гнев. Что, твою мать, мне делать с девственницей? Я посмотрел на нее и в тот же момент неожиданная и необузданная ярость затмила мне глаза.
«Почему, блядь, ты мне не сказала?» прорычал я, начиная мерить шагами свой кабинет. Чего я могу требовать от долбанной девственницы? Она виновато пожала плечами, а у меня просто не находилось слов для того, чтобы выразить свое недоумение. Я остановился. Чёрт… она, наверное, хочет уйти.
«Я не понимаю, почему ты мне не сказала?» Голос выдавал мое раздражение. Я никогда не трахал девственниц.
«Эта тема ни разу не поднималась,» пробормотала она. «У меня нет привычки обсуждать свою сексуальную жизнь с первым встречным. Я имею в виду, мы же едва знаем друг друга.»
Справедливое замечание. Как всегда. Я нахмурился. Я не мог поверить, что показал ей мою игровую... Спасибо, блядь, что есть договор о неразглашении. Она наблюдала за мной.
«Сейчас ты знаешь обо мне намного больше,» отрезал я. «Я подозревал, что ты неопытна… но девственница! Чёрт, Белла, я только что показал тебе…» Господи, не только игровую, мои правила… жесткие ограничения. Она ничего не знала об этом. Как я мог? «Господи, прости меня…»
Вдруг меня осенило - наш первый и единственный поцелуй в лифте, я ведь мог трахнуть ее прямо там – неужели это был ее первый поцелуй?
«Ты целовалась с кем-нибудь кроме меня?» Пожалуйста, скажи да.
«Конечно». Она выглядела обиженной и нахмурилась - маленькая складочка в форме буквы V появилась между её бровей. Да, она целовалась, но не часто. И по какой-то непонятной для меня причине эта
