шерсти, а для остальных любителей «человечинки» поставили специальные приборы, отпугивающие ультра- и инфразвуковыми сигналами определенных частот не только их, но заодно и разную нечисть из ирреального мира.

— По большому счету, индейцы имеют прямое отношение к древним народам, проживающим на землях России, — продолжал Добромир, ловко орудуя ножом. Крышки на консервных банках выскакивали из- под его рук, будто внезапно оживая. В считанные минуты походный трапезный стол был накрыт, и проголодавшиеся путники принялись за еду. — Индейцы перекочевали в Аляску из Северо- Восточной Сибири во время ледникового периода, это была одна из двух ветвей монголоидной расы, а точнее, северная ветвь. Перейти в Америку они смогли по Берингову перешейку, который тогда еще связывал Аляску с Евразийским материком. Дендрограммы сходства показали, что американские индейцы и чукчи очень близко стоят друг к другу, это одна языковая семья, ближе них по языку только эскимосы и на- дене. Народы Сибири, Монголии и Восточной Азии уже имеют гораздо больше языковых отличий от индейцев. Соответственно, европейцы отстоят от них еще дальше. С африканцами расхождение самое сильное.

— А что стало с южной ветвью? — спросил Дмитрий, заинтересовавшись историей великого переселения монголоидной расы.

— Из нее образовались китайцы и другие племена, заселившие Великую китайскую равнину и частично территорию Индокитая. Северная ветвь, кроме того, дала ряд племен, которые живут сейчас в Северо- Восточной и Центральной Сибири — это потомки тех людей, которые не стали переходить Берингов перешеек. Примерно двадцать тысяч лет назад сползшие пласты ледника прервали связь между переселенцами, ушедшими осваивать земли Аляски, и теми племенами, которые остались в Берингии. По некоторым данным, период разрыва длился две тысячи лет, другие ученые утверждают, что он был гораздо дольше, но уж во всяком случает, не более шести тысячелетий. Когда ледники растаяли, эскимосы ушли на Восток, чукчи остались на своей родине, к Западу от Берингова пролива, а на- дене перебрались на юг.

Постепенно разговор снова коснулся больной темы — неизвестного мага, о рождении которого предсказывали не только древние пророки, но и современные аналитики «Стоящих у Престола».

— Не думаю, что произошла ошибка, и его просто еще нет в природе, — сказал Добромир, заканчивая трапезу. — У меня на этот счет есть некоторые предположения, но не будем торопить события, время покажет, насколько я был прав.

— Вы думаете, он экранируется? — спросил Дмитрий, убирая остатки снеди.

— Вряд ли. Кто бы научил его правильной маскировке? Природный маг оставляет если не фон, то, по крайней мере, следы своего присутствия. Чтобы их скрыть, нужно пользоваться специальной методикой. А этому следует обучаться, и сам процесс овладения такой техникой довольно сложный. И длительный!

Надев черные очки, чтобы слишком жгучее солнце не слепило глаза, они начали спуск, пользуясь, где это было возможно, горными тропками, а иногда и веревками, забрасывая металлические «кошки», которые цеплялись за камни или стволы деревьев своими острыми крюками и создавали необходимые точки опоры.

У подножия горы, на асфальтированной дороге, их ждала машина, быстро доставившая их к палаточному лагерю, разбитому на берегу озера. Сюда они приехали еще засветло, и у Дмитрия оставалось вполне достаточно времени, чтобы съездить в небольшой городок, выросший из поселка лесорубов, известного с глубокой древности, и посидеть в какой- нибудь местной таверне за кружкой- другой свежего пива. И заодно послушать, о чем говорят раздобревшие от пива парни. А если удастся, то и расспросить, не встречали ли они каких- нибудь особенных индейцев, чем- либо отличающихся от обычных людей, или, может, слышали о таких.

За Дмитрием увязались Генка Милохин и Григорий Шаталов, для которых участие в экспедиции было выпускным экзаменом «на зрелость». Вместе с тройкой «Идущих в потоке» они являлись силовой поддержкой группы, поскольку найденного паранорма предстояло тайно вывезти из Канады, обеспечив благополучный отход и безопасность остальным членам экспедиции.

Они уже выезжали из лагеря, когда наперерез машине, из палатки канадских врачей, выскочила Марина Мирославова.

— Без меня вы никуда не поедете! — объявила она, раскрыв дверцу и вваливаясь в машину на заднее сиденье, где вольготно расположился Одинов. — Ну, теперь трогайте! — дала она команду сидевшему за рулем Генке и будто ненароком прижалась к Дмитрию. От ее тела, казалось, било током, и вполне вероятно, что это было реальное ощущение.

Мужчины заметно оживились и повеселели. В машине запахло уже не пылью и бензинными парами, а тонкими ароматами, которые источала роскошная женщина, понимающая толк в великой науке обольщения.

Красивые дамы не любят оставаться даже ненадолго в одиночестве, а Марина была вызывающе красивой. Белокожая шатенка, вся точеная, с соблазнительными округлостями. Алчущие губы, огненные глаза. Все тело манящее, влекущее. От него так и исходит истома, будоражащая плоть. И голос влажный, пьянящий. Настоящий тип роковой женщины! Таким под силу самого стойкого мужчину свести с ума, в лучшем случае разъярить до бешенства.

Она была врачом в экспедиции, специалистом по экстремально- полевой медицине. Будучи канадкой, отлично владела русским языком, так как ее предки были выходцами из России.

— Ну, что вы растерялись? — улыбнулась она сразу всем, но так, что каждый из них принял улыбку на свой счет. — Давайте, веселите меня! Вы же мужчины, так сказать, самцы. Следовательно, должны устраивать хотя бы словесные поединки за право обладать дамой сердца!

Все эти крамольные и весьма легкомысленные слова были произнесены с таким невинным выражением лица и такой интонацией, что совершенно не выглядели вульгарно, а воспринимались как милая шутка, призванная разрядить напряжение. Более того, с первых же дней совместной работы в лагере Марина сразу же дала понять самым прытким из мужчин, что с ней дальше шуток и легкого кокетства дело не пойдет.

Как водится в дороге, посыпались анекдоты, в основном, про индейцев и чукчей, что было ближе к теме и казалось особенно смешным. За окнами машины мелькали ухоженные коттеджи, обрамленные деревьями с уже начавшей желтеть листвой. Трасса не была перегружена машинами, дорожные указатели подробно информировали обо всем, что могло пригодиться водителю и оказать помощь, поэтому путешествие не вызвало затруднений.

На въезде в город Дмитрий предложил группе размежеваться, чтобы потом, вновь соединившись перед возвращением в лагерь, обменяться полученными впечатлениями. Марина вышла вместе с ним возле бара «Спящая лагуна», а Генка с Григорием отправились на машине дальше, в корчму «Веселый мельник».

Едва они вошли в бар, как их сразу заметили завсегдатаи заведения, сидящие на скамьях за массивными сосновыми столами. Справедливости ради, Дмитрий и Марина действительно были примечательной парой: красивые, высокие, ладные. Одежда, скромная, но опрятная, подчеркивала достоинства фигуры. На Марине были светлые джинсы и вязаная блузка с глубоким вырезом, выгодно представляющим ее упругие груди, еще не познавшие кормления ребенка. Дмитрий тоже был в джинсах, а верхнюю часть его тела обтягивала спортивная майка с коротким рукавом, сквозь которую прорисовывались налитые мускулы военного человека, отличающиеся не столько визуальной массой, сколько силой и выносливостью.

Дмитрий усадил Марину на вращающийся табурет возле стойки бармена и заказал светлого баварского пива, а в качестве закуски к нему — гусиные жареные крылышки, креветки, соленые орешки и ломтики лосося. Искусственно созданный полумрак располагал к интиму и задушевности. Люстры на длинных спиралевидных шнурах, висящие над самыми головами, казались фантастическими пауками, которые спустились на паутине с потолка и с любопытством разглядывали посетителей. Здесь гуляла молодежь и люди средних лет, отдыхающие после работы.

Марина принялась разламывать креветки, с аппетитом вылавливая нежное мясо. Дмитрий развлекал ее, как мог, но больше старался расспрашивать, тем более, что было, о чем — один из индейских вождей пригласил их на праздник Пау- Вау.

— Индейский вождь? Какого племени? — вскинула глаза Марина, отхлебывая из своей кружки пенистый искрящийся напиток.

— Сенека, — не без гордости ответил Дмитрий, поскольку это было одно из достаточно известных

Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату