный овал лица и огромная грива светло русых волос, туго перетянутая на затылке и низвергающаяся буйным водопадом на спину. В голове мелькнула мысль, что за такими волосами нужно ухаживать и на Вивусе условия, мягко сказать неважные. Большинство женщин в Калдроне стриглись коротко, да и здесь мальчуковый стиль преобладал. Но тем не менее восхитительная незнакомка как-то умудрялась держать свои кудри в идеальном порядке. Это всегда, даже на Земле меня приводило в восхищение в любой женщине, а уж на Вивусе и подавно.
Амазока оказалась той самой Леной, которая осталась внизу собирать людей. Мелькнула мысль, что может у меня есть шансы. Но они тут же оборвались. Конечно же она была «занята». По всей видимости, ее связывали близкие отношения с уже знакомым мне Ковальским. Он смотрел на неё очень типичным собственническим взглядом, выражавшим одно слово - «Моё!». Точно я этого ещё не знал, а лишь предполагал, но все равно, по сердцу резанула досада. Столь остро, что даже пришлось погрузиться в себя. Я стал рассеянно о чем-то думать, пока меня из этого ступора не вывел Владислав.
Оказалось, что люди постепенно стали расходиться, образовывая группки. Сама большая группа образовалась возле импровизированной трибуны. Здесь были и стрелок-джентльмен Ричард, Поль, Владислав, необыкновенная Лена и еще три десятка мужчин и женщин, многие из которых внушали уважение своим внешним видом. Ковальский уже слез со стола и звал к себе.
Я подошёл ближе и тут же услышал вопрос:
- Руслан, а вы что можете сказать по поводу вооружения и вообще! – кокетливо обратилась ко мне аккуратненькая и очень симпатичная девушка, с ёжиком тёмнх волос на голове.
Я не стал вторить её игривому тону:
- Если вообще, то ничего. А если об оружии, то мой выбор - большие арбалеты с тяжелыми металлическими болтами и заграждения из колючей проволоки на тонких кольях. На близкой дистанции можно использовать спортивные луки с хорошими стрелами.
- Так уже пробовали много раз и до нас! – взволнованной скороговоркой возразил мне сорокалетний мужчина с седой профессорской бородкой. – Лучше попробовать римскую черепаху с огромными щитами и дротиками.
Но его сразу же оборвали другие. Предложения сыпались со всех сторон, азиат с тонкими чертами предложил просто встретить бородавочников в рукопашную, но все же большая часть была за дальнобойное оружие. Когда водопад из предложении немного поутих, Владислав настоял на том, чтобы все же слово опять дали мне. К моему удивлению его послушали, его авторитет, как лидера креп на глазах. Лишь Ричард посматривал на него скептически.
- Будем объективны! - начал я свое выступление, - Бородавочники превосходят нас физически. Взрослый кентавр весит около ста восьмидесяти килограмм, взрослый человек мужчина, в среднем около восьмидесяти, женщины килограмм на двадцать меньше. При такой пропорции у нас нет шанса нанести смертельный удар, который бы убил врага наповал в рукопашном бою. Копья, мечи, дают ужасные раны, но у каждого из нас будет лишь один шанс нанести удар. У некоторых же не будет его и вовсе. Единственным нашей возможностью является нанесение максимальных повреждений, на как можно больших дистанциях. Здесь на арене возможности маневра сведены к минимуму, активной обороной и применением метательного оружия мы сможем измотать врага, а возможно и уничтожить. Бородавочники всё равно, что кавалерия. Глупо идти долбить танк ломом, если можно подорвать гусеницу. Мы должны лишить врага главных[ преимуществ: скорости и ударной мощи первого натиска. Они всегда нападают, свирепо, неудержимо. Воспользуемся этим.
Затем я изложил более подробной план, который рождался одновременно со словами речи. Не зря я вышел первым и увидел бородавочников.
Склоны горы и поверхность долины состояли из пористого не слишком прочного камня, наподобие песчаника. Короткие металлические колья в него должны были вбиваться без особого труда. За то время, что нам давалось для подготовки места боя мы могли построить отличные заграждения для прыгучих
