здоровье. У неё большие глаза, под которыми нос с горбинкой, и овальные щеки, и рот, подобный плоду граната, и шея, точно серебряный кувшин, а под всем этим грудь с сосками, подобными двум гранатам, и под нею втянутый живот с пупком, точно шкатулка из слоновой кости, а зад у неё, как кучка песку, и плотные бедра, и голени, подобные двум мраморным столбам, но я только видела, что её ноги велики. Ты будешь проводить с ней время в минуту нужды».
И когда Азза приписала Аише такие качества, Мусаб женился на ней и вошёл к ней…»
И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.
Когда же настала триста восемьдесят седьмая ночь, она сказала: «Дошло до меня, о счастливый царь, что, когда Азза приписала Аише, дочери Тальхи, такие качества, Мусуб женился на ней и вошёл к ней. А потом Азза позвала Аишу и корейшитских [406] женщин к себе домой и пропела (а Мусаб стоял тут же) такие стихи:
А в ночь, когда Мусаб входил к ней, он ушёл от неё только после семи раз, и его встретила одна из его вольноотпущенниц, когда он проснулся утром, и сказала: «Я выкуп за тебя! Ты был совершенен во всем, даже в этом».
А одна женщина говорила: «Я была у Аиши, дочери Тальхи, и вошёл её муж, и Аишу потянуло к нему, и он упал на неё, а она начала храпеть и стала делать движения чудесные, невиданные и диковинные, а я слушала. А когда он вышел от неё, я сказала: «Как ты можешь это делать при твоём благородстве, происхождении и положении, когда я у тебя в доме?» И она отвечала: «Женщина делает для своего мужа какие только может волнующие, диковинные движения, что же ты в этом порицаешь?» — «Лучше, чтобы это было ночью», — сказала я. И она отвечала: «Так днём бывает, а ночью я делаю ещё большее, так как, когда мой муж меня видит, в нем начинает двигаться страсть и поднимается похоть, и он тянется ко мне, а я ему послушна, и бывает то, что ты видишь».
Дошло до меня, что Абу-ль-Асвад купил невольницу косоглазую, из местных уроженок, и был доволен ею. И его родные стали порицать её перед ним, и Абу-ль-Асвад удивился им и, подняв ладони кверху, произнёс такие два стиха:
Рассказ о Харуде ар-Рашиде и невольницах (ночь 387)
Рассказывают также, что повелитель правоверных Харун ар-Рашид был однажды ночью между двух невольниц, — мединки и куфийки. И куфийка стала растирать ему руки, а мединка растирала ему ноги, и протянула руки к его телу, и тогда куфийка сказала ей: «Я вижу, ты раньше нас взяла капитал для себя одной. Дай и мне мою долю». И мединка ответила: «Говорил мне Малик со слов Хишама ибн Урвы, который передавал со слов своего отца, что пророк говорил: «Кто оживит мёртвое, — принадлежит оно ему и его потомству».
И тогда куфийка поймала мединку врасплох и оттолкнула её и взяла его всего обеими руками и сказала» «Говорил мне аль-Амаш со слов Хайсамы, передававшего со слов Абд-Аллаха ибн Масуда, что пророк говорил: «Дичь принадлежит тому, кто её поймал, а не тому, кто её согнал».
Рассказывают также, что Харул ар-Рашид лежат с тремя невольницами — мекканкой, мединкой и иракийкой. И мединка протянула руку к его товару, и тогда меккатака вскочила и потянула его к себе, и мединка сказала ей: «Что это за преступление! Говорил мне Малик со слов аз-Зухри, который передавал слова Абд-Аллаха ибн Салима, слышанные от Сайда ибн Зада, что пророк, — да благословит его Аллах и да приветствует! — говорил: «Кто оживит землю мёртвую, тому она принадлежит!» А мекканка сказала: «Передавал нам Суфьян слова Абу-з-Зинада, которые тот слышал от аль-Араджа, слышавшего их от Абу- Хурейры, что посланник Аллаха — да благословит его Аллах и да приветствует! — говорил: «Дичь принадлежит тому, кто её поймал, не тому, кто её согнал». И иракская невольница оттолкнула их и воскликнула: «Это будет моё, пока не окончится ваш спор».
Рассказ о мельнике и его жене (ночи 387-388)
Рассказывают также, что у одного человека была мельница и был у него осел, который молол зерно. А у этого человека была злая жена, и он любил её, но она его не терпела, и любила она своего соседа, а тот её ненавидел и отказывался от неё. И её муж увидел во сне, что кто-то говорит ему: «Копай в таком-то месте, на кругу осла у мельницы — найдёшь сокровище». И, пробудившись от сна, он рассказал жене о своём сновидении и велел ей скрывать это дело, а она рассказала об этом своему соседу…»
И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.
Когда же настала триста восемьдесят восьмая ночь, она сказала: «Дошло до меня, о счастливый царь, что жена мельника рассказала об этом своему соседу, которого любила, чтобы этим приблизиться к нему, и он обещал ей прийти к ней ночью. И он пришёл ночью и стал копать на кругу около мельницы, и они нашли сокровище и вынули его, и сосед женщины спросил её: «Как мы с этим поступим?» — «Мы разделим это на две части поровну, и ты расстанешься с твоей женой, а я ухитрюсь и оставлю своего мужа, а потом ты на мне женишься, и, когда мы соединимся, мы сложим все деньги вместе, и они окажутся у нас в руках», — ответила женщина. Но её сосед сказал: «Я боюсь, что сатана собьёт тебя с пути и ты возьмёшь не меня, — ведь золото в жилище, что солнце в мире. Правильное решение в том, чтобы все деньги были у меня и ты бы постаралась освободиться от мужа и прийти ко мне». — «Я также боюсь того, чего боишься ты, и не отдам тебе моей доли денег, — это я тебе их указала», — молвила женщина. И когда её сосед услышал эти слова, несправедливость побудила его убить женщину, и он убил её и бросил на то место, где был клад, но тут его застиг день и помешал ему спрятать женщину, и он подобрал деньги и вышел. И мельник пробудился от сна и не нашёл своей жены и пришёл на мельницу и, привязав осла к жёрнову, закричал на него, и осел пошёл и остановился. И мельник стал сильно бить осла, но всякий раз, как он его ударял, осел отступал назад, так как он пугался мёртвой женщины и не мог идти вперёд. А мельянок не
