'В беззвучный час, когда отверсты...'
В беззвучный час, когда отверсты И бездна звездная и тьма, Пойду искать своей невесты, Пойду в ночные терема. Часы веков оставлю дома, Чтобы не знать, который век. Пойду дорогой незнакомой, Где бродит зверем человек. Мои зрачки горят, как свечи, И волчья шерсть горит на мне, Растаял холод человечий На первобытном том огне. Я чую дикую отраду, Светло и весело в лесу. Подстерегу ее, украду И в сказку мира унесу. 'Что мне делать в этой яме...'
Что мне делать в этой яме, Где окошечко – звезда. Улыбается струями Оловянная вода. Поезд длинным насекомым По пути стальных тенет С приглушенным долгим громом Слишком медленно ползет. И скрежещет старый ветер Звонкой связкой ржавых дней. Оттого и нет на свете Песни узника грустней. 'Раскройся, гордый небосвод...'
Раскройся, гордый небосвод, Хоть слово человеку выкинь. Ты блещешь бездной светлых вод И дремлешь их молчаньем диким. И дня серебряного зной, И ночи синие колонны Обрамлены голубизной И тишиною непреклонной. И мы клянемся под тобой, И мы целуем и желаем, И ты огромный голубой Ни словом нам, ни даже лаем. И лишь горят орбиты звезд, Белками страстными сверкая, И где-то за мильоны верст Тоска по нас иного края. 'Мы бродим все в стране одной...'
