— Выходит: по рукам? И без ружей! — Рэй вытянул свою руку вперед сильнее.
— Об огнестрельном оружии я позабочусь, — Джон прикоснулся своей ладонью к ладони Стокера и сомкнул пальцы, затем, не отпуская руки Рэя, он медленно и внятно продекламировал: — Только, понимаешь, я больше не хочу уповать исключительно на случай. Признаюсь, до сих пор мне везло. Но, как говорят у вас в России, — раз на раз не приходится…
В мозгу Джона, будто красная лампочка охранной сигнализации, вспыхнула тревога: «Как я вообще мог так импульсивно действовать, отправляясь в эту страну? Имея на «вооружении» всего лишь смутное понятие о том, при помощи чего мне удастся осуществить задуманное, поперся к черту на кулички! Как мог допустить, что на те ужасные действия с ножом, которые я только сейчас творил, меня спровоцировали всего-навсего россказни древней старухи? А если б Рэй оказался обычным человеком? Что тогда? Обвинения в вооруженном нападении и угрозе жизни? Судебное разбирательство?»
…я не хочу все потерять, будучи так близко к цели только из-за появившейся у меня вдруг доверчивости. И можешь больше не пытаться сыграть на моей заинтересованности. С этой минуты я перестаю верить только словам. Откуда мне знать, что ты — не сумасшедший маньяк, решивший позабавиться? Докажи мне то, о чем говорил, и тогда будем считать, что сделка состоялась!
— Сегодня ночью вы получите все необходимые доказательства, — моргнул Рэй. — Для этого поставьте меня дежурить сегодня ночью и, когда я займу свой пост, — наблюдайте.
— Буду смотреть внимательно, — Джон разжал пальцы.
Они вышли из сарая.
Рэй, никого не дожидаясь, сразу побрел к машине.
Бэн вопросительно взглянул на Купера.
Джону стало не по себе. Он смотрел на этого парня, а тот даже не догадывался, что вскоре станет жертвой лесных духов.
Ученый ничего ему не сказал, лишь жестом руки пригласил следовать за собой и, подобно Стокеру, направился к дороге.
Шагая мимо дома колдуньи, Джон поймал себя на мысли, что все его мысли сейчас занимает Рэй.
Этот широколицый человек (или не совсем человек) оказался единственным субъектом, способным помочь ему завершить работу. Может, подобных Рэю… существ в округе (на фабрике «Конница») набралось бы очень даже много, — вот, только, как с ними было поговорить на нужную тему — не известно. Тут по неволе верилось, что Стокера, как репродуктор, или лучше сказать, — как контактера, специально подослал и использовал неимоверный источник паранормальной энергии, именуемый Болотным Духом.
«Зацепка — найдена!» — внутренне возликовал Джон, хотя здравый разум и подсказывал ему, что ликовать еще рано.
Сперва, требовалось дождаться ночи…
Подойдя к машине, Джон сразу заметил спешащего по дороге, тоже к вездеходу, но с противоположной стороны, Ананьева. В одной руке старого преподавателя находился открытый пакет молока, в другой — бутылочка питьевого йогурта, а на губах играла блаженная улыбка.
— Тысячу лет себя лучше не чувствовал! — сказал он, остановившись около вездехода и перекладывая бутылочку с йогуртом под мышку. — Это просто амброзия! Хочешь молочка?
— Нет, — мрачно ответил ему Купер. — Надо ехать. Уже и так достаточно здесь задержались.
— Погоди, а где все остальные? — Ананьев огляделся. — Я имею в виду — Юля, ребята?
— Я отослал их в лагерь, — Джон сложил пассажирское сиденье, показав Бэну и Рэю, чтобы те пробирались на тесный задний диван короткой «Нивы».
— А кто же поведет этот «бигфут»? — Ананьев посмеялся и хлебнул молока.
— Я поведу, — Джон залез в машину, достал из кармана сигару, но не стал ее закуривать, а просто отложил в сторону, — прямо на приборную панель.
— Ну, смотри. Дело хозяйское, — Борис Михайлович тоже уселся в вездеход и захлопнул дверцу. — А то могу я. Кстати, я учился в Петербурге на «права» с одним токийским таксистом. Бывшим таксистом из Токио, понимаешь? Заграничные-то водительские удостоверения у нас — не в ходу. Менять в ГАИ такое отказались, заставили бедолагу, заново все экзамены проходить. Но сам факт классный: оказывается, и в Японии русские мужики шоферят.
— Зачем ему было учиться водить машину, если он раньше работал на ней? Не легче ли было сдать экзамены экстерном? — с каменным лицом спросил Купер, заводя двигатель.
— В Токио движение левостороннее, а у нас — правостороннее. Переучивался человек с правого руля на левый. Может, из-за этого-то его, в основном, и принудили начать все с «нуля», ха-ха-ха, — Ананьев залился чистым, искренним смехом.
Купер даже не подумал улыбнуться в ответ.
Его почему-то увлекло размышление насчет того, как великолепно дополняют друг друга некоторые фрагменты информации, касающейся одной цели, — болота, но почерпнутой из разных источников.
Так, краеведы Чичваркин и Устинов говорили о купцах, пропадающих на дороге, которая проходила возле топей.
Колдунья подтверждала их мнение, как бы расширяя эту тему: избирали они опасное направление по болотному краю, в противовес окольному пути, из-за того, что на последнем вельможи поставили заставу, взимающую за прохождение через нее с имущих людей денежный или товарный оброк, считай — дань. Как итог, — им, иногда, приходилось расплачиваться за свою скупость не добром, а собственными жизнями (возможно, в те времена жизнь, на самом деле, ценилась меньше, тюка собольего меха).
Расплата же такой ценой была неизбежна, поскольку на прямом (не окольном) пути располагалась деревня, где жили колдуны. Рэй подтвердил причастность колдунов к жертвоприношению. По крайней мере, упоминал об орошении ими женской кровью священного алтаря Ылма (ведь, вместе с купцами, — сто пудово, туда-сюда ездила и какая-нибудь обслуга, типа Юли…). Но, наверняка, где была женская кровь, мужские жертвы присутствовали и подавно.
Однако, руки, скорее всего, никто «не марал», — чернокнижники просто запускали тот пробудительный механизм, который описал Стокер. В результате паранормальные сущности сами делали свое жуткое дело.
Так вот, значит, откуда среди народа появилось множество сказок о туманном Духе, бродящем по болоту! Хотя, туманным Духом мог быть не сам Ылм, что подразумевалось, а одна из его жен, скорее всего — Крапа, — властительница воды и тумана.
Джон включил первую передачу и поддал газу.
Остаток дня прошел в работе, ибо каждый член экспедиции получил от Купера инструкции и, по долгу службы, должен был их выполнять.
Конечно же, в лесу, на залитой солнышком поляне, никому ничего делать особо не хотелось, но все были рады хотя бы тому, что каких-то особенных требований американский ученый не выдвигал. Его руководство свелось, в основном, к указаниям выполнить самые необходимые бытовые дела, без завершения которых проживание экспедиции в лесу стало бы затруднительным. Однако кое на чем он все- таки заострил внимание людей.
Во-первых Купер ошарашил всех известием о том, что планирует на утро произвести первую поездку в направлении Сердца Болота.
Собственно, в любом из составляющих экспедиционную команду людей имелось ожидание чего- нибудь подобного. Рано или поздно — это должно было случиться. Но, тем не менее, народ отодвигал подобную перспективу от себя и отодвигал, надеясь, что наступит такой оборот событий не скоро.
«У нас все так: пока гром не грянет, мужик не перекрестится», — подумал о сути данного явления Виктор.
В результате, морально никто готов к вылазке на болото не оказался.
Ну а собираться в нее технически просто требовалось. Как говорится, на этот счет поступили распоряжения.
Во-вторых, американец устроил всеобщий пятиминутный сбор, на котором заставил участников экспедиции прослушать новый график дежурства в лагере по ночам, смоделированный им в угоду
