В твоих зрачках узрит невеста. Таких встречала я в ночи В трущобах сумрачных Триеста. И в знойной солнечной пыли На узких улицах Каира Такие бронзовые шли За белым рубищем факира. Что делать нам в Крыму с тобой, Где скука, бред и автобусы. Не красный трепет – голубой Таят коралловые бусы. И в тишине вечеровой, Когда мы трепетны и близки, Я чую гул веселый твой, Восстанье музыки фаллийской.

'Целоваться, в самом деле...'

Целоваться, в самом деле, У тебя учиться надо. Ты моя была в отеле С чудным именем: Гренада. Я целуюсь очень громко, – Вот беда моя сыздетства, Соловьиного потомка Соловьиное наследство. Помню дым луны фарфорный, Синих звезд не забываю, Твой зрачок пустой и черный, Белизна твоя без краю. Помню, помню пальчик каждый, Каждый волос твой целую. Кто любил тебя однажды, Не полюбит тот другую.

3/III 1927

'Мчался я, как в поле брани...'

<Ю.И.>

Мчался я, как в поле брани Молодой Наполеон. Жаждал я завоеваний, Был я дымом опален. Адъютантом был мне ветер, Конь железный подо мной Вкруг дома в багровом свете Разрывал, как вражий строй. Я хотел побыть с тобою В золотой последний час. Как трофей горячий с бою, Я увез тебя, лучась. Помню всё… Как, уезжая, Ты была еще бледна… Я люблю тебя, чужая Многогрешная жена.

28/II 1927

Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату