восторга. Все те, кто слышал об этом чудесном происшествии или был свидетелем его, тоже диву давались.
Вряд ли стоит лишний раз повторять: всяк взыскующий помощи богини Каннон непременно ее обрящет.
О том, что случилось с Тадаакирой, чиновником сыскного ведомства*
Не теперь, а в старину жил сыскной чиновник по имени Тадаакира.
В молодые годы произошел с ним такой случай. Однажды у моста близ храма Киёмидзу — Чистый Источник вышла у него стычка со столичными разбойными молодцами. Те схватились за мечи и окружили Тадаакиру, норовя его зарубить. Он тоже вытащил из ножен свой длинный меч и, защищаясь, влез на крышу храма. Те - за ним, и всей ватагой принялись теснить его с восточной стороны. Тадаакире кое-как удалось проникнуть внутрь храма. Схватил он решетчатую ширму, зажал ее под мышкой да и прыгнул вниз, туда, где зияло глубокое горное ущелье. К счастью, поднявшийся ветер подхватил ширму, и державшийся за нее Тадаакира легко, точно птица, опустился на дно ущелья. Так ему удалось спастись от преследователей.
Увидели молодцы-разбойники, что их недруг остался живым и невредимым, разобрала их досада, да делать было нечего.
На том, говорят, эта история и закончилась.
О том, как женили игрока в кости*
В старину жил некий молодой человек, искусный игрок в кости. Лицом он был не таков, как все: глаза и нос у него тесно лепились друг к другу, точно склеенные. Родители, конечно, беспокоились, как обеспечить своему страхолюдному чаду достойное существование.
И вот дошел до них слух, что в доме одного богача имеется дочь на выданье, воспитанная с большой заботою, и что матушка ищет для нее пригожего жениха.
Родители игрока пустили слух, дескать, их сын, первейший красавец в Поднебесной, желает к ней посвататься.
Богач обрадовался: «Именно такой жених нам и надобен». Вскоре был выбран счастливый день для заключения брачного союза.
Наступила ночь, когда жених должен был в первый раз появиться перед своей нареченной. Его облачили в приличествующие случаю одежды, взятые на время у знакомых, и хотя ярко светила луна, родители позаботились о том, чтобы лицо молодого человека не слишком бросалось в глаза. Сопровождать жениха вызвались приятели, такие же, как и он, игроки, так что с виду все выглядело весьма прилично, как у людей.
С тех пор жених каждую ночь навещал дочь богача, пока не наступило время, когда ему уже полагалось остаться в доме на правах зятя.
«Что же теперь будет?» - тревожились его друзья. И вот один из них пустился на такую уловку.
Взобравшись на крышу дома богача, как раз над покоями молодых, он принялся топотать ногами и кричать грозным, леденящим душу голосом: «Кто тут первейший красавец в Поднебесной?»
Все в доме всполошились, не могут понять, что происходит.
Насмерть перепуганный жених говорит домочадцам:
— Вообще-то первейшим красавцем в Поднебесной называют меня. Только при чем тут это?
А голос на крыше вопрошает снова и снова. На третий раз жених собрался с духом и откликнулся.
— По какому праву ты мне отвечаешь? — пророкотал мнимый черт.
— Да как-то само собою вышло,— отвечает жених.
— Эта женщина уже три года принадлежит мне. Как ты смеешь ее навещать?
— Я ничего не знал об этом,— лопочет жених.— Умоляю, пощадите меня!
— Эх ты, мерзавец! — воскликнул «черт». — Отвечай, что тебе дороже: жизнь или красота?
«Как же мне ответить?» — растерялся жених, а свекор со свекровью ему советуют:
«Сейчас не время думать о красоте лица. Главное — остаться в живых. Скажите ему, что ради жизни вы готовы поступиться своею красотой».
Жених ответил, как его научили.
— Ну что ж, сейчас я твою красоту поглощу-уничтожу! — прорычал «черт».
Жених закрыл лицо ладонями и в отчаянии заметался по постели. «Черт» же отправился восвояси.
Желая посмотреть, что стало с лицом жениха, домочадцы зажгли светильник, глядят, а у него и впрямь лицо какое-то странное — глаза и нос точно слепились вместе.
Тут жених залился слезами:
— Уж лучше бы я сказал черту, чтобы он отнял у меня жизнь. Как же мне теперь жить на свете с этакой наружностью! Жаль, что я ни разу не дал вам возможности увидеть мое лицо до того, как со мною приключилась эта беда. Эх, не надо мне было вовсе идти зятем к вам в дом, коли власть над ним забрал этот ужасный черт!
Искренне сочувствуя зятю, свекор сказал:
— В возмещение ущерба я отдам вам все свои сокровища.
С тех пор он во всем старался угодить зятю, и тот был весьма доволен. В довершение всего свекор подумал, что оставаться в этом доме молодому мужу неприятно, и выстроил для него новые прекрасные хоромы. Так что жизнь его устроилась великолепно.
О том, как святой Нитидзо повстречался с чертом в горах Ёсино*
В давние времена святой праведник Нитидзо пребывал в горах Ёсино, укрепляя свой дух постом и молитвами. Однажды шел он по глухой горной тропе и повстречал вдруг черта. Росту в нем было целых семь сяку, тело синее, волосы алые и дыбятся, точно языки пламени, шея тонкая, кости на груди выпирают, живот раздут, ноги тощие. При виде Нитидзо черт сложил руки на груди и горестно заплакал.
— Кто ты такой? — спросил его Нитидзо, и тот, заливаясь слезами, отвечал:
— Я живу на свете вот уже четыре или пять сотен лет. Мучит меня давняя злоба, и потому превратился я в черта. Был у меня некогда враг, решил я его погубить и осуществил задуманное. Точно так же поступил я и с его детьми, и с внуками, и с правнуками, и с праправнуками — весь его род извел под корень, никого в живых не оставил. Казалось бы, теперь мне уже не с кем сводить счеты. Но ведь все эти люди, повинуясь круговороту превращений, явились на свет заново, а где и как их искать — неизвестно, вот и выходит, что я не могу осуществить свою месть до конца. В груди у меня по-прежнему горит пламя вражды. Ни врага моего, ни потомков его давно уже нет в живых, только я один терплю жестокие муки, полыхая в огне неизбывной ненависти. Если бы не возникло у меня желание мстить, я давно уже возродился бы в раю или на небесах, но не получившая выхода злоба превратила меня в беса, и теперь я обречен на вечные страдания. Вот что тяготит меня больше всего. Выходит, злые чувства, которые я питал к своему врагу, в конечном счете обернулись против меня самого. Даже потомков того человека давно уже нет на свете, а моей жизни никак не приходит конец. Знай я об этом заранее, ни за что не стал бы ему мстить.
Так говорил черт, проливая безутешные слезы, и от головы его вздымались языки пламени. Умолкнув, он побрел прочь, в горную глушь.
