Урод с подозрением принюхался и осушил его залпом.
— Вино… хорошо, — промычал он, распробовав. Ему ответили хохотом.
— А теперь, — оборвал его Том Дженнер, снова ткнув пальцем, — теперь покажи, как на таких ножках танцуют хорнпайп или джигу.
Гуго непонимающе пялился на него. Том схватил скрипку и заиграл.
— Давай! — выкрикнули несколько голосов. — Пляши, пляши!
— Что, танцевать не умеешь? — презрительно спросил Ивен Трегорран и сам выдал несколько неуклюжих коленец.
Гуго с удивлением следил за ним, потом как будто сообразил, чего от него хотят. Рот его искривился в гримасе, означавшей у него улыбку.
Она заковылял на коротких ногах, издавая дикие звуки — для него это был смех.
Все быстрее играла скрипка Вилли Карева.
Все быстрее переступал ногами Гуго.
И вдруг, споткнувшись, мешком повалился к ногам Брайана.
Несчастное создание лежало, постанывая, среди раскатов смеха. Поднялось на ноги, ухватившись, чтобы подтянуться, рукой за край стола, за которым сидели Брайан с Элен. Брайан с удивлением увидел, что рука эта — хорошей формы, с тонкой кистью и длинными чуткими пальцами. На тыльной стороне ладони он заметил татуировку: морская дева восседала на двух китах, играя на дудочке. Татуировку пересекала яркая белая черта, в которой молодой врач распознал шрам. Рука удивила Брайана тем, что никак не сочеталась с обликом этого гротескного тела. Инстинктивно он перевел взгляд на другую руку Гуго и увидел, что она так же толста и уродлива, как остальное тело: волосатая, с толстыми тупыми пальцами.
Он готов был заговорить об этом, когда дверь трактира распахнулась со страшным грохотом.
Высокая мрачная фигура барона, с головы до ног одетого в черное, застыла, в угрюмом молчании озирая собравшихся. Холодный взгляд, обойдя зал, упал наконец на Гуго. Тот заскулил и скорчился под его взглядом.
— Гуго, — рявкнул барон. — Komm mit![26]
Слуга, подобно побитой собаке, заковылял к барону и присел у его ног.
Барон прошел к стойке и взял две бутылки вина, налитые для несчастного создания Ноаллем.
— Мое, я полагаю?
Голос барона звучал мягко, почти вкрадчиво.
— Да, сэр.
— Хорошо. Не хотите, чтобы Гуго еще для вас поплясал?
Холодный взгляд светлых глаз сверлил трактирщика.
— Мы просто шутили, сэр. Просто шутили!
— Да? Шутили?
Повисла неловкая пауза.
— В будущем, когда я пришлю сюда своего слугу, вы будете обращаться с ним уважительно. — Голос барона вдруг стал резким. — Если я услышу, что кто-то его обидел, я сам возьмусь за хлыст, и жене этого человека достанется зрелище бесконечно более уродливое, чем лицо Гуго. Verstehen?[27]
Барон развернулся на каблуках и исчез в темноте. Гуго, припадая к земле, засеменил следом.
Все еще в тишине Брайан обернулся к Элен и вскрикнул от удивления. Девушка была в обмороке.
С помощью протрезвевшего Тома Дженнера ее быстро отнесли домой и устроили перед огнем в гостиной.
Она горестно рассмеялась, когда Брайан склонился к ней, чтобы пощупать пульс.
— Кажется, обмороки входят у меня в привычку. Брайан жестом отпустил миссис Тревитик, стоявшую наготове с нюхательной солью.
— Откиньтесь и отдохните, Элен. Не тревожьтесь. Но в глазах девушки полыхнуло пламя.
Она схватила и до боли сжала руку Брайана:
— Вы видели его ладонь? Брайан кивнул:
— Вы о странной татуировке? Элен сглотнула, словно от боли:
— Да-да, это она!
— Я удивился, что такое существо, как Гуго, украшает себя татуировками, — улыбнулся Брайан. — Но что с того?
— А шрам вы видели?
— Да.
Девушка прижала ладонь к губам и сдавленно вскрикнула. Встревоженный Брайан склонился к ней:
— Элен, в чем дело?
— Брайан, эта рука… рука! Это была рука отца! Брайан потянулся пощупать ей лоб.
Не слишком горячий. И пульс, хотя и частил немного, не указывал на жар.
— Вы слышали? — настаивала девушка. — Я сказала, это была рука моего отца.
Брайан закусил губу:
— Я вас слышал, но не уверен, что понял. Девушка задохнулась в изнеможении:
— Я сказала не больше и не меньше, чем хотела сказать. Это ужасно! Ужасно!
— Вы хотели сказать, что у вашего отца была такая же татуировка? — с удивлением переспросил Брайан.
Девушка ударила сжатым кулаком по столу:
— Рука, татуировка, шрам… не просто похожи, те самые! Именно те!
Брайан взял свою медицинскую сумку и молча начал перепирать содержимое. Достал желтую бутылочку с надписью «Лаудипум» и отсчитал несколько капель в стакан. Потом вызвал звонком миссис Тревитик и попросил принести горячей воды и меда.
Девушка молча наблюдала за ним.
— Послушайте, Элен, у вас был тяжелый день… — начал он.
— Вы считаете меня сумасшедшей? — выкрикнула она.
— Нет-нет, — мягко возразил он, — но то, что вы сказали, невозможно. Хотя татуировка могла быть похожа.
Вернулась миссис Тревитик с чайником. Брайан отослал ее и смешал напиток.
— Это поможет вам успокоиться.
— Но что с этим существом? Вы все равно не верите…
Он жестом остановил ее:
— Я вам верю. Но хочу, чтобы вы отдохнули и хорошо выспались за ночь. Конечно, этим делом необходимо заняться. Вы идите наверх и поспите, а я схожу поговорить с бароном. Быть может, он сумеет объяснить эту загадку. Его слуга мог скопировать татуировку.
Девушка хотела возразить, но передумала и послушно приняла от Брайана стакан.
Когда она ушла, Брайан налил себе рому и опустился в кресло.
Галлюцинация? Нет, он сам видел руку и, помнится, еще тогда подумал, как странно она выделяется и не соответствует общему уродству Гуго. Но сама мысль… урод с рукой, похожей на руку доктора… с его рукой! Абсурд!
Он позвонил. Миссис Тревитик посмотрела на него с обычной неприязнью:
— Вам что-то нужно, доктор Шоу?
— Да, миссис Тревитик, — ответил Брайан. — Вы много лет служили у доктора Треваскиса. Скажите, были ли у доктора особые приметы?
— Что, сэр? — нахмурилась домоправительница.
— Были ли у него отметины, по которым его можно отличить от других, опознать? Например, татуировки.
— Ах, это? — Женщина скривила губы в подобии улыбки. — Да, была у доктора татуировка на правой
