сплошь и рядом. А элементы, служащие Советскому правительству, избавлены им от чрезмерных лишений, так как получают хоть и скудный, но все же паек…»[287]
По версии советской историографии, все получалось логично и закономерно, правда? Агенты иностранного империализма готовились вместе с белогвардейцами сокрушить и сбросить большевиков… Но имеет смысл повнимательнее взглянуть на формулировки! В высказываниях Рейли и Локкарта фигурируют «замена правительства», «переворот», устранение Ленина. Однако о свержении Советской власти речи не шло! Да и вообще державы Антанты могли бы свергнуть ее давным-давно. Если бы захотели. Поддержать десантом восстание Савинкова, нацелить чехословаков не на частные задачи, а на Москву — и все. Выходит, речь шла только о верхушечном перевороте. Который должен был сопровождаться диверсиями, чтобы сорвать обсуждавшееся в Берлине наступление немцев и большевиков на Север, внести дополнительный хаос и обрушить на Россию новые бедствия.
Кто же должен был возглавить правительство после ликвидации Ленина? Очевидно, человек, наиболее лояльный к Антанте. Троцкий. Раздувавший в это же время свою «военную» популярность. Он откроет фронт перед союзниками, раздаст им и распродаст то, что еще осталось от страны. Кстати, нельзя исключать, что подобная смена лидеров изначально входила в план ступенчатого сноса России. Сперва государство ломает Львов, потом развал углубляет Керенский, за ним — Ленин, а за ним выдвигается Троцкий.
30 августа, через 6 дней после описанного выше секретного совещания в генконсульстве США (и через 3 дня после подписания договора «Брест-2»), прозвучали выстрелы. Утром — в Питере. Юнкер Каннегиссер уложил председателя ЧК Урицкого. Туда для расследования срочно выехал Дзержинский. А вечером прогремели выстрелы на заводе Михельсона. В Ленина…
Этот теракт до конца не раскрыт до сих пор. Нет даже однозначных доказательств, что исполнительницей была Каплан. Она была задержана случайными людьми, не видевшими покушения, а очных ставок по ее опознанию не проводилось ни одной! Протоколы с ее признаниями частью не подписаны, относительно других неизвестно, подписала ли их именно Каплан[288]. И к партии правых эсеров Каплан никогда не принадлежала. Все «доказательства» ее вины и причастности к эсеровской террористической организации всплыли только в 1922 г. на процессе правых эсеров. Сам этот процесс был сфальсифицирован от начала до конца, «доказательства» прозвучали из уст провокаторов, причем люди, якобы входившие в одну террористическую группу с Каплан, даже не смогли описать ее внешность[289].
Если задаться вопросом, «кому выгодно», приведу вывод известного историка А. И. Уткина. Который, кстати, увязал воедино два покушения. На Мирбаха и на Владимира Ильича:
«Убийство германского посла обязано было вызвать репрессии Берлина. Убийство Ленина означало бы уход с политической арены самого большого приверженца мира с Германией».
А в других своих работах я уже приводил ряд косвенных данных, способных свидетельствовать о том, что за организацией покушения на вождя стоял не кто иной как Свердлов [290].
Он входил в весьма узкий круг лиц, ведавший распределением путевок на митинги и знавший, кто из руководителей и где будет выступать. Сохранилась записка Якова Михайловича к Ленину, переданная накануне покушения:
«Предупредите всех совнаркомщиков, что в случае приглашения и назначения на митинги никто не имеет права отказываться»[291].
Никогда до того и после того Свердлов таких записок не писал. Когда Московский комитет партии в связи с убийством Урицкого принял решение отменить митинги и выступления, именно Свердлов настоял все же проводить их. И при этом, несмотря на гибель Урицкого, рядом с Владимиром Ильичем не оказалось охраны. Подчинялась она Свердлову. А сразу же после ранения Ленина Яков Михайлович первым оказывается в его кабинете и объявляет:
«У нас с Ильичом все сговорено»,
перехватив руководство правительством и ЦК[292].
Пользуясь обретенной властью, Свердлов фактически отстраняет от следствия Дзержинского, распоряжается, чтобы тот пока оставался в Питере. Мол, в Москве и без него справятся. Расследование Яков Михайлович поручает своему ставленнику Петерсу, подключает к нему и других своих доверенных лиц: Курского, Петровского, Козловского, Аванесова, Скрыпника. А главными следователями по этому делу становятся верные подручные Свердлова, которых он обычно использовал в самых темных своих операциях — Кингисепп и цареубийца Юровский. Уже одного назначения этой «парочки» было бы достаточно, чтобы заподозрить неладное. Каплан по непонятным причинам вообще забирают с Лубянки в Кремль. Здесь она вдруг дает все нужные «признания», после чего ее сразу же расстреливают, а труп сжигают. Так что никакое опознание становится уже невозможным…
Да только ведь и Дзержинский был далеко не дурак. И весьма характерно, что он-то предпринял действия совсем в ином направлении! Нанес удар по сетям иностранной разведки. ЧК и моряки уже успели вскрыть значительную часть этих организаций. Дзержинский намеревался еще некоторое время наблюдать на ними. Но именно в связи с покушением на Ленина отдал приказ — немедленно брать. В ночь на 1 сентября ЧК произвела массовые аресты по выявленным адресам. Были задержаны британский генконсул Локкарт, французский генконсул Гренар, связанные с ними лица. Одновременно была разгромлена и сеть в Петрограде. В руки ЧК попали десятки людей. Только в одном здании, принадлежавшем выехавшему британскому посольству, было захвачено около 40 заговорщиков, собравшихся там в это время[293]. Обычно в литературе покушение на Ленина и дело Локкарта рассматриваются отдельно, как не связанные между собой. Но… правомочно ли это?
33. Кто и почему не попал под террор
Летом 1918 г. террор уже широко расплескался по всей России. Даже там, где гражданская война шла вяло и со «странностями», она сопровождалась жестокими расправами. Палач Лацис поучал в «Известиях», что прежние правила, военные обычаи и конвенции должны быть отброшены:
«Все это только смешно. Вырезать всех раненых в боях против тебя — вот закон гражданской войны».
Этот закон и внедрялся. Британский представитель Эльстон доносил Бальфуру, что после взятия чехами и белогвардейцами уральских городов находили сотни зверски убитых.
«Офицерам, захваченным тут большевиками, погоны прибивались гвоздями к плечам; молодые девушки насиловались; штатские были найдены с выколотыми глазами, другие — без носов»[294].
Троцкий под Казанью расстреливал не только красноармейцев. По его личному приказу был схвачен престарелый епископ Амвросий (Гудко), доживавший век в Свияжском монастыре. Его доставили в штаб Льва Давидовича, а потом келейник владыки нашел в поле его тело, исколотое штыками. Похоронил и долгие годы платил крестьянам, чтобы не вспахивали этот участок. По приказу Троцкого был казнен и епископ Балахнинский Лаврентий (Князев). Красноармейцы отказались стрелять в него — тогда их заменил и китайцами. Распоряжением Льва Давидовича были расстреляны все монахи и послушники Зилантова
