что ему придется остаться дома.
- Ты будешь в большей безопасности, если наденешь свою новую мантию-невидимку. А Драко будет в большей безопасности, если останется здесь, - спокойно продолжил Люциус.
Гарри нечего было возразить. Он понимал - им повезло, что их до сих пор не раскрыли. Старая мантия годилась только на то, чтобы спрятаться, и Гарри знал, что, пока он переводил дневник Волдеморта, Драко с близнецами пытались усовершенствовать новую мантию. А еще Драко попросил Северуса проверить ее, вот тогда и выяснилось, что она может отражать Непростительные. Все равно, что установить персональные защитные чары. И хотя Гарри нравилась старая мантия, ее не стоило надевать, отправляясь на битву.
Он эгоистично хотел, чтобы Драко был рядом, но еще больше ему хотелось, чтобы тот находился в безопасности. К тому же Люциуса, когда он превращался в хорька, было легко спрятать в кармане.
Поттер посмотрел на бойфренда. Судя по выражению его лица, Драко пришел к тем же самым выводам, хотя был не рад им.
- С отцом ты будешь в большей безопасности, - неохотно признался он.
- Великолепно, я получил в телохранители чертова хорька, - пробормотал Гарри.
- Заткнись, Поттер, - огрызнулся Драко.
- Драко, я ничем не оскорбил его, - возразил Поттер. - Твой отец и есть чертов хорек.
- И у меня больший опыт общения с Пожирателями, чем у тебя, - сказал Люциус, пресекая их ссору.
Ремус все это время молчал, и Гарри повернулся к нему, чтобы узнать его мнение. По виду Люпина было ясно, что он не хотел встревать в дискуссию.
- Северус считает, что это хорошая идея, - спокойно сказал он.
- А ты не согласен? - спросил Гарри.
Ремус немного поколебался и посмотрел на Люциуса, прежде чем ответить.
- У меня есть кое-какие сомнения, - наконец признался он, - но я согласен, что, если тебе придется участвовать в битве, защита должна быть самая лучшая.
- А Люциус и есть самая лучшая защита? - давил Поттер.
Оборотень вздохнул:
- Лучше, чем если ты будешь один.
-----------------------------------------------------
Гарри стоял рядом с кроваткой, глядя на спящую Викторию. Он смотрел, как поднимается и опускается ее грудь, как она разметалась во сне. Казалось, что в мире нет никаких треволнений. Их не было… для нее.
Интересно, а его отец когда-нибудь вот так смотрел на него спящего? Гарри был уверен, что смотрел. Конечно, Джеймс Поттер беспокоился о будущем сына.
Гарри мрачно улыбнулся. Вряд ли отец представлял себе, что его сын будет смотреть на ребенка Малфоя и беспокоиться о Северусе Снейпе. Он не был уверен, что отец принял бы это, но в одобрении матери не сомневался. Ремус знал, что говорил.
Сейчас Люпин мерил шагами переднюю. По крайней мере, именно там Гарри видел его в последний раз. Люциус и Нарцисса сидели в гостиной. Они были сдержаны и скрывали свое беспокойство. Драко пытался уговорить отца разрешить ему участвовать в сражении, но безуспешно. Сейчас, насколько Гарри было известно, бойфренд заперся в их комнате и дулся на всех и вся.
Все были как на иголках, ожидая весточки от Северуса. Самой спокойной казалась Виктория. Гарри снова посмотрел на браслет. Насколько лучше было, когда его предупреждали о предстоящем сражении за пару часов до начала. Он хотел двигаться. Действовать. Делать хоть что-нибудь.
Он резко обернулся, держа палочку наготове, когда дверь в детскую открылась.
Вошла Нарцисса и, увидев его боевую стойку, выгнула бровь.
- Простите, - пробормотал Гарри. Он возвел вокруг кроватки заглушающие чары и сунул палочку в задний карман.
- Я так и знала, что найду тебя здесь, - сказала Нарцисса, становясь рядом с ним.
Гарри пожал плечами.
- Я хотела поблагодарить тебя - ты вернул мне Люциуса, - тихо произнесла она.
- Мне был нужен медальон, - пробормотал юноша.
Нарцисса понимающе улыбнулась.
- Я думаю, что если бы Северус пошел один, то он бы вернулся с медальоном, но без Люциуса.
Гарри улыбнулся через силу и признался:
- Возможно.
Он вздрогнул, когда Нарцисса внезапно обняла его. Он обнял ее в ответ, вдыхая цветочный аромат ее духов. Оставалось слишком много неприятных вещей, с которыми был связан побег Люциуса из Азкабана, но Гарри решил, что доволен конечным результатом.
Когда Нарцисса отстранилась, ее глаза блестели от слез, но она не позволила им пролиться.
- Знаю, тебе было очень трудно, и я очень благодарна за все, что ты сделал. А еще я очень рада, что ты стал частью моей семьи.
- Спасибо, - тихо произнес Гарри. Он на минуту задумался, сдвинув брови, а потом, криво улыбнувшись, нахально заявил: - Я всегда очень хотел стать членом преступного клана. А теперь, когда я помог Люциусу сбежать из Азкабана, у меня есть на это полное право.
Нарцисса рассмеялась и заметила:
- Я надеюсь, что ты удержишь Драко в рамках закона, Гарри.
- Да, мэм, - с ухмылкой сказал он. - Но разве матерям не положено принимать сторону сыновей?
- А я и так на стороне сына, - мягко ответила она.
Гарри тупо уставился на нее.
Она поцеловала его в лоб.
- Я горжусь вами обоими.
Он проглотил ком, внезапно появившийся в горле, и был рад, когда в комнату ворвался Драко, прерывая их.
- Вот ты где! - воскликнул Драко. - Скажи мне, что это, черт побери?
Он держал в руках свитер, который миссис Уизли связала для Виктории.
Гарри поморщился.
- Ты опять рылся в моих подарках?
Драко покраснел, но быстро взял себя в руки.
- Да, и нашел это. Вместе с еще одним, такой же расцветки, - Малфой говорил так, будто уличил бойфренда в ужасном проступке, совершенно забыв при этом, что накануне сам нарядил Гарри и Викторию в одежду слизеринских цветов.
- По-моему, это очень мило, - сказала Нарцисса, ее губы дернулись, когда она увидела, что сын недоволен.
- Мило? Это же гриффиндорские цвета! - воскликнул Драко.
- Только не выбрасывай, - со вздохом попросил Гарри.
Малфой замолк ненадолго, а потом сказал:
- Я не собираюсь их выбрасывать, а просто спрячу вместе с другими твоими свитерами, связанными миссис Уизли.
У Гарри округлились глаза.
- Ты не избавился от моих свитеров?
- Нет, - раздраженно ответил Малфой. - Я же сказал, что спрятал их. Но я выбросил все остальное барахло, которое ты называл одеждой.
- Я так и думал, - признался Гарри, - но не ожидал, что ты пощадишь свитера.
- Виктория не наденет джемпер гриффиндорских цветов, - решительно заявил Драко, возвращаясь к начальной теме.
Гарри обернулся и посмотрел на Викторию, сладко спавшую в своей кроватке.
- Нарцисса?
- Да, Гарри?
