'Слабей чем снег и платины плотней...'
Слабей чем снег и платины плотней Нежданных строк нестойкие металлы, Они трепещут миг, их гребень алый На всходах и закатах древних дней. Нам не забыть, как Рим громили галлы, Как Русь рыдала, и текли по ней Стада татар, верблюдов и коней, И воины с угрюмых льдин Валгаллы. И проходил волгарь, и скиф, и серб. Без молота сиял в лазури серп, Насиловали пленниц на просторе. И выл огонь по русским городам, Чтоб черными зажглась цветами там Культура: шахматы и крематорий. 'С крылами деревянными война...'
С крылами деревянными война До смешанного с пьяной кровью пота, Освобождают мутного кого-то, Прокопченного сумерками дна. Не спят рога, не стынут стремена, На зверя неизвестного охота, Карикатурной тенью Дон-Кихота Великая земля облачена. Не смуглые овалы Византии, В углах висят холодные витии С губами голубыми лебеды, Но с черепом веселым как колено, И красен блеск лампадочной звезды, Качающийся в зеркале вселенной. Художник, презирающий Шекспира, Мудрец, юродствующий во Христе, Застывший в своенравной простоте Средь звездного ликующего пира. Русь корчится от красных губ вампира, Убожество людское на кресте, И это белокаменные те, Что кинули Девкалион и Пирра. Выслушивал Каренина и моль Ловил юрист, Бетховена бемоль Убийца слушал, ревностью убитый, Пил пунш Наполеон в Бородине, И чурку Петр строгал, а Шакловитый На дыбе выл с быками наравне. 'Мы правнуки Персея, к Андромеде...'
